Прим. ред. у этой главы нет названия, на сайте вместо этого указано, что два обновления объединены в одно, поэтому я взяла на себя смелость и поставила в название рандомную реплику из главы.

* * *

Накануне Нового года рейсы становились всё плотнее, и только вечером в канун праздника у Жуань Сысянь наконец появилось время переехать.

На самом деле перевозить было почти нечего — в квартире Фу Минъюя наверху всё уже имелось, ей нужно было лишь поднять свои вещи и повседневные мелочи.

Открыв шкаф Фу Минъюя, Жуань Сысянь увидела два целых отделения, набитые белыми рубашками, и едва не решила, что зашла в мужской бутик.

— Слушай, — сказала она, зажав телефон плечом и перебирая вешалки, — зачем тебе столько одинаковых рубашек? Ты вообще успеваешь всё это носить?

На том конце провода Фу Минъюй, листая документы и глядя на громоздкие таблицы, нахмурил брови, но ответил рассеянно:

— А ты мне на что?

— Я что, по-твоему, без одежды хожу или… — начала Жуань Сысянь, но тут же поняла, что он имел в виду, и мгновенно залилась краской. — Фу Минъюй, у меня нет таких странных пристрастий.

В его голосе послышалась лёгкая усмешка:

— А мои пристрастия ты могла бы удовлетворить?

— Полдень на дворе, ты что, не проснулся? Сны у тебя, вижу, прекрасные.

Жуань Сысянь раздражённо перебрала одежду и перевела разговор на другую тему:

— У тебя столько рубашек, а мои вещи куда девать?

В кабинет Фу Минъюя кто-то вошёл. Он сразу посерьёзнел и ровным голосом сказал:

— Рядом с кабинетом есть гардеробная, она свободна.

Он быстро поставил подпись на документе, отодвинул бумаги и велел:

— Пусть отдел маркетинга соберёт сводный план по размещению мест на всех весенних рейсах.

— Есть.

Когда сотрудник вышел, Фу Минъюй отложил ручку, расстегнул манжеты, взял телефон и, облокотившись на спинку кресла, лениво пролистал лежавший на столе ежедневник. На плотно расписанных страницах значилось одно совещание за другим, а перед глазами громоздились кипы рабочих планов — на лбу проступила тень усталости.

Повесив трубку, она меньше чем за час разобрала и аккуратно разложила одежду.

Дойдя до гостиной, она плюхнулась на большой диван, легла навзничь и, глядя на люстру под потолком, вдруг вспомнила кое-что. Поднявшись, побежала в кабинет, толкнула дверь и застыла: вся комната была заставлена авиамоделями. Она постояла несколько секунд, ничего не делая.

Нет, так не пойдёт. До возвращения Фу Минъюя я не могу здесь жить.

Куда ни глянь — всюду его следы, особенно в этом кабинете: стоит только войти, и кажется, будто даже воздух пропитан им.

Как вообще можно спокойно жить в таком месте?

Через полчаса её только что упорядоченная гардеробная опустела наполовину. Она собрала свои самые нужные вещи и увезла обратно.

* * *

К вечеру почти все магазины на улице уже закрылись, многие компании разошлись на каникулы, и выбор еды навынос стал скудным.

Единственные, у кого в это время начинался настоящий аврал, — это железнодорожные станции и аэропорты.

Сы Сяочжэнь работала в ночную смену и наскоро заехала к Жуань Сысянь: подруги решили заранее устроить себе новогодний ужин.

— И это всё, что у тебя есть? — Сы Сяочжэнь открыла холодильник и, увидев почти пустые полки, сразу потеряла всякое желание готовить. — Даже пекинская капуста не свежая.

— Не придирайся, — Жуань Сысянь открыла морозилку и достала две коробки замороженных пельменей. — Что ты хотела, всё в супермаркетах смели подчистую.

Завтра — канун Нового года. Сы Сяочжэнь предстояло работать в ночную смену, домой она всё равно не попала бы. А Жуань Сысянь уже давно привыкла встречать праздник одна.

— Ладно я — одинокая собака, — сказала Сы Сяочжэнь, забрасывая пельмени в кипяток, — но ты-то с парнем, а всё равно сидишь одна — неужели не грустно?

— Нашла, чему удивляться, — отрезала Жуань Сысянь, вставая на цыпочки за посудой. — Ты бы посмотрела, сколько по всей стране не одиноких лётчиков и стюардесс сегодня не дома. Думаешь, я одна такая?

