— Это не связано с политикой. Просто… мне хотелось увидеть всё своими глазами.

Глаза Шарлотты слегка блеснули.

— Я хотела прогуляться по отвоёванному Лондиниуму вместе с вами, моим спасителем.

*

Потайной задний ход королевского дворца.

Вместо шумного кортежа мы вышли наружу, взяв с собой лишь нескольких агентов разведки во главе с Сидни.

Королева Шарлотта поверх пышного мундира надела скромное тёплое пальто и шляпу с широкими полями, слегка прикрывавшую лицо. Королевское величие было не скрыть, но издали она казалась просто знатной дамой.

— Вы уже вышли, директор.

Едва мы вышли, как дежурившая поблизости Сидни подошла к нам.

Но рядом с ней чинно уселось совершенно неожиданное существо.

— Р-р-р, гав!

Крупный служебный пёс с тёмной шерстью и свирепым видом.

Тот самый свирепый пёс, брошенный врагами во время прочёсывания улиц Уэймута.

Едва увидав меня, он неистово замахал хвостом и попытался подбежать, но натянутый старый ошейник не пускал его, и пёс лишь скулил, топчась на месте.

— Ого.

Я ухмыльнулся и перевёл взгляд с Сидни на ошейник.

— А он заметно откормился. Отрабатывает свой хлеб?

— Да. Его поисковые способности оказались выше ожиданий: ещё до прорыва южной линии обороны он дважды находил следы противника.

Сидни попыталась демонстративно погладить пса по голове.

Однако.

— Р-р-р.

Стоило её руке приблизиться, как пёс глухо зарычал.

— ……

На лице Сидни отобразилось замешательство.

— Вы дали ему имя?

— Да. Зовём его Бастером.

Глядя, как Сидни перехватывает потёртый ошейник Бастера, я тихо усмехнулся.

— Директор, вы отлично управляетесь с агентами разведки, а вот к дрессировке собак у вас явно нет таланта.

— Люди и животные — это разное, полковник… то есть бригадный генерал. К тому же дрессировка служебных собак — не моя специализация.

В этот момент Сидни возразила.

— Вы сказали, его зовут Бастер? Какой статный пёс.

Стоявшая позади королева Шарлотта с интересом подошла ближе.

— Ваше Величество, осторожно! Он может укусить…!

Сидни перепугалась, но Шарлотта изящным жестом остановила её. Затем без тени колебаний присела на уровень глаз Бастера.

Р-р-р…

В тот момент, когда Бастер насторожился и собрался оскалить зубы, Шарлотта уверенно протянула руку и провела по его спинке носа до самого загривка.

— Вот так. Хороший мальчик.

Ску-у-уль…

Произошло невероятное. Бастер, совсем недавно скаливший зубы на Сидни, от пары ласковых прикосновений Шарлотты закрутил хвостом, точно пропеллером, и повалился на брюхо.

— Э-э…?

Сидни ошеломлённо застыла.

«Родословную не пропьёшь, значит».

С давних времён охота была главным увлечением королевских особ. Шарлотта с детства привыкла иметь дело со свирепыми гончими, разгуливая по своим владениям, и этот опыт въелся в неё до мозга костей.

— Сидни. При работе со зверями нельзя колебаться. Нужно твёрдо, но мягко дать ему понять, что ты — его абсолютный хозяин.

Шарлотта почесала Бастера за ушком и улыбнулась. Сидни не нашлась, что ответить, и проглотила язык.

— Что ж, пойдём?

Шарлотта поднялась. Мы вышли на улицу за задними воротами.

Я, королева Шарлотта, Сидни и служебный пёс Бастер.

Наша четвёрка, шагавшая по ночным улицам Лондиниума, выглядела довольно странной компанией.

Шаг, шаг.

— ……

Шарлотта молча разглядывала город.

Здание банка с обрушенной снарядом внешней стеной. Часовая башня, испещрённая следами пуль, словно пчелиными сотами. На улицах всё ещё лежали глубокие шрамы войны.

Однако сама атмосфера разительно отличалась от серых и унылых Элансии или Суассона.

