— О чём вы только думали, когда решили выбраться из чистилища через Лабиринт?

Лабиринт.

Это место, отрезанное от мира людей, где на каждом шагу подстерегают бесчисленные опасности — от ловушек до монстров, — было привычным для жителей Центурии.

Но в то же время оно оставалось бесконечно чуждым. Проникновение в Лабиринт считалось делом покорителей подземелий. Даже рабы, подписывая контракт, скорее согласились бы навсегда отказаться от свободы, чем хоть раз ступить ногой в это место.

Именно поэтому Парша, которая мчалась сквозь Лабиринт, зажав Диона и Аршу под мышками, заговорила с ледяным выражением лица. Однако ответ, который она услышала, был предельно бесстыдным:

— Разумеется, я думал о том, как бы сбежать.

— И это говорит тот, кто обещал проложить путь, а сам затащил нас в Лабиринт?

— Парша, что за тон? Нельзя так разговаривать с молодым господином, которому служишь.

— Сейчас не время беспокоиться о моём тоне, матушка!

Парша, пребывая в явной ярости, резко огрызнулась на Аршу. В это время Дион, все ещё находясь у нее под боком, невозмутимо произнес:

— А что мне оставалось делать? Бегство в крепость Манящего Демона только ухудшило бы наше положение.

В его словах была доля истины. Им удалось вырваться из чистилища только потому, что Силан пытался расправиться с Дионом в одиночку, полагаясь лишь на собственные силы. Если бы они бежали к крепости и подняли там шум, их бы мгновенно подавили другие члены клана Алкан или их вассалы. Продолжать борьбу в самом чистилище тоже было бессмысленно.

То, что Диону впринципе удалось прорваться сквозь солдат, также был чистой удачей. И его вид — с ног до головы в крови и ранах — был тому прямым доказательством.

— Значит, чтобы избежать невыгодного положения, вы решили прыгнуть прямо в пасть смерти?

— По крайней мере, это лучше, чем просто сражаться до конца и умереть, не так ли?

— Лучше? Вы о том, что лучше стать кормом для монстров или превратиться в мутировавшее чудовище, как последний идиот? — не удержалась от язвительного замечания Парша.

Разнообразные монстры, смертоносные ловушки, бесконечные тропы и, прежде всего, загрязнённая мана.

Лабиринт, в котором смешалось всё это, был настоящим адом на земле, полностью отрицающим само выживание разумных существ. Блуждать по нему без еды и воды было чистым самоубийством.

Даже если им удастся оторваться от преследования Силана, исход был очевиден: либо смерть, либо превращение в монстра из-за загрязнения маны.

— Не беспокойся, этого не случится.

— На чём, чёрт возьми, основана ваша уверенность?

Несмотря на замечание эльфийки, Дион не терял самообладания. В прошлой жизни примерно также он пропускал мимо ушей ворчания Глас.

Юноша лишь многозначительно улыбнулся.

— У меня есть план.

После того как трое скрылись, Силан без малейших колебаний вошёл в Лабиринт вместе со своими солдатами.

Однако, вопреки стремительной погоне, он в итоге упустил группу Диона. Причиной тому стала сложная структура Лабиринта, препятствующая преследованию. Именно поэтому Силан в конце концов сорвался на крик:

— Вы до сих пор их не нашли?!

— Вам не нужно так нервничать. Вы же и сами знаете, что им всё равно некуда идти.

— Если ты будешь так беспечен, что ты сделаешь, если эти мерзавцы встретят бродячий караван или покорителей подземелий и получат от них помощь?!

— Этого не случится, — отрезал чёрный рыцарь.

Поскольку караваны — это торговцы, странствующие по владениям с закрытыми Вратами, у них не было причин приходить в крепость Манящего Демона, где Врата были открыты.

Кроме того, поскольку несанкционированное исследование лабиринтов в окрестностях крепости было запрещено, случайная встреча с покорителями подземелий также была исключена.

— Не говоря уже о том, что повсюду расставлены часовые. Для их группы абсолютно невозможно сбежать в другое место или тайно пробраться в крепость Манящего Де...

— Хватит трындеть! Живо найди их!

Силан не мог этого не знать. То ли из-за гнева, то ли из-за тревоги или страха перед загрязнённой маной, постепенно просачивающейся во всё тело, он не прекращал подгонять рыцаря.