Она поставила миски у плиты и добавила уже мягче: 

— Каждый год одно и то же. На каждый канун — развожу других по домам. Повезёт — рейс туда-обратно, успеешь к полуночи включить «Весенний фестиваль». А не повезёт — сидишь где-то в гостинице, ешь лапшу быстрого приготовления.

Она чуть слышно добавила: 

— А мне даже нравится встречать Новый год с коллегами в отеле.

Иначе пришлось бы смотреть новогоднюю программу дома, одной.

Сы Сяочжэнь обернулась на неё:

— Но ведь у тебя…

Не успела Сы Сяочжэнь договорить, как у Жуань Сысянь вдруг зазвонил телефон. Глаза у неё сразу загорелись — она вытерла руки и поспешно выбежала из кухни.

Телефон вибрировал на журнальном столике в гостиной. Она успела подхватить его раньше, чем посмотрела на экран, и, уже проведя пальцем по кнопке вызова, заметила, что звонок вовсе не от Фу Минъюя.

Настроение мгновенно упало.

— Жуань-Жуань, завтра вечером тётя придёт к нам на новогодний ужин. Ты приедешь? — раздался в трубке голос Дун Сянь. Не дожидаясь ответа, она добавила: — Я слышала, Фу Минъюй сейчас в Сингапуре, да?

— Не приеду, — ответила Жуань Сысянь, подойдя к окну. Одной рукой она держала телефон, другой пригладила плохо приклеенную бумажную новогоднюю гирлянду. — Завтра меня не будет в Цзянчэне.

На том конце послышался тяжёлый вздох.

— Ладно, тогда будь осторожна.

— Кто звонил? — Сы Сяочжэнь выглянула из кухни. — Твой Фу Минъюй?

Жуань Сысянь приподняла бровь. Сы Сяочжэнь скорчила кислую гримасу и быстро спряталась обратно.

— Эх… завижую. Похоже, завтра во всём мире только я одна буду встречать Новый год в одиночестве.

— Привыкай, — сухо усмехнулась Жуань Сысянь, выходя из кухни с тарелкой пельменей в руках. Но в глубине души после этих слов подруги у неё вдруг появилось странное ожидание.

А вдруг?.. Кто знает?..

На следующее утро, когда Жуань Сысянь выходила из дома, почти все магазины и заведения были закрыты, на улицах — редкие машины. Только подъезжая к трассе, ведущей в аэропорт, она увидела, как поток машин снова становится плотным.

В аэропорту толпы людей спешили домой, шаги звучали торопливо и радостно.

Как и всегда, их рейс приземлился в Линчэне ровно в два часа дня.

Через два часа самолёт должен был вернуться в Цзянчэн.

Когда Жуань Сысянь вышла из кабины, Ни Тун как раз провожала последнего пассажира.

— Всего доброго! Не забудьте свои вещи! Счастливого Нового года!

Как только пассажир скрылся вдали, лицо Ни Тун сразу изменилось: она торопливо схватила сумку.

— Домой! Домой скорее! А то все «красные конверты» на новогоднем эфире без меня разберут!

Жуань Сысянь подняла голову — на улице уже стемнело, а к празднику как раз вовремя пошёл снег. Мелкие снежинки, кружа в лучах сигнальных огней, будто танцевали в воздухе.

Даже снег решил добавить атмосферы новогодней ночи.

Рядом капитан, бортпроводники и сотрудник службы безопасности потирали руки от холода и, спускаясь по трапу, едва не перепрыгивали по три ступеньки сразу — лишь бы побыстрее домой.

— Капитан, капитан, давайте красный конверт! — крикнула Ни Тун, весело катя за собой чемодан. — Последний рейс в этом году, на удачу!

После её слов остальные тоже подхватили шутливый хор.

Капитан рассмеялся, достал телефон:

— Будет! Будет! Всем по «фацай» на Новый год!

Через несколько минут у всех членов экипажа одновременно зазвенели уведомления.

Жуань Сысянь очнулась от задумчивости, достала свой телефон и взглянула — капитан создал маленький групповой чат и отправил туда два «красных конверта».

— Эх… — вздохнула она, получив свой бонус и тут же выйдя из чата.

Затем открыла окно переписки с Фу Минъюем.

Их последняя переписка обрывалась на сообщении, которое она отправила ему днём, когда самолёт приземлился.

