1

1198 год Четвёртой Кальпы... Эта война была совершенно неизбежна с самого начала.

Федерация, крупнейшее государство во вселенной, и Империя, отколовшаяся от неё четыреста лет назад и расширившая свои владения, были непримиримыми врагами. Последние лет восемьдесят они не вступали в прямые вооружённые столкновения, но мелкие стычки с использованием подконтрольных малых государств не прекращались. Повсюду тлели угли, готовые в любой миг разжечь пламя большой войны.

Эта планета была одним из таких мест. После их последнего столкновения Федерация распродала несколько своих колониальных миров. Разумеется, это были окраины, не имевшие особого геополитического значения. Но Империя всё же выкупила их по высокой цене, исключительно потому, что сделка была выгодна обеим сторонам.

А именно — это был политический ход, позволявший каждой стороне заявить о своём превосходстве. Пусть одна сторона получала деньги, а другая — территорию, обе могли сохранить лицо, создав видимость получения репараций с противника. Это был очевидный обман, но в то же время — необходимый фарс для поддержания шаткого равновесия. Поэтому тогда обе державы сочли это временным перемирием. К несчастью, так продолжалось лишь до тех пор, пока не вскрылся один факт.

Планета, о которой идёт речь, имела четыре континента, вытянутых цепочкой. Из-за этой особенности в Федерации её называли Змеиным Островом, а в Империи — Ковчегом Дракона. Разница в названиях намекала на трения между двумя державами, но вряд ли кто-то мог предвидеть, что это место станет настоящим Ковчегом.

Существует так называемый Кала. Это редкий металл, случайно открытый в 1170 году Четвёртой Кальпы. Выяснилось, что его обработка позволяет получить невероятную силу. Многое в нём оставалось загадкой, но количество добытого Кала¹ стало определять мощь государства, и по всей вселенной разгорелась гонка за его добычей.

А три месяца назад выяснилось, что Ковчег Дракона содержит огромные запасы Кала. Что будет дальше, было яснее ясного.

Федерация начала действовать немедленно. Они даже не потрудились создать минимальный предлог, вроде сфабрикованных нарушений договора, и начали вторжение с наглостью и бесцеремонностью разбойников. Проще говоря, выгода от Кала была слишком велика. К тому же, сама ситуация благоволила им, предоставляя удобный случай.

В это время Ковчегом Дракона правил девятый сын Императора — Терминус. Совсем ещё юнец, немногим больше подростка — простая марионетка. Для Империи это, несомненно, стало полной неожиданностью. Принцу дали спокойную почётную должность, а он неожиданно для всех оказался командующим на передовой.

Поэтому быстрые, хоть и поспешные, действия были самым решительным выбором. Федерация должна была атаковать до того, как местные силы Империи успеют перегруппироваться. В конечном счёте, так они и поступили. Хотя планета и была окраиной, когда-то она принадлежала Федерации, так что неудивительно, что они прекрасно знали местные космические маршруты.

Так начались боевые действия. В космосе над Ковчегом сошлись флот Федерации — пусть и не самая элита, но с достаточным боевым опытом — и флот, состоявший лишь из кораблей сопровождения юного принца. Силы Федерации превосходили противника числом почти в четыре раза. Учитывая разницу в боевой подготовке, победа Империи казалась немыслимой. Исход битвы казался предрешённым и не вызывал сомнений, но ожиданиям не суждено было сбыться.

К такому исходу привело различие не столько в тактике, сколько в стратегическом видении. Как сказано в старых трактатах по военному искусству, исход битвы решается ещё до её начала. Всё зависит от того, насколько хорошо была подготовлена почва.

Прежде всего, почему Федерация узнала об истинном положении дел на Ковчеге Дракона раньше, чем сама Империя? Хотя в условиях холодной войны разведка всегда начеку, тот факт, что одна сторона смогла так легко перехитрить другую в равных условиях, выглядел слишком уж удачно. Даже подозрительно.

Разумеется, многие в Федерации чувствовали подвох, но времени на сомнения не оставалось, и им пришлось действовать. Иными словами, их втянули в это.

Кто же на самом деле создал и контролировал всю ситуацию? Развернувшееся здесь сражение превратилось в игру в одни ворота, которая и давала ответ на этот вопрос.

Имперские линкоры не отображались на радарах, их нельзя было увидеть и визуально. Телепортационные прыжки сквозь пространство следовали один за другим с быстротой мгновения, и прежде безупречный строй Федерации был безжалостно искромсан. Снаряды летели по кривой, игнорируя законы физики, и двигались с такой сверхвысокой скоростью, что времени на поднятие защитных щитов просто не оставалось.

По отдельности всё это были технологии, достижимые с помощью существующей науки, но их точность и частота использования были на совершенно ином уровне. Словно сравнивать однозарядное ружьё и пулемёт — разница в эффективности применения была колоссальной.

Это была сила Кала. Федерация тоже пользовалась его благами, но очевидно было, что объёмы использования несопоставимы. Федерация начала вторжение раньше именно для того, чтобы предотвратить подобное, но Империя, словно всё было давно готово, вовсю использовала ресурсы Ковчега Дракона. Чтобы достичь такой огневой мощи, требовался как минимум год.

