Элрик резко повернул голову.

— Азазель воскрес?

Подобную новость нельзя было просто пропустить мимо ушей.

Даже во время Великой Войны с Демонами, сотрясшей континент тридцать лет назад, сильнейшими фигурами во вражеском стане оставались сущности ранга Королей Демонов. Разумеется, среди них встречались владыки куда более высокого калибра, чем было принято считать, но даже тогда у демонической фракции отсутствовал абсолютный лидер, способный сплотить их в единую несокрушимую армию.

Человечество же обладало Империей — монолитной государственной машиной, позволившей дать захватчикам сокрушительный отпор. Именно разобщенность демонов и предрешила исход той войны.

И теперь утверждается, что Великий Король Демонов Азазель, стоявший на одной ступени с самим Мефистофелем, вернулся к жизни?

О подобном следовало немедленно доложить императорскому двору или Гексаграмме. К тому же Элрик и сам прекрасно ощущал, что демоническая энергия, исходящая от существа, завладевшего телом Эндрю, обладала чудовищной, неестественной природой. Правда, из-за того, что ее плотность пока оставалась невысокой, истинную глубину его мощи было трудно оценить.

От этого по спине пробегал холодок.

Однако…

[…Нет, всё не так.]

Мефистофель, долго и пристально разглядывавший Эндрю, внезапно облегченно выдохнул.

Элрик поспешно обратился к нему через телепатию:

[Что ты имеешь в виду?]

[Перед нами всего лишь копия.]

[Копия?]

[Жалкая, деградировавшая подделка… Тот, кто изо всех сил пытался стать Азазелем, но потерпел сокрушительное фиаско. Считай это так.]

Мефистофель, осознав, что враг неизмеримо слабее, чем показалось поначалу, даже насмешливо оскалился:

[Четверо Великих Королей Демонов, включая меня, либо запечатаны, либо мертвы. Азазель и вовсе был разорван в клочья и уничтожен. Сама его сущность подверглась стиранию, то есть абсолютной гибели. Однако для созданий, превзошедших природу смертных, полное небытие недостижимо, пока живо их Истинное Имя.]

[...Хочешь сказать, Истинное Имя Азазеля до сих пор существует?]

Мефистофель веско кивнул:

[Я не был уверен наверняка, но всегда подозревал нечто подобное. Иначе как бы культ Григори умудрился дожить до сегодняшних дней? И судя по увиденному, мои догадки попали в самую точку.]

Григори проводили бесчисленные ритуалы и эксперименты, чтобы воскресить Азазеля — вернее, восстановить Истинное Имя Первородного Греха «Безумие».

Когда эта мысль пронеслась в голове Элрика, перед его внутренним взором мгновенно всплыли тотемы Азазеля, которые он встречал в северных деревнях по пути сюда. Разве они не источали чистейшую, концентрированную скверну? Зло в первозданном виде. Похоже, всё это служило подпиткой для будущего возрождения архидемона.

«А я-то думал, это просто жертвенники для сбора веры… Но за этим кроется нечто куда более зловещее».

Теперь у Элрика появилась еще более веская причина стереть культ Григори с лица земли.

[Короче говоря, эта штука находится примерно в том же состоянии, что и ты, Мефи?]

[Чего?!]

Мефистофель свирепо уставился на Элрика, оскорбленный до глубины души тем, что его посмели сравнить с корявой дешевкой.

Элрик лишь пожал плечами:

[А разве нет? Ты ведь тоже всего лишь жалкий призрак былого величия, оставшийся бесплотной тенью после того, как твое тело распылили на атомы.]

[Но я сохранил саму суть Мефистофеля! Свою личность, свои воспоминания, свою первозданную силу — абсолютно всё! Как ты вообще смеешь сравнивать меня с этой бездарной пародией?!]

Глядя на вспылившего владыку, Элрик понял, что получил нужный ответ.

«Проще говоря, внутри Григори полно подобных сосудов».

Насколько же они сильны, когда действуют во плоти, а не через временную одержимость? Мысль напрашивалась сама собой.

Культ Григори определенно станет его заклятым врагом в ближайшем будущем. А значит, стоило выведать о противнике как можно больше сведений прямо здесь и сейчас.

— И что дальше?

Элрик решил больше не скрывать свою истинную сущность. В конце концов, пока за культистами по пятам рыскало Инспекционное Бюро, нанести прямой удар по Мелвингерам они вряд ли осмелятся.

— Ты... Должен... Сдохнуть, — прохрипел Эндрю, скалясь и заставляя демоническую ауру сгущаться вокруг себя с утроенной силой.

Тьма расползалась во все стороны, вздымаясь черными волнами, но…

— Ты бы хоть говорить связно научился, чучело. Заикаешься через слово, слушать тошно, — с издевкой бросил Элрик, глядя на врага с нескрываемым презрением.

Вспышка!

Эндрю, чье искаженное лицо перекосило от бешенства, сделал один-единственный шаг. Его силуэт словно провалился сквозь пространство и в ту же секунду возник прямо перед Элриком.

Однако юноша, благодаря Чутью Преты заранее предугадавший траекторию атаки, молниеносно взмахнул рукой, сложив пальцы на манер когтей.