Чёрный рыцарь негромко произнес:

— В таком случае, позвольте мне получить подкрепление из крепости.

— Это исключено!

— Молодой господин, раз уж дело дошло до такого, Владыка крепости не станет закрывать на это глаза.

— Проблема не только в нём! Думаешь, мои братья и сёстры оставят это просто так, если узнают?

— Это...

— Никто другой не должен об этом узнать. Никогда!

В итоге чёрный рыцарь не смог больше просить Силана о подкреплении. Даже если его ситуация не была столь суровой, как в роду Анлайт, однако чтобы унаследовать семью, нужно убить собственных братьев и сестёр — такова была природа дворян Центурии.

Если бы другие братья и сёстры узнали о содеянном Силаном, они бы с великой радостью избавились от него.

Молодой господин крепости, охваченный тревогой, внезапно повернул голову.

— А что насчёт Рубы? Никаких вестей?

— Последнее сообщение было о том, что он выслеживает их.

— Неужели он опять взялся за старое и бездельничает?

— При всём уважении, он хоть и тюремщик, но вряд ли стал бы так поступать.

— Проклятье! Если бы этот тугодум явился пораньше, мы бы их не упустили...!

Силан заскрежетал зубами, вспоминая третьего высшего пробуждённого чистилища, который открыто выражал своё недовольство — возможно, из-за того, что ему запретили трогать тёмных эльфов до поимки Арши.

Будь тот хоть немного менее способным, Силан бы его не пощадил, но необходимость потакать такому ничтожеству лишь подливала масла в огонь его ярости.

Особенно злило то, что эти беглецы просто бросили заложников-тёмных эльфов, словно поношенную обувь. Убивать эльфов в порыве гнева было бессмысленно — это принесло бы убытки только самому Силану, который планировал выгодно их продать.

Именно в этот момент к нему подбежал запыхавшийся солдат.

— Мы нашли их!

— Правда?!

— Да. Поисковый отряд обнаружил позор семьи Анлайт и вождя тёмных эльфов, сейчас ведётся преследование.

— Где они? Живо веди меня!

Даже если бы Силану сообщили, что его покойная мать воскресла, он не спешил бы так, как сейчас.

Наконец-то дождавшись заветных вестей, юный демон немедленно выдвинулся в путь.

***

Однако мгновение спустя лицо Силана снова исказилось в ярости.

— Вы упустили тех, кого едва удалось найти?! И это всё, что вы можете сказать в своё оправдание?!

— Простите, господин. Они бежали слишком быстро...

— Заткнись!

— Успокойтесь, молодой господин. В любом случае, они сейчас подобны крысам в мышеловке.

Чёрный Рыцарь попытался утихомирить разгневанного Силана. В отличие от юного лорда, который сломя голову бросился в погоню, рыцарь уже отдал приказ окружающим поисковым отрядам взять беглецов в кольцо. И действительно, донесения гонцов, прибывавших одно за другим, подтверждали, что его план сработал.

— Семнадцатый отряд столкнулся с беглецами! Ведётся преследование!

— Девятнадцатый вступил в бой! У нас трое раненых, но при поддержке восемнадцатого отряда противник был отбит!

— Пятнадцатый отряд рядом с группой преследования!

— Задержите их! Просто тяните время, пока я не прибуду!

Донесения становились всё чаще, а кольцо преследователей — всё плотнее. Почуяв, что Дион наконец-то у него в руках, Силан в азарте пришпорил коня. Солдаты, подгоняемые его криками, тоже прибавили ходу.

С другой стороны, лицо чёрного Рыцаря приняло странное выражение.

«...Что-то здесь не так».

То, что оцепление постоянно прорывали, было вполне ожидаемо, пока с ними была Парша. Многослойная осада изначально строилась на допущении, что её будут прорывать — её целью было измотать группу Диона и замедлить их. И его расчёт оправдался: с каждым новым столкновением скорость беглецов неуклонно падала.

Тем не менее, чёрного Рыцаря не покидало странное чувство тревоги. И именно следующее донесение заставило его окончательно очнуться от раздумий и насторожиться.

— Четвёртый отряд обнаружил трупы шестого отряда! Все мертвы!

— И что с того?! Живо продолжайте погоню за ублюдками!

— Погоди, ты сказал — шестой отряд?

— Так точно!

— Зона ответственности шестого отряда была на противоположной стороне. Как они оказались уничтожены?