Отсюда следовал единственный вывод: сама информация об обнаружении месторождения три месяца назад была ложью. Получалось, что принц Терминус обманул даже собственное правительство, замыслив в одиночку отразить силы Федерации.

С какой целью? Глупый вопрос. С древних времён те, кто стремился монополизировать ратные подвиги, желали лишь одного — собственного возвышения. Более того, когда этого жаждет принц, речь идёт не просто о карьере, о которой мечтает рядовой солдат. Речь идёт о захвате власти в стране.

Терминус стремился обойти многочисленных соперников и стать следующим Императором. Его методы граничили со злодейством, но реальная заслуга — разгром сил Федерации — была неоспорима, поэтому никто не мог открыто высказать недовольство. Как говорится, чтобы обмануть врага, начни со своих.

Терминус с широкой улыбкой взирал на разгромленные и спасающиеся бегством силы Федерации. Пока что всё шло согласно его плану. Этим можно было гордиться.

Но при этом принц, обладавший несомненным полководческим талантом, не терял бдительности. Он предельно хладнокровно осознавал, что самое трудное ещё впереди. Политическая борьба с братьями и сёстрами, несомненно, обострится, но чтобы не дать им повода для нападок, важно было разобраться с последствиями.

Те из Федерации, кто избежал гибели в космосе, не все смогли спастись. Множество малых судов, покинувших повреждённые и потерявшие ход корабли, совершили аварийные посадки на Ковчеге Дракона. Разбираться с ними было куда большей морокой, и среди них наверняка могли оказаться «ядовитые пауки», которых нельзя было списать со счетов как простых беглецов.

— Ну-с, как вы собираетесь огрызнуться?

Глядя с обманчивой нежностью на планету, которой он правил, Терминус тихо прошептал слова, полные предвкушения.

* * *

2

Густая роща гигантских деревьев и до того плотный запах зелени, что перехватывало дыхание. Время года — самый разгар лета, но ощущаемая температура вокруг была даже прохладной.

Всё-таки лес... Да ещё и, вероятно, потому, что эта среда оставалась практически нетронутой человеком тысячи лет. Слышно было лишь пение птиц, стрекот насекомых, шелест верхушек деревьев, поющих на лёгком ветру... И ещё — непрерывный шум воды.

Небольшой водопад низвергался в скромную заводь, откуда вода утекала дальше ручьём. Эта внезапно открывшаяся поляна воплощала собой таинственное спокойствие и казалась отделённой от всего мирского, точно сад богов.

Если бы только здесь не было одного лишнего существа.

Бум! — гармонию нарушил всплеск, и вздыбившаяся водная гладь бесцеремонно извергла из себя ту самую персону. Пока она была под водой, здесь сохранялась приятная атмосфера, но стоило ей появиться, как всё разом стало каким-то суетливым.

И дело не в том, что она фальшиво пела или по-дурацки буянила. Да, ей определённо не хватало уважения ко многому, но если её не трогать, она могла показаться даже спокойной.

Тем не менее, она каким-то... разрушительным образом не вписывалась в окружение.

Не только с людьми, но и с самой природой. Само её присутствие портило всё вокруг, словно ребёнок накалякал на законченной картине.

Почему так — неизвестно. Даже я, знакомая с ней довольно долго, не понимал причины. Оставалось лишь смириться с тем, что она вот такая.

Женщина... Причём, если судить объективно, весьма красивая.

Абсолютно нагая, она стояла раскинув руки, с закрытыми глазами и вздёрнутым подбородком. На её лицо, грудь и шею опускался водяной туман от водопада, рисуя в воздухе радугу.

...Что ж, пожалуй, зрелище можно было бы назвать прекрасным. Но я вздохнула вовсе не от восхищения, и причина была не только в её особой ауре, о которой я уже говорила.

Тело женщины было сплошь покрыто шрамами. Большими и маленькими, старыми и новыми. Рубцы от порезов, колотых ран, ожогов, пулевых ранений... всевозможные отметины покрывали её тело, словно безумная карта. Сами пропорции её тела были великолепны, но и в этом плане всё портилось просто невероятно.

Учитывая её положение, эти шрамы можно было бы счесть и знаками доблести. Но всё же, для женщины... жаль. Мои сожаления на этот счёт, возможно, старомодны?

— Командир Митра!

В этот момент сбоку раздался робкий голос. Я повернула голову и увидела застывшую по стойке смирно девушку-солдата.

Эта девочка, кажется, была новичком. Когда наши взгляды встретились, я жестом показала ей говорить громче, иначе не расслышать, но она отшатнулась, словно привидение увидела.

Обидно. Хотелось сделать ей замечание, но ладно уж, прощу невежливость. Почти все так реагируют, пока не привыкнут ко мне.

— Командир! Командир Митра!

Наконец новобранец щёлкнула каблуками и громко позвала снова. Только тогда наш командир, кажется, заметила её. Она медленно обернулась и спросила:

— Что?