Искусство Укрепления Тела.

Рывок Свирепого Тигра.

Бум!

Мощнейшая ударная волна заставила обоих противников отскочить назад, вспахивая мерзлую землю.

— [Закружись!] И [Скуй!]

Элрик без промедления применил два своих фирменных заклинания — Зимнюю Вьюгу и Цепи Лютого Холода.

Хлынул бешеный поток ледяной стужи. Демоническая сила Печати Зимнего Ветра и Печати Лютого Холода мгновенно напитала магический контур, обрушив на поляну сокрушительный снежный шторм.

— Хмф!

Эндрю презрительно хмыкнул, вливая колоссальный объем оскверненной энергии в свою Печать Бури. Навстречу заклинанию мага поднялся яростный вихрь, многократно превосходящий всё, что культист демонстрировал ранее. Стихии столкнулись, порождая снопы ослепительных искр.

Треск, грохот!

Из-под толщи снега, подобно слепым кротам, с лязгом вырвались ледяные звенья цепей, намертво захлестывая руки и ноги Эндрю.

Звон, грохот!

Бум! Бабах!

Однако демоническая мощь одержимого оказалась настолько сокрушительной, что сковывающие звенья полопались на куски, не сумев удержать его на месте.

Но пока Эндрю отвлекался на отражение заклинаний, Элрик уже скользнул в его слепую зону, широко раскрыв ладонь для применения Белой Руки.

— [Обледеней].

Искусство Укрепления Тела.

Охота Черного Тигра — Пространство.

Из центра ладони Элрика вырвался полупрозрачный ореол, в мгновение ока сделавший его кисть кристально-белой, словно выточенной из векового льда.

— [Расколись].

Стоило ладони коснуться левого бока Эндрю, как концентрированный хлад проник вглубь плоти, в долю секунды обратив половину торса культиста в ледяную корку.

Короткое слово истинной речи — и замороженная плоть разлетелась в пыль.

Хрусь!

Грохот!

Подобно разорванному на куски витражу, остекленевшие фрагменты тела с громоподобным звуком брызнули во все стороны.

Взрыв Льда.

Коронная техника Королевы Снежной Горы, мгновенно вымораживающая и подрывающая плоть цели изнутри.

Но даже потеряв треть туловища, одержимый Эндрю не выказал ни малейших признаков боли. Напротив, из его ран хлынула густая демоническая смола, с пугающей скоростью восстанавливая утраченные ткани. Одновременно с этим его уцелевшая рука изогнулась неестественным крюком, целясь Элрику прямо в ребра.

— [Восстань], [Затвердей].

Элрик резко топнул ногой. Снег под ногами взметнулся вверх, кристаллизуясь в массивную ледяную стену, принявшую на себя чудовищный удар.

— [Пронзи].

В воздухе материализовался густой частокол ледяных копий, устремившихся во врага единым залпом.

Бум! Бабах! Грохот!

Краш!

Эндрю закружился на месте, выбрасывая кулаки с нечеловеческой скоростью. Его удары были настолько быстры, что каждое копье взрывалось ледяной крошкой при малейшем касании, не успевая нанести вреда.

Глядя на это, Элрик мысленно цокнул языком.

Противник оказался куда опаснее, чем виделось на первый взгляд.

«Если он столь силен лишь через одержимость сосуда, на что же способно его истинное тело?»

Существо такого масштаба явно занимало в иерархии Григори далеко не последнее место.

— Назови свое имя. Как тебя звать-то?

Одержимый лишь презрительно осклабился, будто считая, что покойнику незачем знать имя своего палача, и ринулся в еще более яростную атаку.

Бум! Бум! Бум!

Элрик парировал выпады Белой Рукой, блокируя и уводя смертоносные удары в сторону, непрерывно контратакуя и шаг за шагом загоняя марионетку в угол.

Эту схватку юноша ни за что бы не выдержал, не освой он Искусство Укрепления Тела внутри духовного испытания и не доведи Печать Лютого Холода до предела возможностей.

Бабах!

Их кулаки сошлись в лобовом столкновении. Элрика отбросило вправо, Эндрю — влево, и обоим потребовалось мгновение, чтобы восстановить боевую стойку.

Пока между ними бушевала метель, Элрик активировал Внутреннее око, сканируя тело культиста. Он отчетливо видел, что концентрация скверны внутри Эндрю стала куда плотнее, чем в начале боя.

Чем дольше длилась одержимость, тем сильнее нарушалась связь между душой и чужой физической оболочкой, порождая критические уязвимости. Но платой за это становилось то, что атаки Эндрю с каждой секундой делались всё свирепее и разрушительнее.

«Он насильно выжимает жизненные соки из своего носителя… Но легче от этого не становится».

Не зная, сколько жизненных сил осталось в теле марионетки, Элрик не мог нащупать верный путь к быстрой победе.

[Можешь сколько угодно насмехаться над ним, называя дешевкой и жалкой копией, но это все еще отголосок Великого Короля Демонов. Если бы он так просто свалился от твоих тычков, это было бы оскорблением самого нашего рода,] — раздался в голове голос Мефистофеля, явно намекавший, что Элрику до настоящих вершин еще расти и расти. И юноша не мог с этим не согласиться.

