— Зенос, что-то в последнее время от тебя мало толку, а? Буду честен, приятель. Мы больше в тебе не нуждаемся.

Астон — лидер группы — отвёл Зеноса для разговора в сторону, в таверне, где они остановились, и вдруг выпалил это.

За спиной лидера стояли остальные: лучница Юма, маг поддержки Гаэль и боевой маг Андрес. Все они так же холодно смотрели на Зеноса.

Их группа искателей приключений была на подъёме и одолела бесчисленное множество крупных чудовищ. С ростом известности увеличились и награды от гильдии, и спонсорские взносы от знати, что обеспечило им избыток средств. Комната Астона была обставлена ценным антиквариатом, а весь пол устилали роскошные мягкие ковры.

Однако эти трофеи не делилась с Зеносом. Ведь он был единственным в группе, кто родился и вырос в трущобах.

Обширное королевство Герцет, расположенное в самом сердце континента, жило по строгим законам иерархии. На самой вершине находилась королевская семья, за ней следовали дворяне, затем простые граждане. Бедняки же занимали самую низшую ступень социальной лестницы. Дискриминация глубоко укоренилась в обществе, поэтому, несмотря на то, что все они были товарищами по группе, Зеносу всегда выделяли комнату куда скромнее, чем остальным. По правде говоря, за счастье было уже то, что ему вообще давали крышу над головой, так как зачастую его и вовсе заставляли ночевать на улице.

Несмотря на такое скотское отношение, Зенос продолжал оттачивать свои навыки ради Астона — в благодарность за то, что тот когда-то принял его к себе.

— Это неправда, Астон. Я делаю всё, что нужно. Я уверен, что приношу хоть какую-то пользу группе, — возразил Зенос.

Астон усмехнулся. — У тебя даже нет лицензии целителя.

В этой стране только люди со статусом гражданина или выше могли получить официальную лицензию авантюриста — у бедняков такого права не было. И, конечно, поскольку Зенос не мог пройти обучение, магии исцеления он учился по большей части самостоятельно.

— Нам больше не нужны твои сомнительные заклинания самоучки. Мы стали настолько сильны, что больше никому не под силу нас ранить.

— Но это потому, что...

Всякий раз, когда кто-то из его товарищей был на волосок от ранения, Зенос мгновенно применял исцеляющее заклинание. Более того, он использовал защитную магию, чтобы предотвратить получение ран, а также заклинания усиления, повышающие боевые способности группы.

Зенос попытался объяснить это, но Астон лишь пожал плечами.

— Чушь собачья. У тебя нет лицензии, так что ты, может, и не в курсе, но для исцеления нужны заклинания, магические круги и прочая ерунда. Ты не Святая, ты не можешь просто взять и мгновенно скастовать магию в ту же секунду, как нас ранят, чтобы полностью вылечить. То, что нас не пробивают, — это заслуга защиты Гаэля и нашей мощи. Ты совершенно бесполезен.

За спиной Астона торжествующе ухмыльнулся Гаэль, маг поддержки отряда. Зеносу нечего было на это возразить.

Зенос чувствовал себя обязанным Астону. Он оказался здесь только потому, что однажды, проходя через трущобы, Астон и остальные сказали, что у них еще нет целителя, и предложили ему присоединиться. К тому же, поскольку он не имел даже базового образования в магии исцеления, он допускал мысль, что мог быть неправ.

— Очнись, Зенос, — сказал Астон, издав преувеличенный вздох. — Теперь нам нужно достойно выглядеть перед знатью и королевской семьёй. Мы не можем держать в группе какую-то трущобную крысу. Это испортит нашу репутацию.

— Но ты же говорил, что я — часть команды», — возразил Зенос.

Остальные члены группы презрительно захихикали.

— Ты что, совсем идиот? — спросил Астон, хватаясь за бока от смеха. — Ты серьёзно не заметил? Нам просто нужна была дешёвая рабочая сила. Оборванец из трущоб вроде тебя не стал бы жаловаться на отсутствие еды или ночёвки на улице. А в крайнем случае мы могли бы просто использовать тебя как козла отпущения, без всяких угрызений совести.

Зенос замолчал. Ему казалось, он слышит, как рушатся его воспоминания, осыпаясь вокруг него словно обломки.

Прожив большую часть жизни сиротой в трущобах, он был счастлив присоединиться к группе. Найти место, где он был бы своим. Вот почему, даже подвергаясь плохому обращению, он улыбался и терпел, надеясь быть полезным для всех остальных.

Впрочем, он ведь с самого начала был там чужим, не так ли?

— В общем, с тобой всё, — сказал Астон и щелчком отправил что-то в полет. Блестящая вещица отскочила от пола и покатилась, остановившись у ботинок Зеноса.

— Что это? — спросил Зенос, нахмурившись и поднимая вещицу.

— Ты, небось, и не в курсе, но это золотая монета. Жалкому оборванцу вроде тебя подобное и во сне не привидится, будь благодарен.

— Астон...

— А теперь слушай сюда, — холодно продолжил лидер группы, прищурив глаза. — Не смей никому рассказывать, что такая трущобная крыса, как ты, когда-либо состояла в нашем отряде. Усёк?

Зенос молча стиснул золотую монету в ладони. Это было единственное, что он получил за годы работы авантюристом. Монета обжигала ладонь леденящим холодом. Это была не награда за заслуги — это была плата за молчание.

— Хорошо, — произнес он наконец. — Раз так, я ухожу.

Так целитель Зенос был изгнан из отряда. Его бывшие соратники, всегда видевшие в нем лишь оборванца из трущоб, даже не подозревали, кто именно вознес их к нынешним высотам.

И ни они, ни сам Зенос ещё не знали, каким грандиозным поворотом судьбы обернется то, что их пути разошлись.