— Прошу прощения за беспокойство во время отдыха! Вас вызывает старший сержант Сати.

Новобранка вытянулась струной, словно аршин проглотила. Митра ответила ей глубоким вздохом.

— Скоро буду. Возвращайся пока.

— Т-так точно... но…

— В чём дело? Не расслышала?

Командир нахмурилась из-за медлительности подчинённой, но, по-моему, тут всё очевидно. Тебе бы стоило хоть немного задуматься, как тебя воспринимают другие.

Ладно, опустим тот факт, что ты стоишь тут голая, как статуя стража. Для леди это вопиюще недостойно, но все в отряде, включая меня, — женщины. Естественно, и эта новобранка тоже, так что стесняться тут нечего. Её странную ауру тоже можно было проигнорировать — вреда от неё не было.

Но вот твои жуткие шрамы... для неопытной девчонки это слишком. Наверняка она только сейчас осознала, в какое опасное место попала.

Наверное, это воспитательная мера старшего сержанта Сати. Чтобы девчонка не струсила в настоящем бою, решила вот так вдолбить ей суровую реальность. Использовать командира в качестве наглядного пособия... да, Сати как всегда себе на уме.

— П-прошу прощения! Я тогда пойду…

— Да, спасибо за службу. Передай Сати, чтобы не торопила.

— Есть!

Отдав честь, новобранка резко развернулась и убежала. Митра же, в отличие от неё, нехотя, еле переставляя ноги, выбралась из заводи. Я понимаю её досаду — прервали драгоценный отдых, — но раз уж зовёт её правая рука, старший сержант Сати, может, стоило бы поторопиться?

— Подвинься.

— Ай!

И тут эта стерва внезапно пинает меня! Какого чёрта?! Я ведь стерёг её одежду, чтобы звери не утащили!

— Уф, слегка тёплый. Мерзость.

Вдобавок ещё и ворчать принялась. Я такого простить не могла и высказала ей всё, что накипело лет за десять, но Митра меня полностью проигнорировала. Все мои претензии, которыми я осыпала её, пока она одевалась, были как об стенку горох.

Чёрт, ну и дрянь же. За что мне досталась такая напарница? От этой вопиющей несправедливости хотелось взвыть и расцарапать лицо самому Господу Богу.

Однако я не ребёнок, чтобы дуться вечно. В конце концов, я солдат на боевом задании, и потакать личным чувствам — непозволительная роскошь.

Когда Митра оделась, мы углубились в лес и вскоре вышли на тропинку. Она была немногим лучше звериной, но жаловаться я не собиралась. Мы проникли на вражескую территорию, так что идти по большой дороге, где нас легко заметить и где высок риск столкнуться с крупными силами противника, было бы верхом безрассудства.

Это Змеиный остров. Или, на имперский манер, Драконий Ковчег. Мы находимся на его центральном континенте, почти в самом центре... чуть южнее.

А оказались мы здесь потому, что в предыдущем сражении нас разгромили наголову. Впрочем, флотом командовал какой-то чужой шишка, а мы, числясь в резерве, даже не участвовали в бою, так что винить нас в поражении было бы странно. Если честно, нас просто подставили из-за чужой некомпетентности. Крайне досадно.

Хотя для нашего Дома это как раз то, что нужно. Наша Федерация — страна большая, и властные структуры в ней сложные. В центре полно всякой нечисти, плетущей интриги. На самом верху сидит личность ещё более опасная, так что там всё стабильно, но вот за место номер два грызётся целая куча группировок.

Один из таких интриганов — наш с Митрой хозяин. Он с самого начала считал эту войну подозрительной, отдал своим людям секретный приказ, а затем почти силой втиснул нас в карательную армию, где и так не было мест.

Другими словами, наша настоящая работа начинается только сейчас.

— Митра, как самочувствие? Никаких проблем?

— Никаких, если не считать твою назойливость.

— Чего?!

С момента высадки на планету мы уже двое суток бежим по горам без остановки! Я просто поинтересовалась её состоянием, а она вечно язвит.

— Операция рассчитана на пять дней, припасов достаточно. Боёв мы пока избегаем. С чего бы мне уставать?

— Мгх...

У меня на языке вертелось возражение, но она заткнула меня здравым аргументом. У Митры полно недостатков и как у человека, и как у солдата, но вот в выполнении заданий она ас, так что в этом плане придраться сложно.

Мы продолжили идти по тропинке, и вскоре показались солдаты нашего отряда. Заметив Митру, девушки отдали ей честь со словами: «Командир! Командир!»

Тот, кто хоть немного знаком с армейскими порядками, мог бы найти эту сцену странной. Здесь всего около сорока бойцов — по численности это взвод. Но её называют «Данчё» — так обычно обращаются к командирам бригад или дивизий, и для такого маленького отряда это странно.

На самом деле Митра всего лишь капитан, по званию ей положено командовать максимум ротой. Официальное название её отряда — Особый диверсионный отряд Разведывательной службы Вооружённых сил Федерации.

