Часть 10

— Ре-е-йчел!

Как только дорогая гостья сошла с кареты, она тут же громко окликнула хозяйку.

Блондинка ослепительной красоты, радостно взмахнув руками, подбежала и крепко обняла Рейчел. Рейчел тоже прижала к себе подругу, по которой ужасно скучала.

— Сколько же лет прошло, Мэг! Ты вернулась из путешествия?

— Услышала, что ты уехала из Бертранда, и сразу же бросилась к тебе! Подожди-ка…

Маргарет Честер схватила лицо Рейчел обеими руками и принялась крутить его из стороны в сторону.

— Почему у нашей Рейчел так исхудало лицо? И щёчки запали. Только не исчезай из этого мира, Рейчел!

— Со мной всё в порядке.

— Вот эту твою привычку говорить, что «всё в порядке», надо бы уже искоренить! Так, хватит разговоров, пойдём внутрь. Я столько подарков тебе привезла!

Сжав руку подруги, Маргарет бодро вошла в дом и тут же замерла.

— Подожди… а где тут гостиная? — пробормотала она.

Рейчел, тихо рассмеявшись, пошла первой.

— Ну как тебе путешествие?

— Прекрасно! Я никогда раньше так долго не путешествовала за границей. Знаешь, что я там видела…

Похоже, Маргарет была так взволнована встречей с Рейчел, что рот её не закрывался ни на минуту. Даже когда они уселись в гостиной, она всё без умолку болтала, а Рейчел с улыбкой слушала её оживлённую болтовню.

— …в общем, я стояла в магазине, выбирала чай, и вдруг — бац! — прямо нос к носу столкнулась с Джулией!

— Джулия опять за границу уехала, да?

— Ага. Ну, она же никогда на месте не сидит. В общем, она увидела меня, расхохоталась и начала рассказывать всякие истории о тебе, о которых я не знала! Чёрт, как обидно, что Джулия обогнала меня.

Маргарет энергично замахала кулаками в воздухе, потом с улыбкой всплеснула руками.

— Но знаешь, я просто была в шоке! Услышала, что ты уехала из Бертранда вместе с мистером Отисом! И что вы купили новый особняк! Поэтому я одна сразу же вернулась — мне нужно было немедленно увидеть мою Рейчел!

— Так вышло само собой… Подожди, ты вернулась одна?

— Ага! Робби всё ещё за границей. У него дела не закончены, так что выбора не было.

— Вот как… Бедный мистер Роберт, наверное, скучает.

— Ничего, я оставила ему свой самый любимый флакон духов. Велела брызгать, когда начнёт тосковать по мне.

Появившаяся с подносом Белл прервала их разговор. Когда чай был разлит и Белл удалилась, Маргарет посмотрела на подругу почти со слезами на глазах.

— Послушай, не случилось ли чего плохого? Посмотри, какая ты стала худая, лицо осунулось.

— Да? — Рейчел неловко потрогала щёку.

Несмотря на то, что сегодня, в отличие от предыдущих дней, она аккуратно причесалась и переоделась из пижамы.

«Если бы Мэг пришла чуть раньше, сейчас бы наверняка ухаживала за мной», — мелькнуло у неё в голове.

Пока она смотрела на своё отражение в чашке с чаем, Маргарет осмотрелась по сторонам и, понизив голос, прошептала:

— Я, конечно, знаю, что Гринвуд называют домом с привидениями… Но, может, тебя правда преследует призрак?

— Нет. Мы хорошо ладим. Это довольно милое привидение.

— Ну, Рейчел! Неужели бывают «милые» и «немилые» призраки?

Маргарет рассмеялась, глядя на обстановку гостиной, дом и правда был великолепен. Потом, доставая подарки, она оживлённо рассказывала про травы, которые укрепляют силы, и вдруг хлопнула себя по ладоням.

— Кстати, я чуть не забыла! Мне надо тебя спросить одну вещь. Хе-хе-хе.

— Спросить?

— Ходят слухи, что наша мисс Ховард и несравненный красавец мистер Отис находятся в бурном романе... Это правда?

Маргарет прищурилась и с озорной улыбкой произнесла это почти шёпотом. Рейчел опешила.

— Бурном... что?

— Я же говорила, что слышала кое-что от Джулии! Она рассказывала, что ты спасла Алана Отиса из огня во время большого пожара в Бертранде! Якобы прямо на руках вынесла его, борясь с пламенем!

— Что?

— А потом, поражённый твоим героизмом, мистер Отис, весь охваченный страстью, стал добиваться твоей любви! Ох, Рейчел, это же потрясающе! Настоящая романтическая история!

У Рейчел свело шею. Боже правый, до чего же исказили слухи! Это было просто невыносимо. Она прикрыла лицо рукой и отрицательно замотала головой.

— Всё совсем не так… Да, мы действительно вместе покинули Бертранд, но остальное — это, должно быть, розыгрыш Джулии.

— Неужели? — Маргарет моргнула своими большими глазами. — А ведь по дороге домой я слышала то же самое и от других знакомых. Говорят, вы недавно ходили вместе в оперу. И будто мистер Отис смотрел на тебя с такой страстью… Так между вами правда ничего нет?

— Правда… нет…

В тот миг по щеке Рейчел вдруг скатилась слеза.

— Рейчел! — воскликнула ошеломлённая Маргарет, поспешно пересаживаясь ближе. — Родная, почему ты плачешь?!