Жуань Сысянь раздражённо ткнула пальцем в экран.

Так уж занят, да?!

Она открыла ленту «Моментов» — сегодня все были особенно активны, один за другим посты с фотографиями новогодних ужинов.

Среди них она увидела и публикацию Чжэн Юань — тоже фото праздничного стола.

На фотографии никого не было — только длинный европейский обеденный стол, уставленный блюдами с мясом, рыбой и закусками. Одни только цвета заставляли сглотнуть слюну.

Казалось, весь мир собрался за праздничным ужином, и лишь она одна возвращалась домой есть замороженные пельмени.

Когда экипаж высадился из служебного автобуса и направился к зданию аэровокзала, снежинки холодно ложились на лицо. Все шли быстро, катя за собой чемоданы.

Жуань Сысянь поплотнее закуталась в шарф, оставив открытой только половину лица.

Может, просто потому, что настроение у всех вокруг было радостное, но шаги её казались лёгкими, словно она шла по воздуху, не чувствуя под собой земли.

По пути она снова несколько раз посмотрела в телефон.

Новые поздравления с Новым годом сыпались без остановки, и окно переписки с Фу Минъюем уже опустилось далеко вниз.

Она хотела было закрепить его чат наверху и передумала.

Сделала ещё несколько шагов — и телефон снова зазвенел.

Жуань Сысянь глубоко вздохнула.

Хорошо, Фу Минъюй, даю тебе последний шанс. Если сейчас не напишешь — женись тогда на своей работе.

Она вытащила телефон.

Прекрасно. Конечно, это не он, а Чжэн Юань.

[Чжэн Юань]: Ты правда не придёшь поесть?

[Чжэн Юань]: Всё равно ведь Фу Минъюй не в стране. Зачем тебе одной встречать Новый год, приходи!

[Жуань Сысянь]: С наступающим. Желаю урвать самый большой красный конверт.

В аэропорту один за другим звучали объявления о посадке, вокруг слышались детские голоса. Несколько пассажиров, опаздывая, почти бежали, катя за собой чемоданы — колёса громко стучали по полу.

Несмотря на шум, в воздухе чувствовалось волнение и радость возвращения домой.

Телефон снова несколько раз завибрировал, но Жуань Сысянь уже не стала смотреть. Хотелось лишь побыстрее вернуться домой, поесть и включить новогодний концерт.

Звуки вокруг становились то ближе, то дальше, она шла всё быстрее.

И вдруг, у выхода, заметила знакомую фигуру.

Она остановилась, моргнула, чтобы убедиться, что не обозналась.

Нет.

Этот силуэт она узнала бы из тысячи.

Она потянула за собой чемодан и бросилась вперёд.

Расстояние между ними сокращалось, силуэт становился всё отчётливее.

Сердце колотилось всё быстрее, шаги тоже ускорялись.

Паршивец… целый день ни слова, оказывается, просто тихо вернулся!

Но, не добежав пары шагов, она резко затормозила. От неожиданности едва не потеряла равновесие.

— Потому что мужчина вдруг обернулся.

В тот миг, когда она увидела его лицо, сердце, ещё мгновение назад летевшее вверх, тяжело рухнуло вниз.

Жуань Сысянь остолбенела.

Нет, ну как так — чтобы спина была похожа до такой степени?

Если бы поставить их рядом, силуэты можно было бы просто соединить — и не отличишь.

Мужчина тоже заметил её. Увидев странное выражение на лице, опустил взгляд и окинул её внимательным, чуть растерянным взглядом.

Жуань Сысянь почувствовала неловкость, поправила волосы и, делая вид, что ничего не случилось, безразлично пошла дальше.

Но когда проходила мимо, он вдруг произнёс:

— Госпожа Жуань?

Она остановилась, удивлённо взглянула на него.

— Вы…

Мужчина слегка улыбнулся, наклонил голову и жестом показал оглянуться.

Сердце у Жуань Сысянь снова бешено забилось. Она крепче сжала ручку чемодана и медленно повернулась.

Зал аэропорта сиял светом. На нём — белая рубашка без галстука, пиджак небрежно перекинут через руку, другая рука в кармане. Он стоял прямо, спокойный и безмятежный, а вокруг спешили люди, словно растворяясь — один он оставался чётким, будто в фокусе.

Жуань Сысянь не моргала. Гул собственного сердца отдавался в ушах, будто барабанный бой.