Но дело не в том, что мы игнорируем устав. Это всего лишь прозвище. Однако задумайтесь, почему в армии, мире строгой иерархии, какой-то капитанше позволяют носить такой громкий титул.

Всё дело в заслугах. Это доказательство того, что наш отряд из всего сорока человек добивался результатов, сравнимых с действиями десятитысячной армии.

Отряд Истинного Я — так звали нас, подразделение, известное как «Ядовитое жало» Федерации.

— А, вот и вы наконец, командир.

В самой глубине строя стояла старший унтер-офицер, сержант Сати. Красавица с такой внешностью могла бы работать секретарём президента в какой-нибудь крупной корпорации, но все знали, что она человек безжалостный.

Кроме неё, в отряде были ещё два младших лейтенанта и один лейтенант — они были старше Сати по званию, — но именно Сати играла роль станового хребта, обеспечивая гладкое выполнение приказов офицеров. Для рядовых она была одновременно и демоном, и богом. А учитывая, что она приставлена лично к Митре, Сати можно считать фактически вторым человеком в отряде.

— Что-то случилось?

— Так точно, командир. Нет, всё идёт по плану. Но лейтенант предлагает ускориться.

Сати сообщила это с лёгкой улыбкой. Митра с явным неудовольствием перевела взгляд на стоявшего рядом лейтенанта.

— Храбрость — это хорошо, но если мы выдохнемся к моменту встречи с целью, толку не будет.

— Вы правы, командир. Однако, учитывая обстоятельства, неизвестно, когда могут возникнуть ненужные проблемы. То есть, существует вероятность, что недруги Дома попытаются нам помешать.

— Конкретнее?

— Приказ о спасении союзных войск.

Услышав немедленный ответ лейтенанта, Митра нахмурилась ещё сильнее. Сати примирительно вмешалась:

— Лейтенант считает, что нужно заранее подготовить предлог для отказа на такой случай. Если мы заберёмся достаточно глубоко на вражескую территорию, будет проще сказать, что у нас нет возможности отвлекаться.

— Логично. Но я и так собираюсь игнорировать все подобные идиотские приказы.

— В результате ваша репутация снова пострадает, командир. А заодно и мы попадем под раздачу.

— Ну, это да...

Видеть, как Митра мнётся под мягким, но настойчивым давлением улыбающейся Сати, было очень забавно. Прямо бальзам на душу. В армии они — начальник и подчинённая, но в личных отношениях всё наоборот.

Дело в том, что для Митры, Сати — как старшая сестра или наставница. Даже такая заносчивая и дерзкая особа, само воплощение высокомерия, похоже, побаивается ту, что была рядом с детства и воспитывала её в спартанском духе. Так ей и надо.

Наша главная задача — убийство девятого принца Империи, его высочества Терминуса. По правде говоря, между бессмертными не может быть ни смерти, ни убийства, но это выражение принято понимать как идиому. В общем, такая вот мрачная работа — суть Отряда Истинного Я. Более того, Дом Атман, к которому принадлежит Митра, как раз специализируется на теневых делах.

Поэтому план действий отряда на Змеином острове требовал максимальной скрытности. Местом высадки выбрали этот огромный лесной массив под названием Кумано именно потому, что он был не слишком близко и не слишком далеко от столицы Кёфу, где находилась база цели. Идеальные условия, чтобы подкрасться и нанести удар.

С тех пор мы продвигались в высоком темпе, используя рельеф местности для маскировки. Мы уже довольно близко.

Мы должны убить принца Терминуса. Само собой, миссия сложная, так что в идеале — один удар, и отход. Дополнительное задание по спасению, которое только создаст нам обузу, было хуже, чем просто помеха.

И снова я убедилась, какая же это морока — проблемы с системой командования. Хотя нет, в данном случае это, скорее, политика.

Отряд Истинного Я — по сути, частная армия Дома Атман, но раз уж нас силой впихнули в карательные войска, мы оказались в долгу перед другими идиотами. Положение такое, что трудно перечить им, даже если они начнут вставлять нам палки в колёса из мести за своё поражение.

— Я тут подумала над отмазкой. На полях сражений, где активно применяли Камни Кала, ухудшается работа радаров и связи, верно? Можно сослаться на это, сказать, что было плохо слышно…

— Но у вас же есть она, командир, — возразила Сати.

— Точно-точно! Меня не забывайте!

— Заткнись, Белый колобок.

— Ай!

Удар тыльной стороной кулака наотмашь пришёлся мне прямо в лицо. Моё хрупкое милое тельце отлетело, как мячик, но, отскочив от пары деревьев, я ловко приземлилась на плечо старшего сержанта Сати.

— Не срывай на мне злость! Я же твоя Аватара!

— А, знать не знаю. Такое подозрительное нечто вроде тебя я знать не знаю и знать не хочу.

Ну и слова. Ах да, старший сержант Сати ласково погладила меня, и я невольно замурчал.

Кошка, что ли? Нет, я — Аватара. Так называют уникальную силу, которой обладают представители Нового Поколения — очень редкие в этом мире люди с особыми способностями.

