Тысяча девяносто пять дней.

В третью годовщину свадьбы мои крестные узнали, что я накачала своего брата Ю наркотиками, а главное — что я солгала обо всем...

Я разбила им сердце, и они были разочарованы во мне. Как бы я ни плакала и ни пыталась объяснить им, но меня не слушали.

Я действительно была одинока...

«Но я не хочу сдаваться, я просто люблю его...

Еще два года, пожалуйста, дайте мне два года, хорошо?».

* * *

Тао Синь Я всю ночь снились сны, которые были наполнены воспоминаниями о прошлом.

Радость, горечь, огорчение, печаль... Один за другим они сковывали ее, не давая спокойно заснуть. В итоге она ходила целый день с бледным и усталым лицом.

Девушка сидела в студенческом кафетерии и зевала.

У нее не было аппетита, Синь Синь принесла те помидоры, что дала ей недавно кузина, думая, что сможет пообедать.

Смотря на то, как Тао Синь Я «клюет» помидоры, Эдвард и Ниа пребывали в недоумении: как можно просто взять и съесть овощи без гарнира?

В их глазах помидор — это овощ, а не фрукт.

Но Чэн Ан Мэй умеет правильно их готовить, а посему — это вкусное лакомство. Тао Синь Я знала, что помидоры, обмазанные абрикосовой пудрой, имеют шедевральный вкус.

— Синь Синь, ты не спала этой ночью? — выпивая крем-суп со сливками, Ниа ткнула пальцем в опухшее лицо Тао Синь Я.

— Ага, — В ответ девушка лишь кивнула головой. Взяв один помидор, она откусала его и начала облизывать стекающий с него сок.

Синь Синь ела эти помидоры словно ребенок, будучи вся липкая.

У Нии не было сил смотреть на это, и она протянула ей влажную салфетку. Подруга хотела сказать ей, чтобы она ела аккуратней, когда к их столу подойдет кто-нибудь из знакомых.

— Синь Синь! — позвал Алан.

С того самого вечера Тао Синь Я игнорировал его, как бы он ни извинялся, отношение Тао Синь Я к нему было холодным. Парень знал, что в ту ночь был слишком нетерпелив, но Тао Синь Я ему сильно нравилась.

Действия Алана привлекли всех в кафетерии.

Хотя это и студенческий кафетерий, но эта школа в Стиллвелле, где учатся все дети богатых и знаменитых, поэтому студенческий кафетерий не только украшен красивыми хрустальными люстрами и знаменитыми картинами, висящими на стенах, но и оформлен на высоком уровне и роскошно, предлагая разнообразные блюда, а цены не низкие. У студентов здесь нет ничего, кроме денег, и их, конечно же, не волнует такая сумма за блюдо.

Люди, обедающие в ресторане, говорили тихо, поэтому любой шум был чрезвычайно заметен.

Однако Тао Синь Я была довольно популярна в универе, мальчики называли ее восточной куклой, а тысячи девушек смотрели на нее с презрением. Какая-то восточная кукла! Она всего лишь нищенка, и за такими девчушками будут бегать только нищеброды, как они считали.

Тао Синь Я взяла влажную салфетку и вытерла руки, посмотрев на Алана, она мило улыбнулась ему, при этом будучи отстраненной.

Алан все еще приставал к ней в течение последних нескольких дней, говорил, что хочет извиниться перед ней, и она приняла его и извинения, но это не означало, что отныне девушке будет приятно общаться с ним.

Но Синь Синь так же устала от его назойливости, поэтому она избегала Алана, и Ниа и Эдвард были в ярости, когда они узнали от нее, что сделал этот парень и всячески помогали ей избегать его. Но они не ожидали того, что Алан будет так назойлив даже в студенческом кафетерии.

Тао Синь Я не часто обедала в этом месте, она часто говорила, что такого рода кафетерии строятся, чтобы обманывать людей, и к тому же, девушка не настолько богата, так зачем ей там обедать? Однако время от времени она все же приходила туда, ее часто туда затаскивала Ниа, говоря, что она угощает. Но сегодня Синь Синь была не голодна, поэтому пришла просто за компанию с Эдвардом и Нией.

Раньше она думала, что Алан — человек, который заботится о своей репутации, и не будет ей докучать на глазах у всех. Но парня это не заботило, и, видя его действия, все начали распускать слухи.

— Алан, чего ты хочешь? — Ниа посмотрела на него с злым выражением лица. Этот паренек уже намеренно давил на Синь Синь.