Фу Минъюй слегка склонил голову.

— Ослепла? Своего парня уже не узнаёшь?

Услышав его голос, Жуань Сысянь вдруг почувствовала, что твёрдо стоит на земле — словно только сейчас по-настоящему приземлилась.

— Почему ты вернулся? 

Фу Минъюй сделал несколько шагов вперёд, протянул ей пиджак. Жуань Сысянь машинально поймала его, а следующую секунду он взял её за руку.

Он перехватил ручку её чемодана и сказал:

— А что, я должен был оставить тебя одну встречать Новый год?

Затем, чуть наклонив голову, повёл её вперёд и взглядом показал в ту сторону.

— Поздоровайся. Это мой брат.

— Брат? — переспросила Жуань Сысянь.

Фу Чэнъюй медленно подошёл, окинул их взглядом и с лёгкой улыбкой произнёс:

— Вернулся ты как раз вовремя.

Жуань Сысянь ещё не успела толком прийти в себя, а Фу Минъюй уже глянул на часы и сказал:

— Времени мало. Я поеду ужинать, а ты?

Фу Чэнъюй махнул за спину — там ждали несколько иностранных мужчин средних лет, — и, обернувшись к Жуань Сысянь, добавил:

— В другой раз познакомимся поближе. Сегодня не буду мешать вам.

* * *

Даже вернувшись домой, Жуань Сысянь всё ещё чувствовала себя как во сне.

Фу Минъюй сразу прошёл на кухню, и она, даже не переодевшись, последовала за ним.

— Почему не переехала наверх? — спросил он.

Жуань Сысянь промолчала, стояла у него за спиной и легонько ткнула пальцем в его спину.

— Ты сегодня весь день был в самолёте?

Фу Минъюй открыл холодильник, бегло осмотрел полки, пытаясь найти хоть что-то свежее.

— А как ты думаешь? В холодильнике пусто. Чем будем ужинать?

Жуань Сысянь посмотрела на него:

— Есть пельмени. А ты надолго вернулся? Родителей не поедешь навестить? Брат ведь тоже приехал.

— Отец в США, мама поехала к нему. А брат… сам видела, выглядит ли он как человек, который захочет ужинать с нами? — Фу Минъюй наклонился, открыл морозилку, нахмурился. — Так, и это всё, что у нас есть?

Потом вдруг усмехнулся.

Да и ладно. Быстро и удобно.

— В супермаркетах уже никого нет, — сказала Жуань Сысянь. — Ты так и не сказал, когда возвращаешься в Сингапур.

Фу Минъюй достал коробку с пельменями и направился к шкафу.

— Скоро.

Такой ответ лишь усилил её тревогу. Она тут же спросила:

— Скоро — это когда?

Фу Минъюй неторопливо закатал рукава, готовясь к готовке.

— Через два часа.

У Жуань Сысянь перехватило дыхание. По телу пробежала горячая волна, а в груди защемило.

Прошло несколько секунд, прежде чем она молча обняла его сзади.

Во все годы учёбы на праздники однокурсники не раз звали её в гости, но она не хотела никому быть в тягость — отказывалась. Позже, уже работая, почти каждый канун Нового года проводила в гостинице.

— На самом деле тебе не нужно так стараться, — тихо сказала она. — Я уже привыкла встречать Новый год одна.

Вода в кастрюле закипела. Фу Минъюй бросил в неё пельмени и спокойно ответил:

— Тогда отвыкай.

* * *

Когда на новогоднем гала-концерте дошло до номера фокусника, Жуань Сысянь сидела на диване, поджав ноги, и ловила «красные конверты» в телефоне. Даже не заметила, как Фу Минъюй сел рядом.

Прим. ред. Когда в приложении (например, WeChat) кто-то рассылает электронные «красные конверты», их открывают участники, и каждому случайным образом достаётся разная сумма. Кому-то много, кому-то — смешные копейки.

— А! — воскликнула она и тут же схватила его за руку. — Дай сюда свой телефон!

Фу Минъюй бросил на неё взгляд, но протянул аппарат.

— Пароль?

— Ноль девять двадцать один.

Через несколько секунд Жуань Сысянь, глядя на два экрана, застыла с каменным лицом.

— Три юаня двадцать фэней? (примерно 40 центов)

Фу Минъюй наклонил голову, взглянул на экран:

— Тебе просто не везёт… 

Но, встретившись с её ледяным взглядом, прикусил язык и только усмехнулся.