Отряд Истинного Я целиком состоит из представителей Нового Поколения. Поэтому я и сказала, что это команда с невероятной боевой мощью. Та новобранка, лейтенант, младшие лейтенанты, и старший сержант Сати — у всех них есть своя собственная сила.

А я — особая способность Митры. И я не просто милашка с виду, моя полезность для боевого отряда просто читерского уровня!

— Пока я здесь, информацию можно перехватить где угодно-о! Так что отмазка «не расслышала» не прока-атит!

— Я сказала тебе заткнуться.

Опять удар. Больно, но урона-то нет! Я — великий дух, воплощение силы Митры, и пока она жива, я неуязвима.

Другими словами, можно сказать, что я единственная в мире, кто воплощает истинное бессмертие!

Понимаешь? Всю эту крутизну! Представь себе преимущества для армии, когда в её рядах есть специалист по сбору информации, которому абсолютно плевать, что происходит с его «носителем».

Митре просто выпал ультра-супер-мега-редкий приз в лотерее способностей! Ей бы это осознать и поклоняться мне!

Стоило мне раскинуть свои сенсорные щупальца, чтобы она наконец осознала мою ценность, как — будто нарочно! — выяснился один неприятный факт.

— А…

— Что такое? Уж не... — насторожилась Сати.

— Угу... Прости, сержант.

Кажется, я слишком много хвасталась. Прямо как по сценарию флаг сработал.

— Приказ от сбежавшего господина командующего. Отряду Истинного Я предписано по возможности спасать союзные войска, находящиеся в опасности.

— Вот как? Но если приказ такой, то проблемы нет, если в зоне досягаемости нет подходящих целей? — уточнила Сати.

— К сожалению, есть. В двенадцати километрах к северо-западу кто-то беспрерывно шлёт сигнал SOS. ...Похоже, это кто-то из родни командующего.

— Ах ты, чёртов Белый колобок, вечно беду накликаешь!

— Ай! Не бей меня! И зови меня по имени, в конце концов!

Я резко вправила вмятину на лице и запротестовала против домашнего насилия и за свои права!

— Я Коуха! И вообще, это ты приносишь несчастья, а не я!

* * *

3

Митра была изгоем в армии Федерации. Конечно, отчасти это было связано с тем, что её хозяева, Дом Атман, — зловещий клан аристократов-убийц, чья история была запятнана кровью и ненавистью, но немалая доля вины лежала и на ней самой.

Обычно она умела себя сдерживать, но стоило нажать на определённый «спусковой крючок», и она могла броситься даже на главнокомандующего, словно бешеная собака. Удивительно, как её до сих пор не казнили. В общем, всё сводилось к следующему:

Происхождение, послужной список, поведение и характер... Всё это создавало ей репутацию «опасной личности». Тех, кто в высших кругах только и ждал шанса её уничтожить, наверняка было больше дюжины.

Именно поэтому нельзя было давать им повода. Нужно было демонстрировать покорность и подчиняться даже несправедливым приказам, пока это не шло вразрез с основной задачей, иначе даже Дом Атман не смог бы нас прикрыть.

В этом смысле данный случай был довольно рискованным. Изначальный план состоял в том, чтобы пройти почти до конца Древнего пути Кумано — говорят, это древняя паломническая тропа, — а затем свернуть и ударить по Кёфу с тыла. Но местоположение цели спасения находилось в стороне от этого маршрута. Более того, чтобы соединиться с ними, нужно было пересечь главную дорогу, ведущую к военному опорному пункту Империи.

Бой был неизбежен. Мои чувства уже засекли силы противника.

— Сколько их там? — спросила Митра.

— Батальонного размера патруль. Проскользнуть незамеченными не выйдет. Я наведу вас на относительно уязвимую точку.

— Люди?

— Нет, беспилотники. Камней Кала у них, скорее всего, нет.

Пробегая через лес, я кратко изложила своё мнение о предполагаемых силах противника. Камни Кала обладали особенностью: они не слишком эффективны без участия человека-оператора. Существует довольно правдоподобная теория, объясняющая почему, но Митра по какой-то причине её полностью отрицает, так что не будем об этом.

В общем, устанавливать Камни Кала на беспилотники — плохая идея, поэтому я решил, что даже здешняя имперская армия, располагающая огромными запасами камней, на такое не пойдёт. Умные люди не любят бесполезных трат.

— Принц Терминус весьма умён и амбициозен. Он наверняка захочет сохранить добытые ресурсы, насколько это возможно.

— Хорошо бы так, — отозвалась Митра. — Но по-моему, Его Высочество склонен к романтизму. Он не всегда руководствуется одной лишь логикой.

— Хм.

— И правда, в словах командира есть резон, — кивнула Сати, бежавшая по другую сторону от меня. — Люди, любящие историю, порой бывают очень страстными.

В рамках подготовки к убийству мы, как и подобает ассасинам, тщательно изучили личность цели.

Принц Терминус увлекался историей, особенно эпохой Первой Кальпы, существовавшей до Великого Перемешивания² и проявлял к ней необычайный энтузиазм. Поэтому он с большим уважением относился к древним реликвиям и стремился их защищать.

