Вся армия стояла на ушах, выполняя срочный приказ перекрыть все подступы к Обители Ночи.

Командир 4-го отряда по имени Темпл внезапно заметил в строю незнакомое лицо и удивленно склонил голову набок:

«Я раньше его здесь не видел…»

На первый взгляд новоприбывший мог показаться человеком. Однако мощное телосложение, мертвенно-бледная кожа и густая копна спутанных, похожих на гриву волос безошибочно выдавали в нем представителя племени Песчаного Льва.

Поскольку этот клан был крайне малочисленен, Темпл если и не знал каждого поименно, то хотя бы в лицо помнил практически всех соплеменников.

Почувствовав на себе подозрительный взгляд, зверочеловек мгновенно вытянулся в струнку и гаркнул во всю глотку:

— Я-я Рик-эль! Мне только что приказали прибыть в ваше распоряжение… Я что-то сделал не так?!

— Новобранец, что ли?

— Так точно!

— Хм… Мне не докладывали о пополнении… Впрочем, сейчас такая неразбериха, что штабные наверняка опять все напутали.

Хотя манера речи и неестественная стойка бойца казались до смешного топорными для бывалого воина, Темпл списал это на обычную неопытность новичка, которого сразу после учебки швырнули в пекло реальной боевой тревоги.

«Я ведь и сам в молодости был точно таким же зелепухой…»

Эта мысль вызвала у командира невольное сочувствие.

Парень, должно быть, до смерти напуган, еще не понимает армейских порядков и растерялся в этой суматохе, где всем не до него.

Темпл хотел бы подбодрить его, но в такой обстановке лишние сантименты могли породить кривотолки, поэтому он лишь слегка хлопнул молодого Песчаного Льва по плечу:

— Ну, держись молотком. Поначалу всегда тяжело и нихрена не понятно, но быстро втянешься.

— С-спасибо, командир!

Проводив взглядом удаляющуюся широкую спину Темпла, мнимый новобранец остался стоять на месте. Командир чувствовал на себе этот взгляд, но счел его благоговейным восторгом салаги перед старшим по званию и самодовольно усмехнулся.

Вот только…

『…И на этот дешевый цирк они купились? С этим сбродом точно все в порядке?』

[Они просто не способны даже в страшном сне представить, что кто-то осмелится проникнуть так глубоко.]

Демонический владыка и древняя богиня, кружившие возле Элрика в духовной форме, синхронно посмотрели на Темпла со смесью жалости и шока.

Как всегда справедливо замечал Шон, актерские способности у Элрика были откровенно убогими. И этот раз не стал исключением.

Любой мало-мальски внимательный наблюдатель сразу почуял бы неладное. Но простодушный Темпл не заметил ровным счетом ничего.

Бог Камелий сухо усмехнулась, добавив:

[К тому же племя Песчаного Льва обладает крайне специфической аурой. А его запах сейчас в точности копирует их природный мускус. Зверолюди скорее поверят своим носам, чем глазам, так что никто и не подумает искать в нем человека.]

Зверолюди испокон веков полагались на обоняние и слух куда больше, чем на зрение.

Благодаря безупречной имитации запаха на уровне магии 7-го круга ни Темплу, ни другим бойцам даже в голову не пришло усомниться в родословной «Рик-эля».

Они просто сочли его бойцом из соседней разбитой части, прибившимся к их колонне.

«И кто после этого назовет мой план плохим? Мефи, если ты умеешь только язвить без толку — пойди и поплачь в уголке».

Под эти мысли Элрик абсолютно органично влился в ряды марширующих войск, уверенно приближаясь к заветной Обители Ночи.

Его Внутреннее око было распахнуто на максимум.

* * *

Чем ближе отряд подходил к Обители Ночи, тем отчетливее Элрик видел, как прямо в грозовых тучах над головой сплетаются и распадаются десятки плотных магических нитей.

Это указывало на непрекращающийся, чудовищный по масштабу магический феномен.

Элрик не сомневался: эти нити ведут прямиком к логову Генерала Зимы.

Хруст! Хруст!

С каждым шагом сапоги все глубже проваливались в сугробы, наметенные непрекращающейся вьюгой. Однако грамотно перераспределенная мана позволяла ему почти не тратить физических сил на преодоление снежных заносов.

«И все же…»

На ходу Элрик бросил мимолетный взгляд на тыльную сторону ладони.

«С того самого дня эта печать не подает никаких признаков жизни».

Печать Первородного Греха, обвивавшая запястье и предплечье темным силуэтом волка, оставалась абсолютно неподвижной с того самого момента, как поглотила демона из тела премьер-министра Норуса.

Несмотря на то что Элрик успел овладеть Печатью Зимнего Ветра и поглотил уйму сырой демонической энергии, символ Первородного Греха упорно хранил мертвое молчание.

