Харан — монстр.

Он не был монстром с самого начала, но стал им по мере взросления.

В возрасте, когда он должен был плакать на руках у родителей, рядом с ним были надсмотрщики из Деревни.

В возрасте, когда он должен был носиться по переулкам с друзьями, рядом с ним были девятьсот девяносто девять соперников с неизмеримым талантом.

Он убивал каждый день.

Каждый день он сталкивался с угрозой смерти.

Преодолевая бесчисленные кризисы и невзгоды, Харан постепенно закалялся, но его соперники не отставали.

Оглядевшись, он понял, что вокруг не осталось никого, кто не был бы монстром.

Может, потому, что он прошел через такое?

Выйдя во внешний мир, Харан какое-то время смотрел на все с позитивом.

Ничего не попишешь.

Даже грязь, от которой люди морщились, была чистой по сравнению с Деревней, а силачи, заставлявшие всех дрожать от страха, были слабее тех, кто был в Деревне.

Конечно, головой он понимал.

Что мир велик.

Харан лучше кого-либо знал, что если он покинет Марцен, покинет Королевство Надан и отправится в более широкий мир, если встретит больше людей, эта его самоуверенность скоро будет разбита вдребезги.

Однако…

«Я просто не думал, что это случится сегодня».

Харан, стоя перед дверью, сжал и разжал правую руку.

Умеренное напряжение окутало все его тело.

В стойке, готовый в любой момент выхватить меч или метнуть кинжал, он задал вопрос.

— Кто ты такой?

— …это я хотел бы знать.

Ответ последовал незамедлительно.

Однако это был не тот ответ, который он хотел услышать.

Мужчина, который до появления Харана беседовал с улыбкой, теперь был другим.

Встав с места с застывшим выражением лица, он положил руку на ножны и добавил.

— Кто ты, юноша?

— …я — Харан.

— Это я знаю. Знаю, я определенно думал, что знаю… хм.

Мужчина средних лет замолчал, погрузившись в свои мысли.

Харан внимательно наблюдал за ним.

Ни одной лазейки.

Даже используя «Пробуждение чувств», один из «шести принципов Ауры», на пределе, он не мог найти ни одного уязвимого места.

Такое случилось впервые с тех пор, как он вышел во внешний мир.

Увеличив напряжение еще немного, он начал контролировать дыхание.

Примерно в это время.

Рот мужчины средних лет снова открылся.

— Я много дрался с юности. Нет, точнее будет сказать «с детства». Было время, когда я, ничего не зная, сломал ногу, опрометчиво пытаясь захватить деревню гоблинов, а было и время, когда я ввязался в территориальную войну и ревел в три ручья. То же самое было и после того, как я стал ветераном. Сражался с орками на севере, связывался с убийцами, скрещивал мечи с рыцарями… моя жизнь, по сути, ничем не отличалась от поля боя. И…

— …

— Среди монстров, которых я встретил посреди этого ада, ты — один из лучших.

— …

— Я спрошу. Ты… кто, черт возьми, ты такой?

Фу-у-у-уш—!

Присутствие мужчины средних лет усилилось.

До такой степени, что Глава Гильдии Джетен, неловко сидевший рядом, напрягся, а низкоранговый член гильдии, стоявший рядом с Хараном, поспешно отступил.

Однако Харан не отступил.

Он и не изменил своих слов.

Ему нужно было сказать лишь одно.

— Я — Харан.

— …

— Разве это не ответ?

Ву-у-у-у-унг—!

Присутствие Харана, начавшее расцветать, когда он начал отвечать, полностью созрело к тому времени, как он закончил говорить.

При этом уродливое лицо Джетена исказилось еще сильнее.

Зажатый между их присутствиями, он задыхался и отступил в угол комнаты.

Тем не менее, их противостояние не закончилось, и последовала короткая тишина.

— …

— …

Неподвижность.

Безмолвие.

В реальности прошла одна минута, но для Джетена она растянулась на тридцать.