Именно по этой причине мы выбрали Древний путь Кумано для продвижения. Мы посчитали, что размещать солдат на древней святой земле и осквернять её сапогами было бы невыносимо для его чувства прекрасного.

— То, что мы до сих пор продвигались без потерь, показывает, что Его Высочество частично игнорирует общепринятую военную логику. На узкой тропе не разместить большую армию, но она идеальна для засад и ловушек, — заметила Сати.

— Это так, но... сейчас другая ситуация, — возразила я.

— Верно. Поэтому думать бесполезно. Раз уж так вышло, остаётся только действовать, госпожа Коуха. Командир, вы готовы? — обратилась Сати к Митре.

— Да. Раз уж и Дом приказал действовать, выбора нет. Ускоряемся, Сати, Белый колобок!

— Да сколько можно! Зови меня по имени! У-ух!

Схватив меня за голову, Митра рванула вперёд ещё быстрее. Учитывая лес, вес снаряжения, её скорость казалась сверхчеловеческой.

Однако в этом не было ничего странного.

Особенности Нового Поколения можно условно разделить на три категории. Первая — способность использовать Аватару. Вторая — выдающиеся физические данные.

Они были такими же несовершенными бессмертными, как и все остальные, и даже среди многообразных Аватар не существовало исцеляющих способностей. Однако представители Нового Поколения определённо обладали более крепкими телами.

Насколько крепкими? То, что для обычных людей было пиком физических возможностей, для Нового Поколения являлось средним уровнем. Прыгнуть в длину почти на девять метров — для них норма. В играх с мячом бросить снаряд со скоростью более ста шестидесяти километров в час — обычное дело. Естественно, то же самое касалось и выносливости.

Поэтому тренированный солдат из их числа превосходил вышеупомянутые показатели в полтора, а в некоторых случаях и в два раза. Фактически, до сих пор мы двигались в темпе лучших марафонцев, при этом достаточно сдержанно, чтобы не накапливать усталость. И вот теперь Митра и остальные переключились на повышенную передачу.

Они были словно ветер. Отряд из сорока человек, бесшумно проносящийся сквозь деревья — для тех, кто встанет у них на пути, они покажутся лишь вестниками смерти. По моим расчётам, до начала боя оставалось две минуты.

Я всё больше склонялся к мысли, что неустойчивое равновесие между Федерацией, Империей и Теократическим Кругом начало рушиться не столько из-за открытия Камней Кала, сколько из-за появления Нового Поколения. С момента рождения первого из них семьдесят лет назад, их число с каждым поколением увеличивалось.

Сейчас такой человек рождался один на несколько миллионов, но что будет через десять лет? Через двадцать? Прошло около семи тысяч лет с Перемешивания, сделавшего всех бессмертными... Человечество, продолжавшее барахтаться в этом состоянии, кажется, начало эволюционировать.

Куда же движутся бессмертные? Что они увидят в конце пути? Мощная волна жажды ответа начала захлёстывать вселенную, и это, несомненно, вело к последней войне, которая должна была поставить точку в идеологических спорах.

А значит, мы должны победить. Митре, вероятно, плевать на истинное бессмертие, но я хочу знать смысл своего появления в этом мире. Хочу обрести значение, ценность, достигнув самого края.

— Сто метров. Готовы?

— Глупый вопрос, Белый колобок. Отряд, в атаку! Растопчите их!

Подхваченная ревом своих подчинённых, Митра вырвалась из леса и прыгнула. Внизу, на главной дороге, стояли двадцать многоногих беспилотников, похожих на гигантских крабов.

По обычным меркам, сражаться с ними врукопашную — чистое безумие, но мы — отряд Нового Поколения. Помимо физических способностей, превосходящих пределы обычного человека, и Аватар, способных искажать реальность, у нас было и третье преимущество.

Обнажённый, и мгновенно удлинённый, Алый Парный Клинок³ Митры взревел, сотрясая воздух. Точнее, откликнулся встроенный Камень Кала, активированный нажатием переключателя на рукояти.

Возможно, это была песнь радости. Или крик отчаяния. Сила камня, раскрывающаяся лишь в руках человека, в руках представителя Нового Поколения разгоралась ещё яростнее.

Камень Кала реагировал на электричество, порождая ещё более мощное электричество. Коэффициент усиления зависел от размера и качества камня, но для личного оружия он составлял в среднем двенадцать миллионов раз. Проще говоря, ценой энергии, потребляемой бытовым прибором, можно было носить с собой мощность атомной электростанции.

Уже само по себе это было нечто запредельное, но в руках Нового Поколения выходная мощность подскакивала более чем в шесть раз. Это было настолько мощно, что их можно было назвать ходячим термоядерным оружием — на грани божественного или дьявольского могущества.

Бездушные груды железа не могли им противостоять.

Удар клинка по горизонтали превратился в алую молнию, рассекшую воздух и расплавившую надвое беспилотник размером с небольшой дом. Митра сдерживала силу, чтобы не привлекать лишнего внимания других врагов, но даже так разрушительная мощь была чудовищной. Воистину, деяние демона.