— Ешь.

Она подняла миску и посмотрела на пельмени.

— Не слишком ли скромно для тебя?

Фу Минъюй взял один пельмень палочками и поднёс к её губам.

— Если ты сейчас не начнёшь есть, вот тогда действительно тебе будет тяжко, — сказал Фу Минъюй.

Жуань Сысянь машинально открыла рот, взяла пельмень, уставилась на него в немом изумлении.

Пожевала, проглотила и, неразборчиво пробормотала:

— Ты вообще человек?

Канун Нового года. Два часа!

Я-то думала, что он специально прилетел, чтобы встретить праздник, а оказалось — просто вернулся, чтобы «снять напряжение»?!

Проглотив пельмень, Жуань Сысянь отодвинулась подальше на другой конец дивана и, уставившись в экран телевизора, сказала:

— Фу Минъюй, мне кажется, ты вовсе не любишь меня. Ты просто хочешь моё тело.

— А если даже тело не хочешь, разве это можно назвать любовью?

Ей и возразить было нечего.

Фу Минъюй протянул руку, снова притянул её к себе.

— Ешь. Остынет.

После ужина Жуань Сысянь устроилась у него на груди. Смотрела телевизор, но мысли блуждали где-то далеко.

Время от времени она поднимала глаза — прямо перед ней была его челюсть.

— Чего смотришь? — спросил он.

Жуань Сысянь провела пальцами по его подбородку — немного кололо.

— Просто… кажется, будто всё это не по-настоящему.

— Вот как. — Он обнял её крепче, наклонился к самому уху. — Значит, тебе нужны какие-то физические доказательства, чтобы поверить?

— Ты…

Договорить она не успела — он поцеловал её. Его ладонь мягко скользнула по её спине. Голос стал тише:

— Всё по-настоящему. Я здесь.

Жуань Сысянь долго молчала, не отрывая от него взгляда. Только когда глаза защипало, тихо сказала:

— Иногда мне кажется, ты заботишься обо мне даже больше, чем мама.

— Правда? — спокойно ответил Фу Минъюй, глядя прямо ей в лицо. — Тогда будь со мной. Всегда. Ладно?

Жуань Сысянь опустила голову, спряталась у него на груди и крепко обняла, сжимая его рубашку так, что побелели кончики пальцев.

Телевизор шумел — шло яркое новогоднее шоу, а за окном тихо падал снег.

В эту ночь, когда огни зажглись во всех домах, наконец-то один из них горел для неё.

Два часа пролетели, как две секунды — моргнула, и всё уже позади.

Из телевизора зазвучала знакомая песня, за окном вспыхнули салюты.

Фу Минъюй поднялся, взял пиджак.

— Я пошёл.

Жуань Сысянь всё ещё не до конца осознавала, что вечер подошёл к концу. Только когда они спустились вниз, она заметила, что на ней домашние тапки, и пятки торчат наружу.

— Поднимайся, — сказал Фу Минъюй. — Я ведь не насовсем уезжаю. Не делай такое лицо, будто расставаться не хочешь.

— Кто это тут не хочет? — Жуань Сысянь отмахнулась. — Иди уже, я просто спустилась из вежливости. Тоже пойду.

Фу Минъюй взглянул на неё долгим, глубоким взглядом, потом повернулся и сел в машину. Она вошла в лифт.

Вернувшись домой и увидев снова пустую квартиру, Жуань Сысянь вдруг почувствовала лёгкую пустоту.

Этот вечер и правда казался сном.

* * *

На следующее утро.

[Сы Сяочжэнь]: Охренеть?! Он правда вернулся?

[Бянь Сюань]: Может, тебе просто показалось?

[Жуань Сысянь]: Ага, показалось. Тогда приходи и помой заодно посуду, что осталась.

[Сы Сяочжэнь]: Плачу над любовью богатых! Вот бы и ко мне кто-нибудь прилетел через полмира просто поужинать на Новый год.

[Сы Сяочжэнь]: И на частном самолёте, между прочим! У-у-у!

[Бянь Сюань]: Охренеть.

[Сы Сяочжэнь]: Сюань, теперь поняла, кого надо выбирать?

[Бянь Сюань]: Кого?

