— Простые рабы, даже после смерти хозяина, с которым они заключили контракт, не освобождаются от рабства.

Слова Мелиссы как громом меня поразили.

Сказав это, она опустила глаза и погрустнела.

Не ожидал такого поворота. Хотя если задуматься, это имело определённый смысл.

Действительно, в игре раб оставался рабом навсегда. Такова была структура игры, а если этот мир зеркально её отражал, значит и система рабства должна была остаться без изменений. Раб должен оставаться рабом, и точка.

Нет, но даже если этот мир во многом похож на игровой, неужели он копирует всё вплоть до мельчайших деталей?

В самом деле, каким образом можно оставить человека в рабстве на всю жизнь? Как это работает? Неужели он не может сбежать?

Я пытался задавать эти вопросы Мелиссе, но в ответ она только трясла головой из стороны в сторону.

— Как только нас, невольников, регистрируют в Гильдии Работорговцев, на нас накладывают особое заклинание подчинения. Мы остаёмся в рабстве до конца своей жизни, потому что это заклинание невозможно уничтожить.

Гильдия?.. Теперь, когда она об этом упомянула, я вспомнил. В игре определённо был работорговец. А значит, должна существовать и Гильдия Работорговцев, которая будет его поддерживать и предоставлять право заниматься торговлей рабами.

— А что происходит, когда на вас накладывается заклинание подчинения? И вообще, кто и когда решает, что на человека вообще можно наложить это заклинание? Если честно, я не имею об этом ни малейшего понятия.

— Ах, да. Я так и думала, что дело в этом. Заклинание подчинения накладывает человек, способный использовать магию, а единственный, кто знает, как связать тело раба с «сосудом подчинения», в котором запечатано заклинание — работорговец.

Хм, ясно. По её словам выходит так, что существует что-то вроде магической печати, вырезанной на теле раба. Но я не вижу на ней ничего подобного, а значит, это какая-то невидимая глазу магия.

— Но почему Гильдия так поступает?

— Потому что знатные люди им в этом потворствуют. Что касается «сосуда подчинения», то существует не так много людей, способных его уничтожить. В разное время появлялись беглые рабы, которые пытались разорвать магическую связь со своим «сосудом», но... В любом случае, магическую печать невозможно стереть.

— Потворствуют, говоришь...

— Всё верно. Люди, которые приобретают рабов, тем самым повышают свой собственный статус в глазах окружающих. Остальные им завидуют и стремятся занять такое же положение. В результате члены богатых семей начали ссориться друг с другом за наследство, а заказные убийства стали обыденным явлением и перестали кого-либо удивлять. В тот момент стало ясно, что, когда хозяин, заключивший контракт с рабом, погибает, то и контракт утрачивает свою силу. Другими словами, происходит то, о чём Хитто-сан и говорил — раб становится свободен.

— Вполне очевидный результат.

— Однако так называемая Гильдия Работорговцев — невероятно алчная организация. Если человек попадал в рабство, он должен был оставаться инструментом для зарабатывания денег до самой смерти. Вот почему Гильдия обратилась к магии и стала накладывать заклинание подчинения. Если хозяин умирает — статус раба остаётся прежним. Это то, от чего нельзя сбежать.

Не ожидал, что механизм настолько сложен. В игре не было ничего подобного.

Впрочем, даже если об этом нигде официально не сказано, нельзя утверждать, что разработчиками не была заложена эта идея в сеттинг изначально. Тут можно только гадать.

— Хм... значит, вот как, да? В таком случае, что же должно произойти в этой ситуации с тобой, Мелисса?

— Да. Что касается смерти моего хозяина, то магическая формула, наложенная на меня, должна была немедленно уведомить Гильдию Работорговцев. В этом случае меня должны признать рабом без хозяина. А те, у кого исчезли контракты со своими хозяевами, обязаны вернуться к работорговцу в течение трёх дней.

— Трёх дней, значит... а что произойдёт, если ты не успеешь?

— Тогда меня признают беглым рабом и отправят уполномоченного преследователя... а преследователь — профессионал розыска с ужасно садистским образом мыслей. Поскольку Гильдия считает рабов обыкновенным коммерческим товаром, их обычно не убивают... но я слышала, что преследователю дано право пытать раба до такой степени, что у того больше никогда и мысли о побеге не возникнет.

Плечи Мелиссы дрожали. Хотя она и сказала, что слышала только слухи, похоже, ей всё же доводилось быть свидетелем каких-то ужасных событий.

Если преследователь использовал лечебные зелья или магию, то мог причинить чудовищные страдания своей жертве. И не только физические, а ещё и моральные, когда дело касалось женщины.

О деталях она не распространялась, но было нетрудно представить, что именно произошло.