За это время их присутствия стали еще сильнее, до такой степени, что загремели бутылки с алкоголем, выставленные в углу приемной.

Выпученные глаза Джетена метались из стороны в сторону.

Если бы он мог, он бы прекратил их противостояние даже криком.

Именно в этот момент.

Мужчина средних лет, который первым проявил свое присутствие, нарушил долгое молчание.

— Выйдем?

— …выйдем, говорите?

— Да. Похоже, это место не подходит для того, чтобы я получил желаемый ответ. Разве у тебя не так же? Чтобы узнать то, что нам любопытно, слова не нужны. Скорее, меч может рассказать нам гораздо больше.

— Звучит правильно.

— Хорошо. Тогда закончим эту бесполезную битву присутствий здесь. Посмотрите на выражение лица господина Джетена. Он ерзает, беспокоясь, что его драгоценные напитки могут пострадать.

— Ах, понимаю!

Харан, услышав слова мужчины, вздрогнул и уменьшил свое присутствие.

Это было удивительно невинное поведение для того, кто только что смотрел на мужчину острыми глазами, и его лицо было полно беспокойства.

Он посмотрел на Джетена и извинился.

— Простите, господин Джетен. Это было непреднамеренно.

— …ты, что ты такое?

— Да?

Мужчина средних лет спросил, и Харан переспросил.

Он не уловил сути вопроса, и мужчина, нахмурившись, спросил снова.

— Я спросил, почему ты так агрессивен ко мне, но так добр и вежлив только к господину Джетену.

— Это потому что… господин Джетен — хороший человек?

— Что?

— Я сказал, господин Джетен — хороший человек. Есть те, кто так не думает… но, по крайней мере, я так чувствую. В любом случае, раз я чуть не повредил напитки, которыми дорожит такой человек, разве не естественно извиниться?

— …?

— …

Выражение лица мужчины стало странным.

Он посмотрел на Джетена с таким видом, словно спрашивал, правильно ли он расслышал.

Однако Джетен был ошарашен не меньше.

Вперившись взглядом в Харана, он подумал:

«Неужели он и здесь пытается сохранить лицо, только потому что присутствует незнакомец? Этот хитрый лис…!»

Это было абсурдно.

Джетен и так не собирался связываться с Хараном после сегодняшнего дня, но теперь эта мысль лишь укрепилась.

Он никогда в жизни не встречал такого двуличного человека и абсолютно не хотел впутываться еще больше.

Пока он так думал, мужчина средних лет тоже, казалось, пытался по-своему осмыслить происходящее.

Однако, похоже, это было невозможно.

Энергично покачав головой, он посмотрел прямо на Харана и сказал.

— Я немного запутался.

— В чем?

— В тебе. Я думал, ты — неуправляемый монстр, но теперь начинаю думать, что это может быть не так.

— Я не монстр. Скорее…

— Ты хочешь сказать, что монстр — это я?

— …

— Это может быть правдой.

— Это значит, это может быть и неправдой?

— Что ж, я думаю, будет хорошо выяснить это прямо сейчас… что скажешь?

Мужчина средних лет постучал рукой по ножнам на левом бедре.

Харан кивнул.

Каким бы ненаблюдательным он ни был, он не был настолько туп, чтобы не понять этого.

— Хорошо.

— Отлично. Господин Джетен, пожалуйста, проводите нас.

— …будет исполнено.

Чьи слова он мог бы отклонить?

Глава Гильдии Джетен, молча проклиная все на свете, лично проводил их на тренировочную площадку.

Тук-тук—

Низкоранговый член гильдии, наблюдая, как три гиганта удаляются все дальше, запоздало рухнул на свое место.

Силы покинули его ноги.

Он пробормотал.

— Что, черт возьми… это за парень?

Вспомнив Харана, который не уступил ни на йоту присутствию мужчины средних лет, член гильдии содрогнулся.