[Сы Сяочжэнь]: Ты же говорила, за тобой ухаживают двое — студент и босс из финансовой компании, и ты не знаешь, кого выбрать. Так вот: двадцатилетний студент, который катает тебя на велосипеде, или тридцатипятилетний директор, живущий в вилле, с личным самолётом, который ради тебя прилетает на праздник — кого выберешь? Теперь ясно?

[Бянь Сюань]: Эх… Дело не в вилле и не в самолёте. Мне просто приятнее смотреть на тридцатипятилетнего мужчину.

Жуань Сысянь, глядя на их переписку, тихо рассмеялась, ничего не ответила и поднялась на борт самолёта.

Она знала — Фу Минъюй действительно очень занят. Даже прошлым вечером, пока они ужинали, его телефон всё время звонил.

Неудивительно, что Бянь Сюань и Сы Сяочжэнь были поражены: до самого утра Жуань Сысянь и сама думала, что всё это, наверное, ей приснилось.

Если бы не красный конверт, найденный под подушкой.

Она долго вертела его в руках, пытаясь понять, что это значит, и в итоге написала сообщение.

[Жуань Сысянь]: Ты положил под мою подушку конверт?

[Фу Минъюй]: Ты только сейчас заметила?

[Жуань Сысянь]: ?

[Жуань Сысянь]: Это что вообще значит?

[Фу Минъюй]: Новогодние деньги. (Прим. ред. традиционный подарок детям на Новый год)

[Жуань Сысянь]: Ты считаешь меня ребёнком?

[Фу Минъюй]: Ну, можно и так сказать.

[Жуань Сысянь]: Тогда за всё, что ты со мной делал, тебе вообще-то грозит тюрьма.

[Фу Минъюй]: ……

Держа этот конверт, Жуань Сысянь глупо улыбалась, как ребёнок.

Но после того визита у Фу Минъюя действительно больше не находилось времени прилететь обратно — даже в День святого Валентина он целый день провёл на совещаниях.

Зато помощник лично доставил ей бриллиантовый браслет.

А Жуань Сысянь, помимо работы, готовилась к экзамену F3 — третьему этапу аттестации второго пилота. Сложная теория и изнурительные тренировки на симуляторе отнимали у неё все выходные и свободные часы.

Однажды, наблюдая за всем этим, Бянь Сюань осторожно спросила:

— Вы с парнем так долго не виделись… тебе не тревожно, что он один там, за границей?

— Он что, беспомощный младенец, по-твоему? — небрежно ответила Жуань Сысянь. — Если даже его мама не волнуется, то с чего бы мне?

— Да я не это имею в виду, — Бянь Сюань ткнула её в плечо. — Ты же знаешь, какой твой парень… к нему же девушки липнут!

Жуань Сысянь, пережёвывая еду, вдруг рассмеялась.

— С его нынешним графиком, если бы у него вдруг появилось свободное время, он бы, пожалуй, проспал трое суток подряд. Так что если у него ещё и остаются силы на какие-то тайные похождения за моей спиной — я даже восхищаться начну.

Она подняла большой палец.

— С такой выносливостью он и с черепахой мог бы поспорить, кто дольше проживёт.

Бянь Сюань рассмеялась: раз уж Жуань Сысянь сама шутит, значит, беспокоиться не стоит. Она украдкой взглянула на парня за соседним столиком, который всё время посматривал в их сторону, и, опустив голову, усмехнулась:

— Ты сама тоже не подарок. Твой-то парень не ревнует?

Жуань Сысянь бросила взгляд на молодого парня в спортивном костюме — типичного студента — и тихо хмыкнула:

— Наш директор Фу в себе уверен как никогда.

Сказала — и тут же опустила голову, беззвучно вздохнув.

Время тянулось мучительно медленно.

* * *

На майские праздники график был плотный — Жуань Сысянь отлетала четыре дня подряд, достигнув лимита по часам. Предстояли два выходных, но и они оказались заняты — как раз назначили экзамен F3.

Однако утром в день экзамена её внезапно уведомили, что из-за нехватки инструкторов испытание переносят.

Планы рухнули, и по дороге домой Жуань Сысянь всё ещё чувствовала лёгкое оцепенение.

А потом — даже какое-то облегчение.

Раз уж утро свободное, она вернулась домой, немного прибралась и, взглянув на часы, поняла, что успевает на фильм, который давно хотела посмотреть, но всё никак не получалось.

Было ещё не девять утра. Сеанс шёл только в VIP-зале и был первым за день, а билеты уже почти распроданы.

