Перевод: Astarmina

Она в замешательстве посмотрела на Джеффри. В этот момент в ее голове промелькнула странная сцена.

«Я все предоставлю».

«Не хочу. Это мой дом, поэтому я украшу его так, как мне заблагорассудится.

«Ну, если ты настаиваешь, я просто куплю кровать».

«Почему кровать?..»

«Потому что мы будем использовать ее вместе. Она должна быть прочной... Раздражает, если она скрипит. Ты согласна, Люмьер?»

Люмьер схватилась за голову и опустилась на землю.

Чей это голос?

Как бы она ни старалась вспомнить, ничего не получалось. Только боль, словно кто-то бил ее молотком по голове, усилилась.

— Мисс? С вами все в порядке?

— Уф...

— Мисс? Ох, кажется, у вас болит голова. Синди! Эй, Синди!

Как только Джеффри громко позвал Синди, дверь особняка распахнулась, и оттуда выбежал совсем не тот человек.

— Мисс!

Повернув голову на голос, Люмьер вздрогнула, и ее глаза расширились.

«Тамия?..»

У приближающейся особы была слегка смуглая кожа, нежные глаза и экзотическая внешность, из—за которой было трудно угадать ее возраст, — знакомое лицо.

Это была Тамия Мум, няня, которая ухаживала за Люмьер, когда та была маленькой.

— Мисс! С вами все в порядке? Вы ведь не пострадали серьезно, верно?

Няня выглядела так, как Люмьер помнила ее с детства. Необычно глубокими карими глазами она внимательно осмотрела ее и заключила в теплые объятия.

— Слава Богу, действительно слава Богу, что вы не пострадали серьезно...

Тепло Тамии окутало Люмьер.

Пока она стояла в оцепенении, знакомый травяной аромат Тамии привел ее в чувство. Люмьер быстро схватил ее за плечи и спросила:

— Тамия? Это действительно ты, Тамия? Как ты здесь оказалась?

Глаза той слегка расширились после сбивчивых слов девушки.

Женщина мгновение пристально смотрела на нее, прежде чем внезапно обхватить ладонями ее щеки и притянуть ближе. Прижавшись лбом ко лбу Люмьер, Тамия тихо прошептала:

— Мы случайно столкнулись перед собором десять дней назад. Вы схватили меня и попросили остаться с вами. Разве вы не помните?

Когда Люмьер в детстве волновалась, Тамия часто прижималась лбом к ее лбу и что-то шептала. Это всегда быстро успокаивало ее, и сейчас тоже сработало.

Странно, как только Тамия договорила, Люмьер вспомнила как схватила ее.

«Тамия!»

«Мисс Люмьер?..»

«Тамия! Это действительно ты, Тамия? Как?.. Нет, не обращай внимания. Тамия, пожалуйста. Я умоляю тебя, помоги мне. Пожалуйста!»

Глаза Люмьер расширились.

«Верно, так и было. Я схватила Тамию...»

Женщина заботилась о ней с одиннадцати до пятнадцати лет. Когда она покинула особняк по личным причинам, Люмьер много плакала.

Она очень скучала по ней. Даже став взрослой, иногда думала о ней и интересовалась, где она и как у нее дела.

Она снова встретила Тамию десять дней назад и отчаянно просила ее о помощи.

«Помоги»... В чем она просила ей помочь? Если она собиралась вспомнить, то должна вспомнить все. Почему все так запутано?

Люмьер снова почувствовала смущение из-за обрывочных воспоминаний. Но, к сожалению, на этом сюрпризы для нее на сегодня не закончились.

***

— Ох, мисс! С вами все в порядке? Позвольте узнать, что сказали в больнице?

Поздно выбежавшая Синди поддержала Люмьер, которая с бледным лицом держалась за пульсирующий от боли лоб.

Когда она появилась, Тамия быстро сбегала в особняк, чтобы принести теплого чая для Люмьер.

— О Боже! У вас порез на щеке! И ваше платье порвано. Что с вами случилось?

Синди суетилась вокруг Люмьер, как птица вокруг выпавшего из гнезда птенца.

Схватившись за ноющий лоб, Люмьер взглянула на Синди и мысленно вздохнула с облегчением.

«Слава богу. Синди такая же».

В ней не было ничего блестящего или сильно изменившегося; она была той же милой Синди Чейз, которую знала Люмьер.

Поняв, что она была шокирована своим нынешним состоянием больше, чем думала, Люмьер мысленно вздохнула.

«Ну, потеря фрагментов памяти — не такая уж незначительная проблема».

Люди часто смеются, находясь в шоковом состоянии, и Люмьер чувствовала себя именно так. Она глухо рассмеялась и позвала:

— Синди.