— Ну как? Я же говорила, камней у них нет, — самодовольно заметила я.

— Нечего тут ухмыляться, — бросила Митра. — Сати, займись солдатами. Никого не терять.

— Так точно, командир, положитесь на меня.

Отдав приказ посреди дороги с надменным видом, Митра медленно повернулась. Её взгляд был устремлён на пять беспилотников.

Она собиралась в одиночку сдерживать почти треть вражеских сил. Это могло показаться чрезмерной жадностью, но с точки зрения распределения сил было вполне оправданно.

По уровню боевой подготовки и количеству пройденных сражений Митра и Сати были двумя столпами Отряда Истинного Я. К тому же, качество её снаряжения отличалось от снаряжения подчинённых.

Алый Парный Клинок, имевшие форму двух длинных мечей, соединённых рукоятями, были изготовлены из стали Упанишад — квинтэссенции современных научных достижений. Её производство требовало огромных затрат времени и денег, а значительный вес мешал массовому применению, но на данный момент это был материал с наименьшими потерями энергии, что делало оружие из него очень прочным и позволяло направить больше силы в атаку. К тому же, не стоит забывать и обо мне.

Во время активации Камня Кала сила Аватары тоже загадочным образом возрастала.

— Синхронизирую ощущения.

— Делай быстрее и без лишних слов.

— Да господи! Почему в тебе ни капли благодарности?!

Бормоча себе под нос, я подпрыгнула и зависла прямо над Митрой. Как единое целое, мы могли разделять зрение с лёгкостью. Нет нужды объяснять, каким преимуществом в рукопашной схватке является обзор с высоты птичьего полёта.

Были и другие способы применения, но для этой ситуации этого было достаточно. В крайнем случае, я могла бы просто раздражающе летать вокруг и отвлекать огонь противника на себя, исполняя роль приманки.

Ведь я не умираю и не ломаюсь. Попадания болезненны, но, вероятно, по сравнению с остальными, это почти ничто. По крайней мере, судя по реакции окружающих за всё это время, у меня сложилось такое смутное ощущение.

Это удобно, но в то же время немного одиноко. С этим чувством, которое всегда посещало меня на поле боя, я наблюдала за происходящим внизу.

Ревущие и грохочущие Камни Кала создавали адскую электрическую клетку. То, что в современных войнах средства связи и радары практически потеряли смысл, несомненно, было одной из причин этого.

Захваченные этой безумной зоной, заряженные частицы определённого типа вызывали обширные информационные помехи. Теория была логичной и многократно проверенной экспериментами, так что её можно было считать в целом верной.

Но это был неполный ответ. Существовала и часть, которую наука объяснить не могла.

Союзники, особенно те, кто был связан тесными узами, являлись исключением. Так же, как Отряд Истинного Я могла связываться с Домом и без моей помощи. Так же, как та обуза, которую мы собирались спасать, смогла позвать на помощь господина командующего. Если обе стороны разделяли определённое понимание или доверие, они могли игнорировать бурю обезумевших частиц.

На этот счёт тоже существовала гипотеза, но Митра, как обычно, её полностью отрицала. Романтизм, бред, с ума сошли — чего она только не говорила. Непонятно, что ей так не нравилось, но один факт был неоспорим.

В бою с врагом, где сталкивались искры взаимной ненависти, изящные технологии отключались. Джентльменская война без запаха крови, где всё возлагалось на беспилотники, а стрельба велась с безопасного расстояния вне пределов видимости, практически вымерла.

В результате, обладая наукой, позволяющей летать по космосу, мы использовали оружие на грани оккультизма и сражались в лоб, словно легендарные герои.

Прямо как в мифах. Если бы сверхдревние нелепые сказания воплотились в реальности, они выглядели бы именно так.

Эта тенденция к регрессу, вызванная техническим прогрессом, возможно, была глупым и ошибочным выбором. Меня часто посещала мысль, что все бессмертные без исключения несутся по пути к гибели. Наверняка и все остальные в какой-то момент так же сомневались в собственном здравомыслии.

Но мы не могли остановиться. Не пытались остановиться. В корне, потому что никто не знал смысла жизни и смерти.

Не имея другого способа осознать себя, кроме как отдаться этой страсти, мы жаждали крика души на грани бытия, ибо просто существовать и распадаться было слишком пусто.

Насколько я могла судить, Митра была типичным примером этого. У меня было к ней много претензий, но никого, кто так же дорожил бы своим сердцем, я не встречала. Поэтому, так или иначе, я не могла её ненавидеть и оставалась рядом…

Я поняла, что и это будет лишь очередным актом в той же пьесе.

— ...!

Лазер, выпущенный последним беспилотником перед его уничтожением, был почти предсмертным хрипом и не задел никого из отряда, но только Митра резко изменилась в лице. Она застыла, глядя туда, куда ударил луч, затем попыталась броситься вперёд, но это было уже невозможно. Даже у Нового Поколения не было настолько сверхъестественной скорости.

— Ложись!

Крик тоже опоздал. Всё было кончено. Лазер, пронёсшийся вдоль обочины дороги, безжалостно смёл девочку, застывшую на месте.