Майская жара вступала в силу — из весенней одежды в шкафу остались лишь несколько лёгких кофт.

Редкий случай: Жуань Сысянь надела платье и вышла из дома. Когда добралась до кинотеатра, тот как раз только открылся.

Получив билет, Жуань Сысянь поняла, что до начала сеанса ещё есть время, купила ведёрко попкорна и села ждать в холле.

Кинотеатр был почти пуст, и потому она, сидя одна посреди зала ожидания, сразу бросалась в глаза.

Прошло всего несколько минут — перед ней остановилась пара кроссовок.

Жуань Сысянь подняла голову и замерла.

— Старший, вот так встреча!

Се Юй держал в руке билет, огляделся по сторонам и, заметив, что она сидит одна, удивлённо поднял брови. Сверившись с билетом, спросил:

— Ты тоже на этот сеанс?

— Ага, — кивнула Жуань Сысянь. — А ты один?

— Да, только из лаборатории вышел. Эм… — он поднял бутылку минеральной воды и, убедившись, что рядом с ней никого нет, осторожно спросил: — А ты чего тоже одна?

Девушка, у которой есть парень — и с утра пораньше одна в кино? Выглядело странно. Неужели расстались?

В этот момент контролёр объявил, что сеанс начинается. Жуань Сысянь поднялась и, направляясь к залу, сказала:

— Мой парень сейчас за границей.

Се Юй кивнул и пошёл рядом. Они молчали всю дорогу до зала.

Шли рекламные ролики. Несмотря на то что зал был почти пуст, Жуань Сысянь привычно пригнулась, пробираясь к своему месту.

Она села, подняла голову и столкнулась взглядом с Се Юем.

— Ты тоже тут сидишь?

Он полусогнулся, ещё не успев опуститься в кресло, посмотрел на билет и убедился, что не ошибся.

— Вот уж совпадение.

Жуань Сысянь кивнула, больше ничего не сказала.

Лишь к середине фильма Се Юй вдруг вспомнил:

— Ты придёшь на празднование в сентябре?

— А? — Жуань Сысянь проглотила попкорн. — Что ты сказал?

Он наклонился ближе:

— Осенний юбилей университета. Забыла? В этом году сто десятая годовщина.

— Точно забыла. — А что?

— Ничего, просто спросил, поедешь ли. Хотя, наверное, у тебя всё расписано.

Жуань Сысянь улыбнулась и тихо ответила:

— Я и сама не знаю, будет ли у меня время. У меня ведь не обычный график с девяти до пяти.

На заднем ряду кинозала Янь Ань выпрямил спинку кресла, потянул шею — и вдруг застыл, уставившись вперёд.

Он легонько толкнул локтем дремавшую рядом Чжэн Юань.

— Проснись.

Чжэн Юань отмахнулась, отодвинулась чуть в сторону.

Он постучал по её руке ещё дважды:

— Смотри, это не Жуань Сысянь там впереди?

Сквозь дремоту она уловила только имя Жуань Сысянь, приоткрыла глаза и зевнула:

— Янь Ань, тебе не кажется, что упоминать сейчас Жуань Сысянь при мне — как-то… неуместно?

— Не в этом дело, — Янь Ань показал вперёд. — Серьёзно, глянь, это не она?

Чжэн Юань лениво выпрямилась и посмотрела туда, куда он указывал.

— А?.. — протянула она с удивлением.

* * *

Ближе к полудню у Фу Минъюя наконец нашлось время взглянуть на телефон.

Двумя часами ранее Янь Ань прислал ему несколько сообщений.

Одно из них было тёмное, зернистое фото из кинотеатра.

[Янь Ань]: Это твоя девушка?

[Янь Ань]: Брат, тебе бы сходить голову помыть — глянь, вдруг вода уже зелёная.

Прим. ред. отсылка к зеленой шляпе, которую носят рогоносцы 

Фу Минъюй мельком взглянул на снимок и спокойно отложил телефон.

Сингапур, почти на экваторе, жаркий и влажный круглый год. С мая по июль — пик зноя: удушливая жара, липкая влага, настроение портится мгновенно.

Пообедав, Фу Минъюй снова взял телефон, быстро просмотрел экран и слегка приподнял брови.

Если он не ошибался, то сегодня утром у Жуань Сысянь должен был быть экзамен.

Но на фото, без всяких сомнений, была именно она — и мужчину рядом он тоже прекрасно помнил.