— Я приблизительно понял, о чём ты. Проще говоря, что бы ты ни делала, твой социальный статус раба не изменится. Если ты не вернёшься назад вовремя, тебя объявят в розыск и отправят преследователя, а если всё-таки вернёшься, тебя снова продадут кому-то другому. Учитывая всё это, ты бы предпочла стать именно моей рабыней, так?

— Всё именно так, как вы и сказали... вы милостиво спасли меня, и, невзирая на мой социальный статус, я искренне хочу этого, хотя и считаю, что просить вас об этом может быть оскорбительно, но...

— Ну, всё-таки это именно я настоял на том, чтобы ты всё рассказала. Не беспокойся об этом. Так значит, не существует никакого способа освободить тебя?

— Пока существует магическая печать — нет.

— Неужели нет никого, кроме людей из Гильдии Работорговцев, кто может уничтожить её?

— Я полагаю, что найти такого человека будет сложно. И помимо всего прочего, даже если силой стереть магическую печать, без должного навыка это приведёт к тому, что сердце раба разорвётся, и он умрёт.

Значит, это убьёт тебя?.. Если так, то тут уж точно ничего не поделаешь. Я могу [Отменить] и магию тоже, но это происходит только до того момента, как эффект проявится. За редкими исключениями, нет никакой возможности отмотать время назад и стереть прошлое с помощью кнопки [Отмена].

— И люди из Гильдии Работорговцев ни при каких обстоятельствах не отменят заклинание подчинения?

— Не совсем так. Что касается этого, то контракт на освобождение действительно существует. Однако для этого потребуется заплатить цену, в 1000 раз превышающую стоимость самого раба. Само собой разумеется, что не существует никого, кто стал бы заходить так далеко, чтобы тратить такую большую сумму на освобождение одного раба...

В тысячу раз?! Должно быть, это целая куча денег. Честно говоря, даже я должен признать, что это неразумно.

— Это довольно неприятная история, во многих отношениях. Впрочем, благодаря ей я узнал много нового. Не хочется думать, что тебе надлежит вернуться к этому работорговцу, чтобы тобой просто воспользовались как вещью. Но так ли легко заключить контракт с рабом, который потерял своего хозяина?

— Об этом... Согласно правилам Гильдии, если раба, утратившего своего хозяина, кто-либо спасает из опасной для жизни ситуации, а затем сопровождает обратно, то этому человеку предоставляется приоритет при его покупке, если он изъявит такое желание. Тем не менее, формальности всё равно будут стоить определённую сумму денег...

После этих слов Мелисса замолкла, и в её глазах загорелся странный свет.

Вот, значит, как. Если задуматься, то это становится очевидно. Несмотря на то, что сама по себе Гильдия довольно малочисленна, но амбициозна, они зашли так далеко, что стали использовать магию подчинения. А это стоит денег.

— Интересно, сколько?..

— А?

— Мелисса. Я говорю о цене за тебя. Сколько мне будет стоить принять тебя в качестве своей рабыни?

— Хии-Хитто-сама...

Нет, погоди секундочку, ты счастлива до такой степени, что готова расплакаться? Вообще-то я и сам не до конца уверен, что мне хватит денег, чтобы расплатиться.

— Я так рада! Я счастлива от одной мысли об этом. Вот только...

— Только...?

— Вот только насчёт цены... Даже с учётом того факта, что вы спасли меня от грабителей и предоставили защиту, это будет стоить около 1,5 миллионов Золотых...

Как и ожидалось, это довольно дорого. Если не ошибаюсь, то в игре рабы самого высшего ранга стоили что-то порядка 500,000 Золотых. А сейчас, получается, нужно в три раза больше.

Кроме того, по её словам, цена даже дешевле, чем обычно. Учитывая её внешность, я уверен, что она стоит того, но всё равно эта разница довольно загадочна.

Погрузившись в раздумья, я потёр рукой подбородок, ломая над этим голову, а Мелисса тревожно нахмурилась и внимательно смотрела на меня с обеспокоенным выражением лица.

— Прошу прощения, похоже, я сказала что-то, чего не следовало. Конечно, я не смею надеяться на то, что вы примете меня в качестве своей рабыни. Я просто подумала, что было бы действительно здорово, если бы это произошло...

— Нужно выплатить всю сумму за один раз?

Мелисса, конечно, сдаётся слишком легко. Безусловно, цена немалая, но я уже ступил на этот путь. Кроме того, честно говоря, я до сих пор испытываю некоторые сожаления о том, что не смог купить раба в игре.

И хотя я сказал это, изначально я не планировал покупать её или брать с собой. Но я видел этот мир лишь в игре, и не так уж много о нём знал, так что раб кажется не такой уж плохой компанией.

На самом деле, если её объявят беглой, мне не хватит знаний для того, чтобы разобраться с этим хитроумным заклинанием подчинения.

К тому же, врать не буду, она довольно симпатичная.

Стоп, сейчас не время отвлекаться. Нужно думать о более насущных делах. В конце концов, я ведь не уверен, что смогу заплатить всю цену сразу.

