Глава 13

У неё перехватило дыхание.

То, что близнецы догадались о намерении подняться на четвёртый этаж, было поразительным. Ещё более ошеломляло их уверенность в её смерти.

«Значит ли это, что, едва мы ступим на четвёртый этаж, Роджерс не станет больше сдерживаться?»

Или же есть что-то, чего она не учла?

Рейчел присела на корточки, чтобы оказаться на уровне с близнецами, и осторожно спросила:

— Что вы имеете в виду, говоря «умрёт»?

— Хватит ходить вокруг да около, объясняйте прямо.

Алан нетерпеливо вмешался. В его разгневанном тоне звучало требование, и близнецы съёжились.

— Четвёртый этаж — это его пространство.

— Только те, кому он дозволил, могут туда войти.

— Ну, это очевидно! Но почему из этого следует, что мы непременно умрём…

— Успокойся, Алан.

Рейчел подняла руку, преграждая его движения, и постаралась говорить мягко.

— Вы хотите сказать, что без разрешения Роджерса войти туда вообще невозможно?

— Нет.

— Не так.

Близнецы яростно замотали головами.

— Если войдёшь самовольно, накличешь его гнев.

— Гнев обернётся проклятием и прилипнет к тебе.

На лицах детей впервые отразился страх.

— Проклятие ведёт к исчезновению.

— Понемногу, понемногу стирает тебя.

Если подытожить: тот, кто войдёт на четвёртый этаж без разрешения, получит проклятие Роджерса.

И это проклятие приводит к смерти способом «постепенного исчезновения».

Рейчел нахмурила брови.

— Но ведь Жаклин свободно входила туда и выходила, и с ней всё было в порядке…

— Мама получила его разрешение. Она не могла пострадать.

— Но учительница и Алан — нет.

Алан и Рейчел переглянулись.

Если судить по тому, что Роджерс всё ещё позволяет им бесчинствовать в особняке, можно было предположить: у него есть цель.

Возможно, он и ждал, чтобы они наконец поднялись на четвёртый этаж.

Но всё это были только догадки. Может быть, он просто забавлялся, наблюдая за их бесполезными попытками.

В конечном счёте, нельзя было быть уверенным ни в чём. И нельзя было рисковать жизнью из-за этой неопределённости.

Близнецы сделали шаг ближе к колеблющимся взрослым.

— Но вы всё равно хотите войти, да?

— Мы поможем.

Алан плотно сжал губы. На миг бросив взгляд в сторону особняка, он скрестил руки на груди и посмотрел детям прямо в глаза.

— И как же вы собираетесь помочь?

— Мы войдём на четвёртый этаж вместе с вами.

— Мы можем принять на себя его гнев.

Голоса близнецов звучали спокойно, слишком спокойно, чтобы сомневаться в их искренности.

Алан обернулся к Рейчел, словно спрашивая её мнение.

Рейчел задала вопрос, который был и самым важным, и самым тяжёлым:

— Если вы примете гнев вместо нас… что будет с вами?

Близнецы молча подняли глаза на неё. На их белёсых щеках проступил лёгкий румянец.

— Нам нравилась учительница.

— Вы всегда были добры.

— По-настоящему заботливы.

— Всегда тёплые.

Дети, словно в песне, выговаривали свои слова. Это была настоящая привязанность.

— Теперь с нас хватит.

— Мамы больше нет, и мы можем уйти.

— Но перед уходом мы хотим отплатить вам.

— Если мы сможем это сделать, мы будем очень рады.

Близнецы, улыбаясь, перевели взгляд на Алана и застеснялись.

— И ещё… Алан.

— Прости.

— Мы хотим, чтобы ты был счастлив.

— Очень этого хотим.

За что именно они просили прощения, они так и не уточнили.

Алан долго сверлил их взглядом, но в итоге отвернулся, ничего не сказав.

Дети неловко перебирали пальцами, а потом осторожно обняли Рейчел за талию, как всегда, когда видели её.

И она, как всегда, обняла их в ответ. Близнецы зажмурили глаза.

— Тепло.

— Спасибо, что всегда обнимаете.

— Учительница тоже должна быть счастлива.

— Очень-очень счастлива.

Это было прощание.

В носу защекотало. Горячая волна подкатила к глазам.

Рейчел прижала детей ещё крепче и склонила голову.

— Да, я постараюсь.

От них поднимался лёгкий аромат роз.

Аромат, исходящий от этих детей, был настолько явственным, что его невозможно было отрицать даже во сне.

— Спасибо.

Рейчел поняла. Она очень надолго запомнит этот аромат.

Возможно, на всю жизнь.