Однако до сих пор от его девушки не пришло ни одного сообщения.

Фу Минъюй вернулся в кабинет, откинулся на спинку кресла и переслал снимок Жуань Сысянь.

[Фу Минъюй]: Ну что, малышка, быстро ты нашла замену своему гэгэ.

Через две минуты.

[Жуань Сысянь]: ???

[Жуань Сысянь]: !!!

[Жуань Сысянь]: Возмездие небес не заставляет себя ждать!

Прим. ред. она напоминает, что и он сам не святой, у него тоже были подозрительные совпадения. карма, короче

Фу Минъюй приподнял бровь, вертя ручку между пальцами.

[Фу Минъюй]: А?

[Жуань Сысянь]: Я серьёзно — просто совпадение! Купила билет, а место оказалось рядом с ним. Ты мне веришь?

В этот момент в кабинет вошёл Бай Ян, держа в руках две упаковки лекарств.

— Господин Фу, — сказал он, глядя в инструкцию, — доктор Леонард сменил вам препарат, дозировка здесь чуть выше.

Он поставил коробки на стол.

— Выпьете сейчас?

Фу Минъюй чуть кивнул.

— Оставь. Потом.

Он снова взял телефон.

[Фу Минъюй]: Совпадение, говоришь? Ну, у нас с тобой таких совпадений никогда не случалось.

[Жуань Сысянь]: …

[Жуань Сысянь]: А ты уверен, что ничего не вспомнишь?

[Жуань Сысянь]: Помочь тебе освежить память?

[Жуань Сысянь]: А?

Тон её сообщений был намеренно похож на его собственный — иронией в ответ на иронию.

Воспоминания о тех давних днях в Лондоне уже почти стёрлись, но её намёк заставил Фу Минъюя тихо усмехнуться.

[Фу Минъюй]: Не хочу вспоминать.

Он бросил взгляд на лежавшие на столе лекарства.

[Фу Минъюй]: Голова болит. Чувствую себя неважно.

Прошло десять минут — ответа так и не было. К этому времени Фу Минъюй уже сидел в переговорной.

После бесконечного, утомительного совещания, длившегося весь день, стрелки часов показывали уже семь вечера, но беспощадное солнце, казалось, и не думало уходить с работы, продолжая безжалостно палить город.

— Господин Фу, вы так и не приняли лекарство? — спросил Бай Ян, глядя на всё ещё запечатанную коробку.

Фу Минъюй открыл глаза, взял упаковку, вытряхнул две таблетки и запил их водой.

Одновременно посмотрел на телефон — от Жуань Сысянь по-прежнему ни слова.

Он поставил стакан на стол, нахмурился и сказал:

— Узнай у наших в Китае, что сегодня с экзаменом F3.

— Хорошо, — ответил Бай Ян, но, дойдя до двери, обернулся: — Проверить в целом или по конкретным людям?

Фу Минъюй чуть приподнял бровь.

— Понял, — сказал Бай Ян и вышел.

Фу Минъюй поднялся, взял пиджак и вышел из офиса.

Вернувшись в гостиницу, он получил звонок от Бай Яна.

— Сегодня утром, из-за нехватки инструкторов, часть экзаменов F3 для вторых пилотов перенесли на следующую неделю.

— Понятно.

Он положил трубку, ослабил галстук и снова взглянул на телефон.

Ответа всё ещё не было.

Он несколько секунд смотрел на экран, потом раздражённо сорвал галстук и швырнул его на диван.

Сел, закрыл глаза, пытаясь немного отдохнуть, но чем дольше сидел, тем сильнее накатывало раздражение.

Стоило закрыть глаза — и перед ним вставало её лицо. Мелькало в памяти, как будто рядом, и всё же недосягаемо.

Он открыл глаза, закурил и набрал её номер.

Жуань Сысянь ответила почти сразу.

Фу Минъюй, положив ногу на ногу и глядя на заходящее солнце за окном, спокойно сказал:

— Значит, звонки ты берёшь, а сообщения — нет?

— Ага, — прозвучало с той стороны. — Просто я не умею читать.

Фу Минъюй замолчал на пару секунд, прищурился, голос стал более глухим и хриплым:

— Жуань Сы…

— Открой дверь.

Её голос вдруг прервал его на полуслове.

* * *

Автор комментирует:

Фу Минъюй: Э? Я что, сегодня в дораме оказался? 😳