— Шерри, по-моему, мы уже говорили об этом за прошлой трапезой, но хозяин — не из тех людей, кто приказывает своим рабам есть отдельно приготовленную пищу, — мягко заметила Роксана. — Хозяину нравится есть в компании, так что, пожалуйста, присаживайся и присоединяйся к нам.
После слов Роксаны Шерри, наконец, уселась. Она что, и правда ожидала, что я кину ей какие-нибудь объедки на пол вместо нормальной пищи? Остаётся лишь догадываться, вопрос ли это её личных предпочтений… или тут дело в чём-то совсем другом? Впрочем, какая разница. Пока Шерри не жалуется и послушно садится есть вместе с нами, у меня нет причин как-то вмешиваться. Отогнав от себя эти мысли, я зачерпнул из котла в центре стола щедрую порцию борща и перелил себе в тарелку. А вот дальше… хм.
Как объясняла мне Роксана, в этом мире разливать суп всем, кто сидит за столом — обязанность главы дома. Иначе говоря, эта роль лежит на мне, поскольку я одновременно являюсь лидером нашей группы и хозяином Шерри и Роксаны. Да, такая «семья» выглядит немного нетипично, но причин считать себя главой дома у меня достаточно. К тому же я уверен, что ни одна из девушек не станет с этим спорить. В конце концов, за исключением того единственного спора о последней воле и освобождении Роксаны в случае моей внезапной смерти, девушка до сих пор не ставила под сомнение ни одно моё решение. А когда мы выходили в город, она всегда либо шла рядом со мной, либо на полшага позади, словно следуя какому-то особому «рабскому этикету». Есть ли здесь вообще такое понятие? А, ладно, спрошу как-нибудь потом.
Но вернёмся к раздаче супа. Если я правильно помню то, о чём говорила Роксана, после того, как глава дома наливает порцию себе, следующей её должен получить тот, кто этот суп приготовил. То есть… Шерри. В ту же секунду атмосфера в столовой резко переменилась. Меня накрыло тяжёлое, давящее ощущение, словно я попал под прямой прицел тяжёлого танкового дула. В панике я посмотрел на своих девочек. Только не говорите…
Да. Это была Роксана. Она по-прежнему улыбалась, но её глаза были закрыты, а уголки губ едва заметно подрагивали, будто девушка изо всех сил сдерживала недовольную гримасу. Ну точно, блин! Она ревнует! Ревнует из-за того, что я собрался первым налить суп Шерри, а не ей. Ладно, ладно, я понял! Всё, Роксана, сейчас же налью тебе первой, только перестань уже давить на меня своей аурой.
— В-вот, Роксана.
— О, вы отдаёте первую порцию мне? Как приятно... Большое спасибо, хозяин.
Если уж быть честным, это было не столько проявление заботы, сколько результат откровенного давления, но не будем на этом зацикливаться — оно того не стоит. Я всего лишь хотел соблюсти правила приличия и первым угостить Шерри, как главного повара. Вот и всё. К тому же, раз это считается национальным блюдом дворфов, то именно она, скорее всего, ждала его больше всех. Что ж, теперь, когда Роксана получила свою порцию, можно, наконец, налить и Шерри.
— Большое спасибо, хозяин, — в свою очередь поблагодарила дворфийка.
Уже не терпится узнать, каково блюдо будет на вкус. Что-то обыденное или же меня ждёт сюрприз?
— Ну что ж, приступим…
М-м-м… Первое, что приходит на ум, — вкус простой, я бы даже сказал деревенский, но в хорошем смысле. Ингредиенты нарезаны крупно, из-за чего суп кажется по-настоящему домашним, «сельским». Хотя лично я бы не отказался, если бы овощи были нарезаны помельче — так их было бы легче жевать. Но, тем не менее…
— Очень вкусно, — от души похвалил я повара.
— Спасибо! — кажется, девушка искренне обрадовалась.
Какое-то время в столовой раздавался только стук столовых приборов.
— Ах-х, это было волшебно, — доев, я откинулся назад на стуле и довольно погладил ладонью живот. — Кстати, я уже какое-то время думаю вот о чём: у воргенов есть уникальная профессия «зверо-воина», а у дворфов — «мастера-кузнеца». Вот мне и стало интересно: существует ли профессия, доступная только людям?
Шерри знает очень многое, так что ответ ей наверняка известен. Да и хозяин «Беседки Вейл» говорил, что его профессия, [Трактирщик], тоже является расово-специфичной. Было бы странно, если бы у людей не было ничего подобного. Это выглядело бы… ну, если честно, даже как-то расистски. Может, у людей это [Герой]? Хотя нет, такое было бы уже слишком.
Когда девушки услышали то, что я сказал, они почему-то вздрогнули и начали активно краснеть.
— Ум-м… ну… это… — начала мямлить хвостатая.
— Э-э-э?! Т-так хозяин интересуется т-такими вещами?! — вторила ей остроухая.
Да что с ними такое? Я сказал что-то не то?
— Н-не поймите неправильно, хозяин! Быть любимой вами — это, конечно, хорошо, и… и мне это очень нравится… — от бормотания Роксаны стало явно нести каким-то бредом.
— Я… тоже так думаю… и была готова к тому, что рано или поздно это случится… — дворфийка не отставала от подруги.
Что они вообще несут? Я всего лишь спросил о расовой человеческой профессии. Чего панику-то разводить?
— Так, дамы! — хлопнул я в ладоши, пытаясь прекратить бардак. — О чём вы вообще говорите?
— Люди считаются расой с необычайно высоким, почти ненасытным сексуальным влечением, так что… — начала объяснять Шерри, и мне тут же не понравилось, к чему всё шло.
Даже у животных встречаются гомосексуальность, изнасилование, секс не ради размножения, убийства сородичей и детоубийство — но всё это происходит из-за инстинктов. Люди же — единственная известная раса (не будем вспоминать про дельфинов и обезьян, окей?), способная на всё это просто ради удовольствия. Животные живут инстинктами, а люди эволюционировали и научились принимать решения, полагаясь на разум. Мы стали гибче… но в процессе утратили тормоза для собственных желаний.
— И?..
— И поскольку это считается отличительной чертой человеческой расы… их расово-специфическая профессия — «секс-маньяк».
Человеческая профессия… [Секс-маньяк]. Из-за почти ненасытного либидо. Что ж… это, пожалуй, и правда очень по-человечески.