«Видимо, пробудить ее можно, только напрямую соприкоснувшись с демоническим зверем».

Но если в Первом Источнике все обстояло настолько сложно, как прикажете соваться во Второй Источник, где обитают твари в разы ужаснее?

«Если бы возник хоть малейший отклик, я бы уже нащупал зацепку».

Элрик никогда не забывал то пьянящее чувство, которое испытал при первом мимолетном слиянии с Печатью Первородного Греха.

Ощущение абсолютного всемогущества, словно его душа на мгновение покинула смертную оболочку.

В тот миг, когда он инстинктивно потянулся в пустоту, бесчисленные нити мироздания сами устремились к его пальцам, открывая доступ к первородному источнику чистой маны.

Не запаникуй он тогда от неожиданности, не отдерни руку — он мог бы явить чудо, граничащее с божественным.

Настолько колоссальной силой обладала эта печать.

И именно поэтому Элрик так отчаянно жаждал подчинить ее.

Он знал: обуздав этот символ, он достигнет желанных вершин в сотни раз быстрее.

『Хм? Чего уставился?』

Единственная проблема заключалась в том, что законный владелец этой грандиозной силы выглядел на редкость бестолковым и ворчливым призраком.

«Эх… Ничего».

『…У меня такое чувство, будто ты сейчас подумал обо мне какую-то гадость.』

Мефистофель недовольно скривился. Но поскольку читать мысли Элрика без его воли он больше не мог, ему оставалось лишь досадливо строить догадки.

«Он правда Великий Король Демонов? Серьезно?»

Поведение Мефистофеля настолько не вязалось с образом грозного владыки преисподней, что у Элрика поневоле закрадывались сомнения.

『Раздражает… Вы, Мелвингеры, от предков до потомков — абсолютно невыносимое отродье…』

Пока Мефистофель привычно бубнил под нос, Элрик вполуха слушал его жалобы.

[Кажется, мы почти на месте.]

Бог Камелий прищурилась, вглядываясь в темнеющий небосвод.

Небо, и без того затянутое тяжелыми тучами, прямо на глазах становилось чернее смоли.

Элрик сразу узнал эту ауру — точно такую же непроглядную тьму он видел в Обители Ночи во время испытания.

Магические нити густым узлом сходились именно в этой точке. Оттуда же брали начало свирепые порывы ледяного ветра.

«Она там».

В этот момент Темпл отдал команду:

— Всем занять круговую оборону! Мы держим этот сектор! Ни одна мышь не должна проскочить! Но вход внутрь периметра категорически воспрещен всем и каждому!

Судя по всему, они пытались создать живой щит, чтобы отрезать любые пути к Генералу Зиме.

Пока воины были заняты перестроением и их внимание рассеялось, Элрик мгновенно применил истинную речь:

— [Слияние]. И [Скрытность].

Вжух!

Своевременный порыв морозного ветра послужил идеальной ширмой, скрыв его силуэт от чужих глаз.

В ту же секунду его присутствие полностью стерлось из восприятия окружающих.

— [Парение].

Чтобы не оставлять предательских следов на свежем снегу, Элрик распределил поле маны прямо над поверхностью сугробов и скользнул вперед.

Каждый шаг требовал колоссальной концентрации: приходилось непрерывно переплетать и удерживать тончайшие магические струны, не давая контуру разрушиться от сильного ветра.

Но на лице юноши не дрогнул ни один мускул.

[Не перестаю поражаться… Талант Мелвингеров — это чистой воды безумие,] — выдохнула Бог Камелий, прекрасно понимавшая, насколько чудовищной ментальной нагрузки требует такой контроль.

Преодолев заслоны, Элрик наконец добрался до самого сердца аномалии.

Свист!

Бушевала слепящая пурга, а мороз был настолько лютым, что, казалось, мог содрать кожу с костей за считаные секунды. И прямо в центре этой ледяной пустоши…

Лязг! Дзынь!

Генерал Зима была намертво закована в массивные металлические кандалы.

«Что за чертовщина?..»

От оков отходили толстые цепи, уходящие глубоко в мерзлую землю и удерживавшие чудовище на привязи.

Как бы яростно Генерал Зима ни билась в своих путах, звенья не поддавались, лишь оглушительно звенели, оглашая окрестности протяжным скрежетом.

Сколько десятилетий она провела в этом плену?

Судя по истертому металлу и слою вековой изморози, этот плен длился невероятно долго.

Увиденное повергло Элрика в шок.

Криии-а-а-а!

В этот миг Генерал Зима заметила незваного гостя и зашлась нечеловеческим, утробным визгом.

Даже когда она насмерть сходилась с Королем-Тигром Юлем в мире иллюзий, она не издавала столь жутких звуков.

Казалось, в этой оболочке не осталось ничего, кроме слепой, концентрированной ненависти ко всему живому.

