“Приветствую, госпожа красный дракон, уважаемый Самуил Шейдт. Позвольте представиться: я Мурасаки Магнолия, первый придворный маг.”

В кресле гостиной спокойно сидит женщина лет пятидесяти и нежно улыбается.

Весь ее вид излучает безмятежность.

Ее волосы цвета индиго с оттенком седины собраны в пучок на макушке.

Одежда Магнолии отличается от той, что обычно носили в Небесном Королевстве: она больше похожа на традиционную, чем на повседневную одежду.

“Я Самуил Шейдт. Спасибо за Ваш визит.”

“Присоединяюсь к его словам.”

Сэм вежливо поприветствовал Магнолию, присаживаясь на диван, в то время как красный дракон небрежно «присоединилась» к его словам, плюхнувшись рядом с Сэмом и скрестив ноги.

Сэм ткнул дракона локтем, но ее отношение ни капли не изменилось.

“Ну что вы, уважаемый Самуил сражался за эту страну, а госпожа красный дракон была лишь жертвой в недавнем инциденте. Вполне естественно, что мы должны предложить вам помощь.”

“Спасибо.”

В гостиной нет никого из семейства Волкеров.

Графская семья, первыми поприветствовав Магнолию, ждет окончания лечения в другой комнате.

“Ну что ж, приступим. Если позволите, госпожа красный дракон.”

“О, не стесняйтесь.”

Магнолия встала, подошла к скрестившей руки дракону, нежно накрыла собой ее тело, словно обнимая, и покрыла тело пациента своей магической силой.

“Чего и следовало ожидать от дракона: большинство ран затянулись и без моего участия. Даже не знаю, чему больше удивляться: стойкости дракона, или уважаемому Самуилу, нанесшему дракону такие повреждения.”

Пока Магнолия с улыбкой общалась с пациентами, раны дракона заживали.

Рваные раны зажили благодаря простейшей магии восстановления и естественному драконьему восстановлению, но внутренности дракона до сих пор были повреждены, о чем свидетельствовали многочисленные синяки, покрывавшие не скрытую одеждой кожу.

Теперь же, благодаря стараниям Магнолии, и эти синяки исчезли начисто.

“––– Ух ты, у тебя замечательная магия восстановления. Спасибо.”

“Я польщена Вашей похвалой. Теперь Вы, уважаемый Самуил.”

“Прошу.”

Одним махом Магнолия закончила лечить красного дракона и сразу же приступила к ранам Сэма.

Ровно так же, как и с драконом, первый придворный маг обхватила Сэма руками и окутала его магической силой.

“… потрясающе…”

Теплая магическая сила текла в тело Сэма.

Он чувствовал, как его внутренние раны заживали.

Боль исчезала, оставляя лишь ощущение легкости.

Менее чем за минуту лечения от ран Сэма не осталось ни следа.

“Ну вот и все. У кого-нибудь из вас остался какой-либо дискомфорт?”

“Не, я полностью излечилась. Могу хоть сейчас обратно в дракона превращаться.”

“У меня тоже ничего такого нет. Спасибо, госпожа Магнолия.”

Услышав благодарность Сэма, Магнолия улыбнулась и кивнула, после чего села обратно на кресло, отпила еще горячий чай и тяжело вздохнула.

“Уф. Старею я. Тяжеловато уже использовать магию. Что ж, уважаемый Самуил.”

“Да?”

“У меня к Вам вопрос.”

“Я Вас слушаю.”

Обратив на себя внимание Сэма, Магнолия посмотрела прямо ему в глаза.

“Я прожила жизнь, посвятив ее лечению раненых, независимо от их расы или вида.”

“Думаю, это замечательное призвание.”

“Спасибо. Поэтому я считаю, что ни у кого нельзя самовольно отнимать жизнь. Итак, позвольте мне задать Вам вопрос: было ли необходимо убивать Альберта Фреге?”

“Да.”

Услышав от Магнолии тот же вопрос, что и от короля, Сэм ответил без тени сомнения.

“И Вы ни секунды не колебались?”

“Ни мгновения. Он оскорбил дорогих мне людей, и я никак не мог его простить. Более того, он незаконно торговал волшебными существами и демонами, из-за чего королевство едва не кануло в лету. Он и без меня бы скоро умер или от рук дракона, или на казни.”

Не было причин оставлять Альберта в живых.

Такие, как он, никогда не признают своих ошибок, зато от них часто можно слышать возмущения.

После дуэли был далеко не нулевой шанс, что кто-то близкий Сэму пострадает от рук Альберта.

А значит, в недавней дуэли Сэм ни в коем случае не мог проявлять милосердия к противнику.

Он ни капли не сомневается в том, что убийство Альберта было верным решением.

“Конечно, ни что бы не спасло его от смертной казни. Его Величество решил упразднить титул графа Фреге и уничтожить его семью. Отец Альберта, виконт Фреге, был казнен, а остальные его родственники изгнаны из королевства.”

“И поделом.”

Сэм не испытывал ни капли сочувствия к родным Альберта.

Его родители понесли ответственность за то, что не воспитали сына должным образом.

“Хоть я согласна с Вами в том, что семейство Фреге должно было понести ответственность, я против таких суровых методов.”

“Думаю, Ваши помыслы достойны уважения, госпожа Магнолия. Как бы то ни было, у меня другой путь, и я продолжу идти по нему.”

Если бы Сэм смог вернуться в прошлое, он бы все равно сделал тот же выбор, даже с учетом мнения Магнолии.

И если в будущем Сэм встретится с кем-то вроде Альберта, его рука не дрогнет.

Доброта Магнолии восхитительна, но эта доброта Магнолии, не Сэма.

Первый придворный маг почему-то улыбнулась своему собеседнику.

“Хорошо быть молодым. Вы очень прямолинейны. Эта Ваша черта прямо ослепляет. Даже завидно. Уважаемый Самуил, как насчет того, чтобы жениться на моей внучке?”