— Нет, вам не нужно платить всё за один раз. Система предоставляет вам возможность зарезервировать нужного раба и произвести оплату в течение пяти дней.

5 дней, да?.. Честно говоря, это довольно мало, учитывая то, что какое-то время займёт дорога до работорговца или Гильдии Работорговцев. Плюс те три дня, что отведены Мелиссе на возвращение. В результате получается, что у нас осталось восемь дней.

— Эй, Мелисса. Раз уж такое дело, ты можешь оценить, сколько стоит та или иная вещь? Ты же была рабыней торговца, а значит должна знать что-то о таких вещах, верно?

— Ах, да. Но только совсем немного, — ответила Мелисса с удивлением.

Хм, немного тоже сгодится.

Я немедленно вытащил всё барахло, что скопилось в волшебной сумке, и сложил его в кучу.

— Поскольку это кольцо является «сосудом порабощения», его нельзя продать, но все остальные кольца в сумме стоят примерно 20,000 Золотых. Вещи грабителей довольно сильно повреждены, и большое количество ржавчины, безусловно, снизит их цену. Продать их будет сложно, но если вам повезёт, вы сможете заработать около 1000 Золотых. Снаряжение искателей приключений — это магические предметы, так что если вы продадите камни призыва, то сможете выручить 25,000 Золотых. Похоже, остальные их предметы содержались в лучшем состоянии, чем у грабителей, так что за них вы получите примерно 8,000 Золотых.

...Честно говоря, я был удивлён. Нет, я уверен в том, цифры верны, но она смогла невероятно быстро и умело подсчитать стоимость всего этого добра.

Я предполагал, что камни призыва должны быть весьма ценными, но в реальности они оказались гораздо дороже, чем стоили в игре.

Между прочим, как следует из названия, в игре можно было использовать один такой камень и перенестись в город сохранения. Другими словами, можно было немедленно вернуться в церковь последнего посещённого города.

Когда я говорю «церковь», то имею в виду просто определённый чекпоинт на карте. Если в какой-нибудь маленькой деревушке не было «церкви», то и перенестись туда не было никакой возможности.

Казалось бы, раз у них были такие камни, то всё было бы хорошо, если бы они использовали их прямо перед смертью... Однако в действительности, между моментом активации и срабатыванием должно было пройти определённое время. В игре это занимало примерно восемь секунд. Таким образом, при их использовании необходимо было выбрать правильное время.

Не исключено, что в реальном мире подготовка занимала ещё больше времени. Впрочем, я знал один хитрый трюк, с помощью которого это ограничение можно было обойти.

— Кстати говоря, в действительности ведь ничего похожего на магию перемещения, верно?

— А? Вы сказали, магия...перемещения?

— Точно. Магия, которая позволяет быстро путешествовать в нужный город или конкретное место.

— Хотя я и не знаю ничего, что бы называлось именно так, я слышала о том, что есть несколько чернокнижников, которые занимаются исследованием чего-то подобного. А ещё я слышала, что существует какой-то побочный эффект их исследований, который с помощью силы магии позволяет совершить мгновенное перемещение в пространстве на небольшое расстояние. И для этого требуется какое-то сложное заклинание и магическая формула. Но вот о путешествиях на дальние расстояния я никогда не слышала.

Так я и думал. В игре не было так называемой «магии перемещения», позволяющей свободно перемещаться, как в других РПГ. Однако всё же существовало заклинание телепортации на короткое расстояние, оно называлось [Сдвиг]. И было довольно забавно использовать его несколько раз подряд во время боя.

Впрочем, в игре требовалось некоторое время для произнесения этого заклинания, так что использовать его в быстрой последовательности было довольно затруднительно.

Кстати об игре. Чтобы использовать определённое заклинание, нужно было нажать определённую последовательность клавиш.

Естественно, чем сложнее заклинание, тем длиннее эта последовательность. Некоторым удавалось записать последовательность в доступные макросы для сообщений, но число их использований было ограничено.

А так называемые «чернокнижники» являлись магическим классом боевого типа, который находился на вершине иерархии всех остальных классов.

Но, похоже, что в этом мире люди, которых называют чернокнижниками, больше сосредоточены на исследованиях. Впрочем, если их исследования продолжатся, то, возможно, заклинания перемещения на дальние расстояния когда-нибудь появятся в будущем и здесь.

Что ж, возвращаясь к основному на данный момент вопросу — если мы доставим по назначению груз вина, то выручим ещё 20,000 Золотых. Прибавим их к тем 54,000, которые получим за продажу экипировки.

Затем мы посчитали, сколько денег хранилось в мешке торговца — 286,486 Золотых.

Итого вышло: 360, 486 Золотых.

Ну, в конце концов, я и так намеревался всё это продать, но... кажется, у нас возникла серьёзная проблема.

Этого даже близко не хватает.