Джонатан Волкер сел на свою кровать и громко вздохнул.

Грейс, графиня Волкер, наносившая лосьон на лицо, окликнула мужа, глядя на него через зеркало туалетного столика.

“Дорогой, ты выглядишь изнуренным.”

“Тяжелый день.”

“Я могу чем-нибудь помочь?”

“Даже не знаю. Дело касается женитьбы Сэма.”

“Батюшки!”

Грейс быстро собрала косметику, спрятала ее на место и села рядом с мужем.

“И кто претендентка?”

“Магнолия, внучка госпожи Магнолии.”

“Батюшки, внучка госпожи Магнолии? Ну разве не хорошая партия?”

“Партия-то прекрасная. Уважаемая Магнолия даже сказала, что сначала Сэм может войти в нашу семью, после чего ее внучка вышла бы за него. С виду кажется, что госпожа Магнолия беспокоится о нас.”

“Для Сэма не плохой вариант жениться на дочери семьи, которую интересует только сила его потомков.”

“Этот вариант и правда лучше многих других.”

Магнолия – первый придворный маг и искуснейший мастер восстановительной магии в королевстве.

Король доверяет ей.

Если Сэм захочет укрепить свое положение в королевстве, мало кто сможет посоперничать с поддержкой со стороны Магнолии.

Однако Джонатана беспокоит то, что он не знает всех целей первого придворного мага: возможно, она так же, как и другие дворяне, просто хочет использовать Сэма.

С другой стороны, репутация Магнолии безупречна, да и в разговоре с Джонатаном она раскрыла по крайней мере часть своих намерений.

Она прямо говорит, что хочет сохранения крови превосходного волшебника в своей семье, и что заботится о внучке.

В отличие от дворян, стремящихся просто использовать Сэма, Магнолия в какой-то мере думает и о нем.

“Уважаемая Магнолия даже упомянула, что не против того, чтобы ее внучка стала наложницей. И в случае брака ее внучки с Сэмом она готова примкнуть к роялистам.”

“Для нас это прекрасная возможность. Но сложно сказать, что об этом подумает Сэм. В любом случае, разве это единственная причина, почему ты такой уставший? Не верю: это уже не первый раз, когда ты возишься с предложениями о браке.”

Грейс права: Волкеры постоянно получают предложения о женитьбе, адресованные их дочерям.

За Алисией ухаживает друг детства, и, хотя она не хочет этого брака, ей трудно напрямую отказать ему.

Руки Эрики просит одна семья волшебников, но младшая Волкер просто игнорирует эти предложения.

Лиза тоже была желанна многими, как ученица святого меча.

В итоге выбор мужа был совершенно паршивым.

Впрочем, ей и сейчас поступают предложения: для того, чтобы сблизиться с Сэмом, некоторые семьи без дочерей хотят поженить своих сыновей на Лизе.

Конечно, Джонатан ставит счастье своих дочерей на первое место, поэтому отсылает отказы, даже не рассматривая предложения.

Да что уж говорить, с покойной Ур ситуация была даже потяжелее: предложения браков валились на нее, придворного мага, со всей страны.

Итак, как и сказала Грейс, предложение о браке для Сэма не могло быть большой головной болью для графа.

Но не только рассмотрение предложений утомили Джонатана.

“Некоторые дома хотят вынудить Сэма жениться на их дочерях. В любой момент к нему может прилипнуть какая-то девушка.”

“Я слышала, что дети в его возрасте очень интересуются противоположным полом… Если какая-то привлекательная девушка пригласит его на свидание… Хотя вряд ли, Сэм все еще без ума от Ур.”

“Даже если он от нее без ума, ситуация не очень приятная. Возможность все равно сохраняется.”

“Что собираешься делать? Даже если откажешь их предложениям, как помешаешь их семьям покуситься на Сэма?”

“Лучшее, что я могу придумать, это дать ему опыт с женщинами. Может, он сможет лучше терпеть приставания аристократических девиц… Впрочем, довольно сложно сказать, как все будет.”

Хоть Джонатан и относится к Сэму, как к сыну, и обожает его, но ему трудно даже представить себе разговор с ним на деликатные темы.

Он ни за что не может сказать ему что-то вроде: «Эй Сэм, ты девственник? У тебя могут быть кое-какие проблемы с дамами, так почему бы тебе не поднабраться опыта?»

Да нет, Джонатан так бы даже родному сыну вряд ли сказал.

“Почему бы просто не отвести его в бордель?”

Услышав бормотания Джонатана, Грейс, после секундного размышления, нахмурила брови.

“Ни за что. Какой бордель? Мало ли кто и с кем там связан. И, пожалуйста, даже не думай о горничных. Сэм очень популярен; не хотелось бы, чтобы все наши горничные прошли через его спальню.”

Действительно, многие публичные дома так или иначе связаны с дворянами.

И никогда не знаешь, с каким именно дворянином связан именно этот бордель.

В худшем случае все может прийти к тому, что Сэма поймают за посещением дам с пониженной социальной ответственностью.

“Что же с вами, мужчинами, всегда так сложно?”

“Не так сложно, как с женщинами. Это в любом случае головная боль, но я беспокоюсь даже не об этом, а о Лизе.”

“––– И то верно. Лиза точно любит Сэма.”

И Джонатан, и Грейс подумали, что, если Сэм женится на девушке из другой семьи, это сильно ударит по Лизе.

Они беспокоятся о ней, что закономерно для любящих родителей.

Тем более с учетом ее предыдущего брака.

“Что же делать… ? Кажется, тут кто-то есть.”

Джонатан, обхвативший голову руками, почувствовал чье-то присутствие и обратил внимание на дверь.

Раздался стук.

“Войдите.”

“Приношу извинения, отец, мать.”

“Лиза?”

“В чем дело?”

В комнату вошла Лиза, вторая дочь Волкеров.

Джонатан и Грейс ответили спокойными и собранными голосами несмотря на то, что только что говорили как раз о вошедшей.

“Мне жаль. Я хотела поговорить с отцом, но… я услышала ваш разговор.”

“Говори.”

Муж и жена выглядели огорченными тем, что их подслушали.

Лиза же улыбнулась так, словно ей все равно.

Но…

“Я все понимаю. У Сэма проблемы, но я не хочу, чтобы он попал в какие-то неприятности из-за своей неопытности, а раз так, почему бы вам не оставить все мне?”

Слова Лизы ошеломили Джонатана и Грейс.