Несмотря на поздний час, горожане при свете факелов и газовых фонарей таскали обломки кирпичей и заколачивали досками разбитые окна. Глаза жителей Лондиниума лучились живой энергией, а не отчаянием.

— Какое счастье. Сердце Лондиниума всё ещё бьётся.

Голос Шарлотты звучал с нежной грустью.

— Ваше Величество. Их неистребимая воля к жизни — это и есть истинная сила Соединённого Королевства.

Сидни подхватила с воодушевлением. Обе женщины прониклись патриотизмом и трогательностью момента, но…

«Анализ состояния».

В моих глазах пейзаж этой улицы трактовался немного иначе.

[Объект: Здание банка]

[Состояние: Множественные повреждения от артиллерии, требуется реконструкция]

[Объект: Дорога]

[Состояние: Требуется восстановление инфраструктуры]

В голове сам собой включился калькулятор.

«Каждый уложенный кирпич приносит деньги в мою компанию».

Десятилетняя монополия на работы по восстановлению Лондиниума.

Капли пота этих горожан и бюджет Соединённого Королевства на реконструкцию исправно превращались в золото на моих подставных счетах. Пусть они забрали себе патриотизм, а я заберу выгоду. Настоящая выигрышная сделка для всех!

Пока мы так шли, на углу переулка мне попалась на глаза маленькая освещённая лавка.

Это была старая кожаная мастерская, откуда доносился грубый стук молотка.

— Давайте ненадолго зайдём.

Я шагнул вперёд и открыл дверь мастерской. Раздался колокольчик, и в нос ударил густой запах дублёной кожи.

— Добро пожаловать… Ах!

Пожилой мастер, чинивший поздно ночью седло, отшатнулся от испуга, увидав группу людей в дорогих пальто и жуткого служебного пса.

— Не беспокойтесь. Мы просто пришли посмотреть товар.

Я успокоил испуганного хозяина и огляделся. На витрине висели грубые, но прочные на вид кожаные изделия.

Мой взгляд естественным образом упал на ошейник Бастера, который держала Сидни.

Похоже, у неё не было времени заменить его, поэтому пёс всё ещё носил вражеский ошейник. Местами масляные пятна, железные детали заржавели — полная дрянь.

Бастер был в некотором роде символом победы в битве за Уэймут, а смотрелся совсем несолидно.

Я снял со стенда ошейник для крупных собак, кожа которого выглядела наиболее качественной и прочной.

— Хозяин. Нам вот этот ошейник.

Я достал из-за пазухи одну серебряную монету и бросил её на верстак.

— С-серебряный? Ох, эта вещь стоит всего 10 медных монет… У меня нет сдачи……

— Сдачи не надо. В такое нелёгкое время пригодится, оставьте себе.

Мастер непрерывно кланялся, рассыпаясь в благодарностях. Взяв ошейник, я уже повернулся, чтобы уйти, но замер и снова посмотрел на ремесленника.

— Ах. Думаю, мне понадобится ещё один.

— Да-да! Сейчас дам такой же!

Забрав два одинаковых кожаных ошейника высочайшего качества, я вышел из мастерской.

Дышавшие ночным воздухом Сидни и Шарлотта посмотрели на меня с недоумением.

— Так, директор. Снимите с Бастера этот грязный ошейник от этих красных и надевайте новый.

Когда я протянул новый ошейник, Сидни кивнула и расстегнула старый. Стоило надеть свежий кожаный ошейник, как Бастер, довольный, радостно залаял и вильнул хвостом.

— Спасибо, бригадный генерал. Но……

Взгляд Сидни переместился на второй ошейник в моей левой руке.

— Зачем вы купили два?

Вполне естественный вопрос.

— У вас есть ещё один служебный пёс в бригаде? Я не слышала, чтобы генерал держал собаку.

Сидни с недоумением спросила. Стоявшая рядом королева Шарлотта тоже посмотрела на меня с интересом.

— Не ожидала. Не думала, что сэр Макс так любит животных.

Находясь под пристальными взглядами обеих, я слегка обмотал конец оставшегося ошейника вокруг пальцев. Кожа натянулась с тугим скрипом.