[Удивлен? Что ж, вполне естественно. Любой на твоем месте лишился бы дара речи.]

В отличие от Элрика, Бог Камелий взирала на скованного монстра с абсолютным спокойствием.

На ее кукольном личике играла холодная, презрительная усмешка.

Она не испытывала жалости к частице своего прошлого «я», которая откололась, превратившись в бездумное бедствие, несущее миру лишь смерть и разруху.

『Ха-ха-ха! Заковать проклятие самого Бога Демонов в цепи… Надо признать, впечатляющая работа!』 — расхохотался Мефистофель, косясь на богиню. — 『Так вот почему ты сорок лет назад внезапно впала в спячку?』

[Именно.]

『Я так и думал. От этих цепей за версту разит цветами. Ты выковала их из остатков своей божественной силы, верно?』

Из их диалога Элрик мгновенно восстановил картину прошлого:

— Сорок лет назад… Мой дед сделал это, когда пришел сюда.

[Да,] — коротко подтвердила Бог Камелий. — [Генерал Зима тогда снова вырвалась на свободу, и Усдуну пришлось заковать ее. Но поскольку уничтожить ее полностью мы не могли, оставалось лишь наложить временную печать…]

Она окинула взглядом яростно бьющееся чудовище:

[Похоже, печать сработала лучше, чем мы рассчитывали. Или же кто-то приложил руку к ее укреплению.]

Услышав про «укрепление», Элрик сразу понял: здесь не обошлось без Короля Кровавого Волка.

От звеньев цепей отчетливо фонило Благословением Хвоста — той самой темной силой, с которой Элрик сталкивался при разрушении городских барьеров.

«Выходит, Кровавый Волк держал Генерала Зиму на цепи ради собственных целей… Что ж, тем проще для меня».

Элрик облегченно выдохнул.

Пока Генерал Зима скована по рукам и ногам, запечатать ее в Ледяной Кристалл будет в разы легче.

Ведь больше всего он опасался прямого столкновения с бедствием, с которым в свое время не смог совладать даже легендарный Король-Тигр в расцвете сил.

Пусть сорок лет назад дед основательно потрепал монстра, обуздать стихийную катастрофу в одиночку было бы непосильной задачей.

Но благодаря «заботе» Короля Кровавого Волка все карты легли в масть.

Узнай об этом предводитель Фьюри — его бы хватил удар на месте.

Элрик вытащил из кармана сияющий Ледяной Кристалл.

Крииик! Скре-е-е!

Генерал Зима поначалу непонимающе уставилась на артефакт в руках человека, но, почуяв смертельную для себя угрозу, забилась в цепях с удвоенной яростью, изрыгая истошные вопли.

Вжух! Хлы-ы-ысь!

Ледяные порывы вокруг нее превратились в ревущий ураган.

— [Впитай]!..

Не успел Элрик развернуть контур маны для активации истинной речи, как произошло непредвиденное.

Грохот!

— Тц! Ну конечно. Слишком уж все гладко шло!..

Элрик цокнул языком и резко отскочил назад: пространство прямо перед Генералом Зимой с треском раскололось, и в воздухе вспыхнул гигантский багрово-черный магический круг.

Призыв. Кто-то целенаправленно телепортировался сюда, намереваясь защитить Генерала Зиму.

В тот же миг Магический Амулет на груди Элрика бешено завибрировал, предупреждая о смертельной опасности.

Элрик безошибочно распознал густую, оскверняющую ауру, клубящуюся из круга призыва.

И это был не просто демон. Судя по плотности эманаций, на свет лез настоящий высший чин демонической иерархии!

Однако поразило Элрика совсем другое.

Обычный маг на его месте уже впал бы в панику от одного вида высшего демона.

Но внимание Элрика приковала сама природа этой темной энергии.

Она была ему слишком хорошо знакома.

『Неужели?..』

Мефистофель тоже почувствовал это, и его призрачные глаза расширились от изумления.

Элрик же, напротив, криво усмехнулся и бросил взгляд на падшего владыку:

— Кажется, на крючок попалась куда более крупная рыба, чем мы рассчитывали, а, Мефи?

『Эти ублюдки… Они протянули свои щупальца даже сюда!..』

— Тебе ведь это нужно, верно? Не просто кукла-тотем, а настоящий живой демон. Причем, судя по запаху, из высших эшелонов. Как насчет того, чтобы я подал его тебе на блюдечке? По рукам?

Пока Мефистофель с перекошенной от ярости физиономией скрипел зубами, круг призыва с оглушительным звоном разбился на сотни осколков, являя миру незваного гостя.

З-з-з-зырь!

Среди клубов удушливой тьмы разлилось осязаемое безумие.

Перед ними предстал не кто иной, как Азазель из Инсанире — высший эмиссар культа Григори.