— Да, да? В чем дело, мисс? У вас болит голова? Нам вернуться в больницу? Или мне вызвать врача? — ее маленькие теплые ручки нежно погладили Люмьер по щеке и лбу. — Ах! Давайте сначала зайдем внутрь, мисс. Вот, держитесь за мою руку. Вы можете идти?

Люмьер сопротивлялась попыткам Синди затащить ее в особняк.

— Мисс?

Когда та озадаченно оглянулась на нее, Люмьер улыбнулась и с неподдельным любопытством спросила:

— Синди, не пугайся. Это действительно мой дом?

Глаза Синди расширились, словно она недоумевала, почему Люмьер спросила об этом.

— Почему дом такой большой? Его расширили?

— Нет. Мы полностью снесли его и отстроили заново в прошлом году.

— Перестроили? Почему?

Глаза Синди стали еще больше.

Всегда, когда Синди вот так распахивала глаза, Люмьер беспокоилась, что у нее могут выскочить глазные яблоки. Ее глаза стали очень большими и круглыми.

— Эм... Мисс?.. — на тревожный вопрос Синди Люмьер небрежно продолжила:

— Извини. Я, должно быть, кажусь странной, да? Доктор сказал, что я потеряла фрагменты память, когда попала в аварию.

— Что?.. Что вы сказали?

Кто-то однажды сказал, что глаза — это окна в душу.

Глядя на Синди, Люмьер была глубоко согласна с этим утверждением. Она могла видеть замешательство в постоянно моргающих глазах Синди.

— Итак, гм... Я, кажется, потеряла память за два-три года...

— Что? Что?! — осознав смысл ее слов, Синди схватила Люмьер за плечи и закричала: — Нет, как вы можете говорить что-то подобное так спокойно, мисс!

Люмьер, вздрагнувшая от повышенного голоса Синди, внезапно нашла ситуацию забавной. Она не понимала почему, но смех продолжал бурлить внутри.

— Вы смеетесь, мисс?!

Что еще она могла сделать? Какой у нее выбор?

Люмьер пожала плечами и снова улыбнулась Синди, которая выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок.

***

— О, мисс! О, наша мисс!..

В особняке царил переполох.

Позади причитающей Синди Джеффри, который вошел позже, в гневе топал ногами.

— Они сказали, что это карета знатной семьи, но почему она была так плохо сделана?

Удивительно, но карета, в которой ехала Люмьер, когда произошла авария, принадлежала Тартьен.

По словам Синди, все произошло так.

Около полутора месяцев назад Люмьер получила заказ от Тартьен написать портрет. Время поджимало, но владелец портрета настоял, чтобы именно она написала его.

Предложенная сумма была огромной из-за срочности. Однако, независимо от нее, Люмьер отказалась.

Тартьен использовал все средства, чтобы навязать ей этот заказ.

«Использовал все возможные средства?»

Она хотела спросить, что это значит, но сейчас было не время для вопросов.

Как уже упоминалось, прямо сейчас было море слез...

В любом случае, портрет был закончен в срок, и Тартьен пригласил ее в знак благодарности. Очевидно, сегодня был день, когда она приняла это приглашение.

Люмьер сухо усмехнулась и пробормотала:

— Я получила заказ на портрет от Тартьен и была официально приглашена?

Это было, мягко говоря, нелепо.

Тартьен, который мог сбить даже птиц с неба, заказал ей портрет. И предложил огромную сумму. Это само по себе было возмутительно, но что было еще более непонятным, так это то, что она ничего об этом не помнила.

«Я действительно ничего не понимаю».

Единственное радовало, что заказ был выполнен.

Это было единственное.

— Тартьен или кто там еще! Почему они не пришли, чтобы прибраться после аварии?

— Убирать было нечего. Я была слишком взволнована и просто ушла.

— И все же это неправильно!

— Совершенно верно! Это определенно вина Тартьен! Вы пострадали, мисс!

— Вы оба, пожалуйста, успокойтесь.

Тамия вздохнула, словно ее раздражали вспыльчивые Синди и Джеффри, и подала им немного теплого травяного чая.

— С-спасибо тебе, Тамия.

Синди шмыгнула носом, медленно попивая чай, в то время как Джеффри, не в силах сдержать гнев, проглотил его залпом и закашлялся.

— Ох, ты же задохнешься, если будешь так пить, успокойся, Джеффри.

— Угх... Кхе, кхе! Боже!

— Папа! Ты в порядке? Дети, помогите папе, похлопайте его по спине!

На крик Синди близнецы, которые до этого тревожно перешептывались в углу, быстро бросились вперед.