— Э-это… когда мы их нашли, они уже были мертвы… Может, они наткнулись на монстров?

— У самого входа в Лабиринт, и ни одного выжившего?

Чёрный рыцарь нахмурился. В этой области, в самом начале лабиринта, водятся лишь монстры первой звезды.

То, что вооружённые солдаты были истреблены, не успев даже сбежать, не поддавалось никакой логике.

А раз так…

«…Неужели?»

Внезапная догадка промелькнула в голове чёрного рыцаря. Он быстро восстановил в памяти факты и, осознав кое-что, поспешно схватил Силана, который бежал впереди всех.

— Господин, нельзя продолжать погоню!

— Что за бред ты несёшь?!

— Они не бегут от нас! Они намеренно показались на глаза, чтобы заманить нас в ловушку!

— Что?

Силан обернулся, ошеломлённый столь неожиданным заявлением.

Это была причина, по которой разведчики докладывали лишь о «Позоре семьи Анлайт» и «Вожде тёмных эльфов», но ни словом не обмолвились о самой опасной цели — эльфийке-горничной. Причина, по которой доклады от множества поисковых групп внезапно прекратились.

С искажённым лицом чёрный рыцарь озвучил истину:

— Они сейчас ведут охоту на наших солдат.

Эти безумцы… всего втроём они ополчились против целого войска из трёхсот человек.

***

Бам!

Все произошло в мгновение ока.

Сначала она сломала шею солдату, что шёл впереди с магическим фонарём в руках.

Затем размозжила стальным сапогом голову другому, собиравшемуся издать крик ужаса, буквально вбив её в туловище.

Третьего, который рефлекторно пытался выставить копьё, она пнула с такой силой, что тот отлетел в сослуживца, превратив обоих в кровавое месиво.

В итоге, прежде чем первый магический фонарь успел с грохотом упасть на пол, она уже убила половину отряда и тех, кто пытался бежать.

Виновница этой резни, Парша, хотела было вытереть брызги крови со щеки, но помедлила. С бесстрастным лицом она взглянула на свои стальные перчатки, уже покрытые слоем крови и плоти, и резко сорвалась с места. У неё не было времени на промедление.

Мчась по Лабиринту и обострив все чувства в поисках следующей «добычи», эльфийка снова прокручивала в голове план Диона.

«Если нельзя сбежать, нужно просто уничтожить всех, кто идёт по следу... Это же чистое безумие».

Насколько же нужно быть сумасшедшим, чтобы додуматься до такого? Даже она, уже начавшая привыкать к безрассудству Диона, была поражена. Особенно тем, что он использовал её, своего телохранителя, не как щит, а как ударную силу, подготовив при этом приманки и отвлекающие маневры.

Тем не менее, она приняла этот план по двум причинам.

Первая — они и так были загнаны в угол, и иного выбора у них не оставалось. А вторая...

— Лабиринт — опасное место.

— И эта опасность едина для всех.

— А значит, в нём у нас больше преимуществ, чем у них, несмотря на их численность.

— И главное: если дело касается лабиринта, я уверен, что меня никто не поймает.

«Почему он так спокоен? Ведь лабиринта боятся не только низшие, но даже пробуждённые высшего ранга».

Причина, по которой Дион, ни разу в жизни не ступавший в Лабиринт, мог с такой уверенностью говорить подобное, заключалась в одном.

В отличие от других, она, буквально вырастившая его на своих руках, знала это лучше всех.

«Это определенно его очередной бред. Этот мальчишка опять разбрасывается пустыми слова, которые невозможно воплотить».

И всё же, его алые глаза оставались пугающе спокойными, а игривая улыбка на лице была слишком беззаботной. В конце концов, Парша, у которой не осталось иного выбора, кроме как принять этот план, слегка прикусила губу.

«...Если вы не сдержите своё обещание о том, что всё обязательно будет в порядке — знайте... Даже если вы выживете, то всё равно умрёте от моих рук».

Ба-бах!

— Кха?!

— А-а-ах!

Превращая очередную поисковую группу в кровавое месиво, Парша вихрем проносилась сквозь Лабиринт.

Поймают ли Диона и Аршу?

Или же солдаты Силана будут истреблены первыми?

В зависимости от того, что случится раньше, изменится судьба каждого.

Это была ставка не на жизнь, а на смерть, развернувшаяся в стенах Лабиринта.