— Ах…

— Прости! Я знаю, что тебе неприятны слухи, — это я ляпнула зря! Не плачь, пожалуйста… постой-ка.

Маргарет замерла, вглядываясь в лицо подруги. То ли интуиция подсказала ей, то ли чуткое сердце почувствовало, но глаза её вдруг распахнулись.

— Так вот оно что… Вы всё-таки не «ничего».

— ...

— Рейчел, ты любишь мистера Отиса?

Рейчел не смогла ответить. В таком состоянии солгать она бы не сумела.

— Понятно, — тихо прошептала Маргарет. — Ты влюбилась, Рейчел.

Она подняла взгляд к потолку, будто не веря собственным словам, а потом крепко сжала руку подруги.

— Мистер Отис по уши в тебя влюблён, а ты любишь его. Что же тебя огорчает в этой радостной ситуации? Ну?

Её тёплый, мягкий голос словно гладил израненную душу Рейчел.

Она была уверена, что никому и никогда не сможет рассказать об этом. Слишком стыдно, слишком жалко.

Но, встретившись с искренним взглядом подруги, Рейчел не смогла больше сдерживаться. Плотина в груди рухнула.

— Я… отказала ему.

Казалось, все слёзы уже выплаканы, но теперь они снова потекли без конца.

— Я… специально ранила его, потому что не достойна быть рядом. А он… из-за меня плакал.

— Рейчел…

Маргарет придвинулась ближе, склонилась и посмотрела ей прямо в глаза.

— Почему ты решила, что не достойна его?

— Потому что… я не могу дать ему ничего.

Она так хотела быть ему полезной, стать тем, кто ему нужен.

Но рядом с ослепительным Аланом Отисом Рейчел Ховард казалась ничтожной, блёклой, незначительной.

Она не могла дать ему ничего.

— Он пережил ужасное детство. Поэтому я просто хочу, чтобы теперь он жил счастливо, чтобы получил всё, чего был лишён. Чтобы в его руках оказалось всё, что ему по праву принадлежит.

— ...

— А я… только помешаю этому счастью. Даже если останусь рядом, стану пятном на его идеальной жизни.

— Рейчел, — Маргарет мягко заговорила, как мать, уговаривающая ребёнка. — А что, по-твоему, должно входить в то самое «счастье», которого он заслуживает?

Рейчел растерялась, но потом неуверенно начала перечислять:

— Встречи с хорошими людьми. Признание. Новые впечатления. Слава, честь…

— Понимаю. А он сам тебе говорил, что именно это делает его счастливым?

Рейчел замерла. Алан… разве он когда-нибудь говорил, что хочет всего этого?

— …Нет.

— Видишь ли, Рейчел, всё, что ты перечислила, конечно, прекрасно. Каждый хотел бы иметь всё это. Но не все люди становятся счастливыми от таких вещей. Мистер Отис наверняка говорил, чего он действительно хочет. Что это было?

То, чего хотел Алан Отис.

Рейчел закрыла глаза и попыталась вспомнить.

Он говорил, что хочет, чтобы цепочка несчастий рода Отисов на нём закончилась.

Хотел покинуть Бертранд.

Хотел увидеть внешний мир, пожить обычной жизнью.

Хотел смотреть, познавать, чувствовать… вместе с Рейчел.

Не с кем-то другим, именно с ней.

Что-то горячее вспыхнуло в груди.

— Но… если я останусь рядом, его будут осуждать, шептаться, насмехаться. Я не хочу, чтобы он это переживал.

— Рейчел, ты помнишь, что наша семья — всего лишь новоиспечённые богачи? Ты ведь помогала мне, когда меня дразнили «богатенькой выскочкой».

Рейчел удивлённо подняла глаза. Она знала, как сильно Маргарет ненавидела это прозвище.

Но та произнесла его теперь спокойно и даже с лёгкой улыбкой.

— Когда я встречалась с Робби, люди тоже судачили. Ведь он — наследник старинного рода, а я — выскочка. Меня называли наглой, а его — дураком, который смотрит только на лицо.

Маргарет тихо улыбнулась.

— Да, Рейчел. Видеть, как любимого человека унижают из-за тебя, — это ужасно. Но знаешь, после свадьбы я поняла: всё это пустяки.

— Пустяки… правда?

— Конечно, неприятно, когда такое говорят. Отвратительно. Но стоит увидеть улыбку Робби, и всё проходит. Поэтому я решила: лучше сосредоточусь не на чувстве вины, а на том, чтобы сделать его счастливым. Так, чтобы никакие сплетни не могли нас достать.

Говоря это, Маргарет выглядела по-настоящему счастливой.

— Если кто-то захочет очернить Робби, он всё равно найдёт повод. А потом забудет, как только отвернётся. Стоит ли из-за таких мелких людей отказываться от шанса быть рядом с любимым?

Она нежно обняла Рейчел.

— Рейчел. Осуждающие взгляды окружающих мимолётны. А те чувства, что ты разделила с любимым человеком, останутся навсегда. Если ты любишь его так, что не можешь забыть, даже плача и мучаясь, тогда хоть раз, хоть на мгновение, просто закрой глаза и шагни вперёд.

Сделай выбор, о котором не пожалеешь.

Эти слова — слова, которые она когда-то знала, но позабыла, ослеплённая страхом.