Взрослый мужчина, а начал применять свою силу и репутацию, да как ему не стыдно!

— Я... Синь Синь, я действительно люблю тебя, в прошлый раз я поступил неправильно, но я действительно сожалею о сделанном, — Алан и вправду выражал сожаление, надеясь, на то, что Тао Синь Я простит его.

— Алан, я принимаю твои извинения, — девушка была вынуждена это сказать.

— И ты не будешь со мной холодно обращаться? Ты и вправду приняла мои извинения? — спросив, Алан сделал жалкий вид, надеясь, что с помощью этого смягчит сердце Тао Синь Я, но девушка, нахмурив брови, повторила:

— Алан, ты только хороший друг...

— Но я не хочу быть только хорошим другом, Синь Синь, неужели ты не можешь принять меня и мои чувства к тебе? — сердце Алана разрывалось из-за того, что не могло принять отказ любимой.

У Тао Синь Я же начинала разбаливаться голова.

— Алан, Синь Синь уже отказала тебе, перестань ей надоедать.

К столу подошел парень со светлыми волосами, и встал перед Тао Синь Я.

— Эндрю, это мой разговор с Синь Синь, чего ты влезаешь? — Алан злобно оттолкнул встрявшего в разговор.

Этот паренек также охотился за сердцем Синь Синь, эти двое долгое время соперничали друг с другом.

— Да, это не мое дело, но я не могу уже на это смотреть, ты не видишь, как твои действия причиняют беспокойство Синь Синь, — Эндрю не давал себя обойти.

— Отойди! Это касается лишь меня и Синь Синь!

Двое парней начали драку. Тао Синь Я смотрела на этих дураков, однако увидев, что толпа начинает ликовать, лицезрея эту драку, она сразу же поспешила разнимать их.

— Прошу прощения, что прерываю, — вдруг послышался тихий и приятный голос.

Вся ликующая толпа остолбенела, в кафетерии послышались удивленные возгласы. Тао Синь Я посмотрела на пришедшего человека и также была ошеломлена.

Это сказал мужчина, стоящим рядом с двумя начавшими драку парнями: стройный и высокий; в темно-синем костюме ручной работы, подчеркивающем его идеальную фигуру; со слегка завивающимися чернильными волосами, янтарными глазами, благородным характером и красивым лицом; источающим зрелую мужественность.

Что удивляло больше всего, так это то, кем являлся этот мужчина...

Почему Юань Ю Ран появился здесь?!

Толпа начала шептаться, но Юань Ю Ран был естественно спокойным. он положил на стол бумажный пакет, который держал в руках, и посмотрел на Тао Синь Я.

— Моя мама сказала передать это тебе.

— Ах... — Тао Синь Я медленно посмотрела на бумажный пакет.

— Разве это не бумажный пакет P.R.*? — зашептались в толпе.

(*Pink Rose — знаменитая пекарня в Шотландии с розовым стилем, который любят многие маленькие девочки).

Ниа заглянула в пакет, удивленно воскликнув:

— Это торт и черный чай! Синь Синь, разве тебе не нравится клубничный торт и горячий черный чай?

Верно, ей действительно нравилось это все, и если бы она была бедна, то все равно бы раз в месяц тратилась на это.

Но она не понимала, как он об этом узнал... Девушка посмотрела на Юань Ю Рана, и в его глазах читалось напряжение.

Юань Ю Ран говорил спокойно и отчетливо:

— Моя мама узнала, что ты любишь этот десерт, когда ты была у нас дома, и тебе ведь понравился тот клубничный торт, поэтому она попросила меня передать тебе это.

Когда он закончил говорить, Тао Синь лишь произнесла:

— Передай тете Мэй большое спасибо.

Услышав это, Юань Ю Ран неожиданно сказал, прогремев на весь кафетерий:

— В пять часов я буду ждать тебя около ворот университета.

— А?.. — Тао Синь Я снова впала в ступор.

— Моя мама приглашает тебя на ужин к нам домой, — закончив говорить и не дав ничего сказать Тао Синь Я, он ушел.

Как только он вышел, толпа в кафетерии сразу же взорвалась от гомона.

— Синь Синь, в каких ты отношениях с Юань Ю Раном? — Ниа схватила Тао Синь Я за одежду, и толпа сразу же навострила уши.

Вместо того чтобы ответить на вопрос Нии, Тао Синь Я удивленно спросила:

— Как он попал в Стиллвелл?!

На что Эдвард поправил свои очки на лице и ответил любезно:

— Университет пригласил его выступить с лекцией — после обеда, в три часа дня.