Ухмыльнувшись, я уставился прямо в лавандовые глаза Сидни.

— А, держу. Есть у меня одна собачонка, завёл несколько месяцев назад.

— Вот как? И что за порода……

— Очень свирепая, упрямая и заносчивая особа.

Я сделал шаг ближе и звякнул серебряной пряжкой ошейника в руке.

— Раньше она только и делала, что скалилась и лаяла, норовя цапнуть хозяина. Но в последнее время немного посмирнела, даже виляет хвостом и послушно приносит вещи, если прикажут.

— ……

Пока я делился «опытом», обе женщины молча слушали.

— И всё же ей ещё многого не хватает, так что при удобном случае планирую дрессировать её по полной.

— ……Вот как.

— Должно быть, вы отлично умеете обращаться с собаками.

Обе лишь слегка улыбнулись.

— Будет замечательно, если позже я смогу представить её и Вашему Величеству.

— Да, если представится случай, обязательно покажите.

Убрав ошейник, я завершил нашу короткую ночную прогулку.

— Уже поздно. Ваше Величество, должно быть, устали, так что возвращайтесь в резиденцию. Я пойду первым.

Я вежливо поклонился. Убедившись, что Шарлотта изящно кивнула, я без сожаления повернулся и ушёл.

*

Когда силуэт Макса окончательно растворился в темноте.

Шарлотта и Сидни в сопровождении Бастера молча направились к королевскому дворцу.

Ночной воздух Лондиниума был прохладным, однако лица обеих женщин выглядели светлыми и умиротворёнными, как никогда.

— До чего же удивительный человек.

Шарлотта заговорила с мягкой улыбкой:

— Я думала, он суровый, хладнокровный военный. Но не ожидала, что у него окажется такая заботливая сторона — так любить животных и лично покупать ошейники.

— ……Да, Ваше Величество.

Сидни изо всех сил старалась сохранить невозмутимое выражение лица и кивнула.

«Заботливая сторона, как же…»

В её голове всплыл недавний многозначительный взгляд Макса.

«Очень свирепая, упрямая и заносчивая особа. В последнее время немного посмирнела, даже виляет хвостом, так что планирую дрессировать её по полной».

Кончики ушей Сидни вспыхнули.

«Неужели… он говорил обо мне…?»

Впрочем, Макс Егер был как раз из тех людей, что способны на такое.

Однако, как ни странно, это не вызывало отвращения. Будь она прежней Сидни, содрогнулась бы от унижения, но сейчас внизу живота щекотало странное, приятное чувство.

— Сидни.

Оклик Шарлотты заставил Сидни опомниться.

— Впредь наши отношения с сэром Максом станут ещё более важными. Он не только могущественное лицо в Империи, но и благодетель нашего королевства. Нам нужно крепко привязать его к себе, чтобы он оставался на нашей стороне.

— Я помню об этом, Ваше Величество. Разведка уже думает над тем, как после войны наладить с ним сотрудничество и укрепить партнёрство.

— Хороший подход. Он уже доказал, что свято держит слово… Для нашего будущего не найти более надежного союзника.

В голосе Шарлотты звучало глубокое доверие. Сидни про себя тоже была полностью согласна.

Чудо, преподнесённое Максом Егером, подарило им этот безмятежный миг. Обе ощущали это остро, как никто другой.

Так они и шли по улице, ведя приятную беседу.

В уголке торгового квартала, постепенно возвращавшегося к жизни, внимание Сидни привлекла ателье-модистка, в окнах которой до поздней ночи горели свечи.

— ……

Шаги Сидни резко оборвались.

Одно из стёкол было выбито во время войны и забито доской, но в уцелевшей витрине стоял одетый манекен.

Должно быть, роскошная униформа, поставлявшаяся до войны в дворянские особняки Лондиниума.

Иными словами…

Чёрная юбка с пышными складками.

Белоснежный фартук с кружевами.

И чепец с рюшами на голову.

Это был…

В отеле Баденбурга, в поезде, мчавшемся к фронту, и в едва оккупированной Элансии под управлением временного правительства…

Костюм горничной, точь-в-точь похожий на тот, что ей приходилось носить.