***

Близилось шесть утра, и они вернулись на кухню.

— Но мы можем защитить только одного.

— Только один из вас может войти.

Такое признание прозвучало, когда они проверяли ключ к двери четвёртого этажа.

Близнецы с виноватым видом опустили головы.

— Простите, мы слишком слабы.

— Он слишком силён, нам тяжело.

— Понятно.

Алан нахмурился, ненадолго задумался и повернулся к Рейчел.

— Тогда войдёшь ты.

— Я?

— Вы сможете точно защитить одного из нас? — обратился он уже к детям.

Те аж подпрыгнули.

— Сможем!

— Ни за что не дадим ей пострадать!

— Хорошо.

Алан лёгким движением коснулся плеча Рейчел.

— Ты должна войти на четвёртый этаж и выяснить, что же Роджерс там скрывает. Настоящее имя Роджерса может узнать только «посторонний». Так что именно тебе лучше всего искать правду.

Рейчел твёрдо кивнула.

— Поняла. Доверься мне.

— Спасибо. А пока я отвлеку его внимание.

— Отвлечь… что вы собираетесь сделать?

— Немного пошумлю. Это то, что у меня лучше всего получается. …Теперь, когда с мамой такое случилось, у меня есть и веская причина.

Алан скосил взгляд на массивные напольные часы. Минутная стрелка застыла почти у отметки «12».

Его пальцы на плече Рейчел сжались чуть сильнее.

— Помни: если внутри что-то пойдёт не так, не раздумывай, сразу же выходи.

— …Да. И вы, Алан, не делайте ничего безрассудного.

— Конечно. Увидимся живыми.

Немного поколебавшись, Алан коротко прижал её к себе. Но уже через три секунды отстранился, словно обжёгся.

— Кхм… тогда я пойду.

Сделав вид, что прочищает горло, он отвернулся.

Рейчел долго смотрела ему вслед, пока его фигура не скрылась.

Близнецы подошли сбоку и зашептались между собой:

— Алан такой застенчивый.

— Да, Алан оказался застенчивым.

— Застенчивый?

Рейчел спросила, но они только развели руки и широко улыбнулись.

— Учительница, нам тоже пора.

— Давай готовиться.

В тот же миг «Бом… бом… бом…» — пробили часы.

Это был сигнал к отправлению.

***

Как и ожидалось, ключ с алой меткой идеально подошёл к двери четвёртого этажа.

Когда его повернули в замке, дверь, которая прежде не поддавалась, мягко открылась, впустив их внутрь.

Там царил кромешный мрак.

— Темно…

Даже при свете лампы густая тьма не рассеивалась. Она казалась живой.

— Мы пойдём впереди.

— Учительница, следуйте за нами.

— Лампа не нужна.

— Руки свободные нужнее, оставьте её.

Рейчел подчинилась. Дети взяли её за руки и шагнули в темноту.

Влажный, липкий воздух окутал всё тело, словно они вошли в туман. Это было неприятно, но не страшно.

«Похоже, придётся долго подниматься, чтобы достичь четвёртого этажа».

Под ногами оказались каменные ступени.

Рейчел осторожно подняла ногу.

Один шаг.

Второй.

Третий.

И… четвёртый.

Внезапно тьма рассеялась.

Мягкий свет внезапно пролился сверху. Рейчел зажмурилась, затем медленно открыла глаза.

Перед ней возвышалась дверь, покрытая розами.

— Это и есть «место, которое есть, но которого нет».

— «Его» личное пространство, куда никто не допускается без разрешения.

Близнецы сильнее сжали её руки. Их голос дрожал от напряжения.

Рейчел огляделась в растерянности.

Комната в красных тонах, небольшая и пустая, с одной-единственной огромной дверью впереди.

Она оглянулась назад, там зиял прямоугольник тьмы. Наверное, именно из неё они только что вышли.

— Значит, это и есть четвёртый этаж?

— Да.

— Пространство, пропитанное его силой.

— Невероятно…

Всего четыре шага и из подземелья оказаться на четвёртом этаже… это было похоже на магию.

Но Рейчел быстро взяла себя в руки. Она и раньше знала, что у Роджерса могущественная сила.

Сейчас не время для долгого изумления.

Когда она успокоилась, близнецы отпустили её руки.

— Мы останемся здесь.

— Будем защищать вас.

— Вам нужно открыть эту дверь и войти.

— Пусть вы найдёте то, что ищете.

И они сильно подтолкнули её к двери.

От неожиданно резкого толчка Рейчел попятилась.

И тогда краем глаза заметила…

Кончики пальцев близнецов крошились и осыпались чёрной пылью.