Бой зашел в тупик.

А учитывая, что они находились в самом сердце владений Фьюри, затягивание схватки грозило катастрофой.

И худшие опасения не заставили себя ждать.

— Что там за шум?

— Стоять! Вы слышали грохот?

Даже сквозь вой ледяного бурана отголоски их титанической битвы разносились слишком далеко, чтобы ускользнуть от чуткого слуха зверолюдей. Тем более сейчас, когда вся стража стояла на ушах из-за проникновения лазутчиков.

— В глубине долины кто-то есть!..

— Обнаружены следы нарушителей!

— Второй и пятый отряды, за мной! Живо!

Элрик затылком чувствовал, как кольцо зверолюдей стремительно сжимается вокруг него. Пока что мгла и метель скрывали его от чужих глаз, но разоблачение оставалось вопросом считанных минут.

«Вот же дрянь. Всё летит к чертям».

Первоначальный план Элрика заключался в том, чтобы тихо поглотить Генерала Зиму и незаметно ускользнуть. Теперь же всё пошло прахом.

— Кажется... Победа... За мной, — выдавил одержимый Эндрю, растягивая разорванные губы в злорадной ухмылке.

Вууух!

Волны оскверненной энергии снова растеклись по земле. Буря послушно изменила направление, закручиваясь вокруг позиции мага непреодолимой воронкой.

Одержимый явно намеревался пригвоздить Элрика к месту, перекрыв любые пути к отступлению.

Юноша раз за разом парировал воздушные серпы своей Печатью Зимнего Ветра, сводя чужую магию на нет, и параллельно через Внутреннее око оценивал окружающую обстановку.

Зверолюди неумолимо приближались. Меньше чем через пять минут они полностью сомкнут кольцо, и тогда выбраться без кровопролития станет невозможно. Заклинания невидимости или сокрытия ауры тоже не спасут — одержимый ни за что не позволит ему завершить плетение.

И на этом беды не закончились.

— Они... Пришли.

Ззззт!

Под аккомпанемент безумного хохота Эндрю на снегу вспыхнули десятки призывных кругов. Один за другим из них начали материализоваться демоны.

Каждый из них по уровню скверны ничуть не уступал Эндрю до того, как в того вселилась высшая сущность.

Это были демоны из ударного костяка Григори.

В обычной ситуации Элрик даже бровью бы не повел перед подобным сбродом.

[В таком темпе тебя просто раскатают числом. Есть идеи, умник?] — ехидно поинтересовался Мефистофель, с любопытством ожидая, как его подопечный выкрутится из безвыходной ловушки.

[Думаешь, у меня их вагон? Если бы у меня было время истощить его жизненные силы, я бы перебил их всех до единого. Но сейчас времени нет вовсе.]

[И что ты задумал?]

[Знаешь, Мефи...]

[Что?]

[В моей семье есть одна замечательная традиция.]

[...?]

[Так не доставайся же ты никому!]

[...! ]

Осознав смысл сказанного, Мефистофель в неописуемом ужасе уставился на Элрика.

А юноша тем временем до предела наполнил маной все три свои печати.

Шууууу!

Метель взвыла с утроенной силой, тени переплелись с ледяными потоками, и в толще ветра возникли миллионы тончайших режущих кромок.

— [Соберись], [Хлынь].

Элрик сжал бурю до абсолютного предела, породив лезвия ветра, превосходящие по остроте лучшие клинки империи, и с чудовищной силой обрушил этот шквал прямо на Эндрю.

— Бес... Полезно... — презрительно фыркнул одержимый, решив, что смертный в отчаянии пошел на бессмысленный таран, и стянул защитный вихрь вплотную к себе.

В тот же миг призванные демоны с обнаженным оружием бросились на мага.

Но в следующую секунду рука Элрика, направлявшая шквал, резко перевернулась ладонью вверх!

— Чт... Что это?..

Осознав с опозданием в долю секунды, что жесты мага были частью сложнейшего фальшивого построения, одержимый застыл в первобытном ужасе:

— Стой! НЕТ!

В панике Эндрю попытался развернуть защитный вихрь обратно и направить его на перехват заклинания.

Но было слишком поздно.

Лезвия ветра изменили траекторию и, пройдя мимо демонов, со всей дури ударили по цепям, сковывавшим Генерала Зиму.

А следом

Они вонзились прямо в контуры древнего магического круга, выбитого глубоко в скальной породе под снегом, полностью разрушая его структуру!

Печать, сдерживавшая Генерала Зиму, была создана Усдуном Мелвингером, и Элрик знал ее слабые места лучше, чем кто-либо во всем этом мире.

Дзынь! Хрясь!

В единое мгновение колоссальные звенья, сковывавшие бедствие, разлетелись вдребезги.

— ТЫ ЧТО... СОВСЕМ С УМА СОШЕЛ?!

Вопль одержимого Эндрю потонул в оглушительном реве и могильном, замораживающем кровь хладе вырвавшейся на свободу сущности.

* * *