***

— Вот здесь. Это большая тренировочная площадка, которой гордится Гильдия Джетен… я уже сказал подчиненным. В течение следующих трех часов никто сюда не приблизится.

— Хорошо.

— Понял.

Мужчина средних лет и Харан ответили одновременно.

Глава Гильдии Джетен, стоявший между ними, отошел на большое расстояние и подумал про себя.

«Глупец».

В его голосе явно слышалась насмешка в адрес Харана.

Конечно, он знал, что парень — грозный мечник.

Он почувствовал это во время дуэли, но на этот раз осознал это еще яснее.

С самого начала этот парень был не тем, с кем он мог справиться.

Однако, даже так, на этот раз это было невозможно.

Джетен, убедившись, что мужчина средних лет обнажил свой меч и принял стойку, издал презрительный смешок.

«Надеюсь, его где-нибудь покалечат. Тот тип тоже не из добряков…»

Именно в тот момент, когда он предавался таким злым мыслям, следом за мужчиной Харан также обнажил свой меч и принял стойку, но, как и во время дуэли с Главой Гильдии Джетеном, его Аура не была проявлена.

Мужчина средних лет, наблюдая за ним, коротко сказал.

— Как и ожидалось.

— Что вы имеете в виду?

— Я слышал, ты обычно воздерживаешься от использования Меча Ауры во время спаррингов. Хотя у тебя явно есть навыки уровня Выпускника. Почему? Я ломал голову, но так и не понял. Абсурдно думать, что ты не можешь его использовать, так значит ли это, что ты проявляешь Ауру как вспышку только в момент столкновения мечей… это удивительная техника, действительно.

— …

— Но я задаюсь вопросом, есть ли необходимость заходить так далеко. Чтобы устранить потерю силы? Твоя жизнь может быть потеряна из-за этой небольшой экономии? Сколько я ни думаю, это не имеет смысла. Должна быть какая-то другая причина, по крайней мере, я так думаю.

— Разве вы не говорили, что хотите поговорить мечами, а не словами?

— Верно. Ты прав. Разговор окончен. С этого момента — концентрация.

Мужчина средних лет, закончив говорить, сделал глубокий вдох.

Его грудь, раздувшаяся, как у птицы, выглядела странно, и в голове Харана зазвенел сильный сигнал опасности.

Его лицо невольно напряглось, и он крепче сжал меч.

И сразу после этого...

— Ха-а-а-а-а-ап!

Мужчина, издав крик, словно выдыхая весь воздух, яростно топнул по земле.

Ква-а-а-а-а-анг—!

Огромный рев эхом разнесся по большой тренировочной площадке.

Каменный пол, сделанный мастером за большие деньги, разлетелся на куски, и отдача от удара в полной мере толкнула тело мужчины вперед.

Это был ужасающе быстрый и тяжелый рывок.

Кью-ю-ю-ю-юнг—!

В том же рывке мужчина полностью вытянул правую руку.

Ужасающая масса и скорость, к которым добавилась завершенная Аура.

Это ощущалось гораздо острее и тверже, чем у Джетена, другого мечника уровня Выпускника.

В этом была сокрушительная мощь, от которой невозможно было отмахнуться коротким столкновечением, и Харан не был тем, кто бы этого не понял.

Скр-р-р-р-р—

Харан, стиснув зубы, взмахнул мечом.

На этот раз все было иначе.

Он влил максимальный предел Ауры, который мог извлечь, сконцентрировал, усилил и уплотнил ее.

Проявленный таким образом Меч Ауры мог похвастаться красотой, идеально соответствующей выражению «завершенный», и, что самое главное, он не уступал мечу мужчины средних лет.

Вскоре их мечи столкнулись.

И...

Ква-а-а-а-а-а-а-а-а-а-анг—!

— …!

Огромная ударная волна, достаточно мощная, чтобы у Главы Гильдии Джетена отвисла челюсть, пронеслась по большой тренировочной площадке.