Маленький ребёнок, лет десяти на вид. Явно не комбатант, просто случайный мирный житель.

Она стала единственной человеческой жертвой в этой битве.

... ... ...

— ...Эй, Белый колобок, — прошептала Митра на опустившейся на дорогу тишине, не отрывая взгляда от места происшествия.

Голос был сдавленным. Её плечи, обращённые ко мне спиной, дрожали от ярости.

— Ты ведь заметила её. Почему не сказала?

— Если бы я сказала, ты бы избежала этой точки. С точки зрения операции это недопустимо.

Как она и указала, я с самого начала знала, что здесь находится гражданский. И порекомендовала это место как идеальное для прорыва именно потому, что, как я и сказала, счёл силы противника здесь самыми слабыми.

— Если бы мы атаковали в другом месте, в отряде могли бы быть жертвы. Даже сейчас тратить время на разговоры опасно. Будем мешкать — нас окружат.

— ...Как ты легко об этом говоришь. Ты что, ничего не чувствуешь?

— Чувствую. Но это не наша вина. То, что не смогли эвакуировать мирных жителей, — промах имперской армии.

— И поэтому я должна смириться?!..

Митра обернулась, и я невольно приготовилась к худшему, но тут вмешалась старший сержант Сати.

— Прекратите. Споры ни к чему не приведут.

Сказав это, она метнула в мою сторону взгляд.

Да, я понял, мы давно знакомы. Я не собиралась произносить «запретное слово», которое вывело бы Митру из себя.

— Компромисс, — продолжила Сати тоном и с видом, идеально выверенными между деловитостью и сентиментальностью. — Случившееся не исправить, но мы можем выбрать дальнейший курс. Хотя бы проявите к этому ребёнку... ваше собственное милосердие, командир.

— ...Поняла.

После небольшой паузы Митра кивнула и пошла вперёд. Немного отступив от здравого смысла, требовавшего спешить, и позволив ей поступить по-своему, можно было формально сохранить лицо.

Это походило на детское упрямство, но проблемы эмоций, вероятно, только на таком уровне и решаются.

Сойдя с главной дороги, Митра тихо опустилась на колени на том самом месте.

— Слышишь меня? Я хочу спросить тебя кое о чём. Если не можешь говорить, ответь морганием. Да — один раз, нет — два раза... Да, хорошая девочка.

Мы все, не двигаясь, смотрели в спину Митре. Мы не могли видеть, в каком состоянии была девочка, лежащая у её ног, да и не хотели.

Для бессмертных нет большей муки, чем показывать другим своё разрушенное тело. Это уже на уровне инстинкта, превосходящего логику — желание избежать позора любой ценой.

Поэтому мы знали, в чём заключается то «милосердие», которое собиралась дать Митра.

— На этой планете есть культура Огненного Рассеяния? ...Понятно. Тогда, ты хочешь этого?

Сжечь дотла, не оставив и костей, превратив в Разбитого, невидимого ни для кого. Освободившись от материальных уз, Разбитый терял возможность контактировать даже с себе подобными, но взамен обретал свободу передвижения.

Хотя даже в этом состоянии боль от полученных ран не исчезала.

Понимая, что обрекают себя на бесконечное одиночество и страдание, большинство бессмертных желали этой процедуры. По крайней мере, это было изменение их способа существования, и оно неотвратимо их влекло.

Возможно, это было своего рода стремление к перерождению.

— Поняла. Я желаю тебе будущего, в котором ты обретёшь спасение.

Сказав это голосом, больше похожим на благословение, чем на выражение скорби, Митра сожгла девочку силой Камня Кала. Мгновенно вспыхнуло синее пламя, стирая следы плоти.

Культура Огненного Рассеяния целиком и полностью основывалась на существовании Разбитых. Принятие как данности невидимых, неощутимых, недоступных для контакта Разбитых казалось объективно необъяснимым и даже походило на религиозный фанатизм.

Но это было не так. Мы не верили — мы знали.

Инстинктивно осознавали, что мир устроен именно так.

Поэтому было ясно, что думали об этом поступке Митры все в отряде.

Как к солдату — к ней нельзя было испытывать ничего, кроме изумления. Её невероятная мягкосердечность должна была вызывать презрение.

Но как к человеку? Непоколебимость выбора, который, как они живо представляли, эта излишне сентиментальная женщина сделает, если они падут... Эта картина трогала каждого до глубины души. Казалось, что сражаясь рядом с ней, они смогут стать кем-то, кто познал смысл жизни и смерти.

Конечно, и я не была исключением.

— Заставила ждать. Идём.

В общем, и в плохом, и в хорошем смысле, Отряд Истинного Я был отрядом Митры.

И так будет до тех пор, пока всё не обратится в прах, или пока мы не достигнем места за горизонтом событий.

* * *

[1] См. изображение ниже:

[2] - Событие, даровавшее бессмертие.

[3] - Клинок Агнеястра (буквальный смысл названия клинка: «Оружие бога огня Агни». В индуистской мифологии это мощное божественное оружие.)