Примерно через два часа после того, как Нагиса и остальные ушли, мой телефон завибрировал, сигнализируя о новом сообщении.

[Можно я сейчас приду?]

От Акари.

[Поздновато ты. Ну приходи.]

На экране время – уже за десять вечера. Сообщение моментально помечается как прочитанное. Акари, наверное, знала, что я не откажу. Едва пришло уведомление о прочтении, как я услышал звук открывающейся входной двери. Её шаги, быстрее обычного, замерли у двери моей комнаты.

— Что случилось? Так неожиданно прийти…

Я открываю дверь, чтобы встретить подругу детства, но Акари медленно заходит и мягко толкает меня на кровать.

— …Ты какой-то тёплый.

— …Только из ванны.

— Поняла.

Её необычное поведение кажется странным, но я намеренно не спрашиваю причину, выбирая вместо этого наш привычный бессмысленный трёп.

— Ты можешь спросить. Нет, пожалуйста, спроси, – говорит она.

Оказывается, я ошибался.

— Что-то случилось? – спрашиваю я, как она просила.

Она поворачивается, утыкается лицом мне в грудь и после паузы тихо произносит:

— Я сегодня вела себя странно?

— …Немного.

— Будь честен.

— Довольно странно.

Я попытался смягчить формулировку ради неё, но она видит меня насквозь.

— Так и знала, – она тихо смеётся, затем делает вдох и продолжает, — Видеть, как мой друг детства целует другую девушку прямо передо мной… это выбило меня из колеи.

Её слова бьют точно в цель, и я понимаю, почему она была не в себе. В тот же момент в голове всплывает образ Акари, целующей Сому.

…Отвратительно.

— Я спросила вас, целовались ли вы, но… я уже догадывалась. Оба вели себя странно, – говорит она.

— Прости. Будь я аккуратнее, этого бы не случилось.

Если бы я лучше закрепил маску, экзамен прошёл бы гладко, без лишних проблем.

— Нагиса просто прикрывала меня, зная про меня и отца, – объясняю я.

— Ты рассказал Нагисе про Юи-сана?

— Да, так вышло.

Я опускаю детали нашего конфликта, и она тихо бормочет:

— Понятно… – в её голосе слышится лёгкая грусть, — Похоже, я лишилась одной из привилегий друга детства…

— О чём ты?

— Хм?..

Она замолкает, задумавшись, затем произносит тихо:

— Юто, погладь меня по голове.

— Зачем?

Несмотря на замешательство, я провожу рукой по её волосам, покоящимся у моей груди.

— Вот так, – говорит она.

— Ладно.

Действительно, если бы кто-то, кроме Акари, попросил меня так запросто погладить по голове, я бы заподозрил подвох. Её странно убедительные слова ставят точку в разговоре, и в комнате остаётся только звук её дыхания.

— …Если у тебя появится девушка, я всё ещё смогу остаться твоим другом детства?

Её голос слегка дрожит, когда она задаёт этот вопрос.

— Этот поцелуй был случайностью. Мы с Нагисой не встречаемся, – отвечаю я, отметая воображаемый ею сценарий.

— Даже если это будет не Нагиса… мы останемся друзьями детства?

Я не знаю, почему она об этом говорит, но сжимаю её руку, чтобы успокоить.

— Дружба детства – это не то, что можно изменить, даже если захочешь.

Услышав это, Акари прижимается ближе, укладывая голову на моё плечо и обвивая руками мою шею.

— …Не меняйся, хорошо?

Её шёпот в ухо слегка щекочет.

— Люди не меняются так легко, – отвечаю я.

— Может быть, – в её голосе слышится лёгкий смешок.

— …

— …

Больше слов не следует. Мы остаёмся в этом объятии, чувствуя лишь тепло и биение сердец друг друга.

— …Кстати, как тебе? Я поменяла шампунь.

Нежный лавандовый аромат уже какое-то время щекочет мне нос. Я старался не обращать внимания из-за прошлых инцидентов, но её слова заставляют меня сосредоточиться на нём.

— …Приятный.

Какие слова тут не будут звучать странно? Наверное, никакие.

— Тебе нравится?

Её настойчивое поддразнивание у самого уха заставляет тело нагреваться.

— …Нравится.

Я всего лишь сказал, что аромат мне приятен, но это звучит ужасно интимно.

— Твой фетиш на запахи не изменился, а? – она радостно дразнит меня, и я мысленно машу белым флагом.

— Но я тебя понимаю, – добавляет она, нарочито шумно вдыхая воздух у моего уха, — Мне нравится твой запах. Он меня успокаивает.

Её голос возвращается к привычной игривой манере, и мне уже невозможно оттолкнуть её из-за смущения. Вместо этого я решаю контратаковать, прижимая ладонь к её затылку и преувеличенно вдыхая.

— Это щекотно… но ладно. Делай что хочешь, – она смеётся, беззащитно разрушая мою рациональность.

Потеряв волю к сопротивлению, я сдаюсь и позволяю ей вести.

Позже, когда я отношу спящую Акари, всё ещё вцепившуюся в меня, к ней домой на руках, я понимаю, что это было куда более смущающим, чем сам момент.

Следующее утро.

Выходя на улицу, пока тело ещё согрето воспоминаниями о вчерашнем, я вижу свою подругу детства, ждущую с привычной улыбкой.

— Доброе утро, Юто!

— …Доброе.

Её вчерашняя тревожность исчезла. Скорее, она выглядит даже бодрее обычного.

— Спасибо, что отнёс меня вчера домой! Мама с папой сказали, – она заходит в лифт, и двери, на удивление, сразу открываются.

— Вчера я немного переживала, знаешь. Казалось, ты меняешься слишком быстро, – она прислоняется к стене, пока лифт спускается.

— Не меняюсь, – отвечаю я.

Что она во мне видит? Я сам не замечаю изменений.

— Нет, меняешься, – она улыбается, но в уголках губ прячется лёгкая грусть. – Но теперь я знаю, что всё в порядке.

Выйдя из лифта и пройдя через автоматические двери, она сияет под солнечными лучами.

— Я знаю, что я тебе всё ещё нравлюсь, и это не изменилось.

Напевая, она идёт впереди, и лёгкий лавандовый шлейф напоминает мне о вчерашнем.

Жизнь идёт своим чередом. Мы идём в школу, возвращаемся вместе, а после ужина Акари приходит ко мне играть в игры. Я не останавливаю её и не присоединяюсь, просто занимаюсь своими делами, чтобы скоротать время.

Вскоре после работы заглядывает Нагиса, читает мангу и иногда комментирует происходящее на экране у Акари.

Это наполненная жизнь, которой я могу радоваться. Это пространство кажется уютным.

Акари, проиграв матч, ныряет в объятия Нагисы за утешением. Та принимает её с ноткой раздражения и восторга, и, наблюдая, как они игриво препираются, я ловлю себя на мысли.

— О, я забыл сказать Мураи-сан, – говорю я.

Акари слегка приподнимается от тела Нагисы и смотрит на меня.

— Что сказать?

— Про отца. Я рассказал Аиде-сан во время экзамена.

— О, ещё одна привилегия друга детства потеряна…

— Думай об этом как о новых друзьях, с которыми можно делиться секретами, – сухо отвечаю я на её преувеличенный вздох.

Она смеётся:

— Шучу. Кроме того, у меня ещё сотня привилегий дружбы!

Её театральное заявление, сделанное, пока она прижимается к Нагисе, звучит как шутка.

Игнорируя её, я возвращаюсь к книге, слыша её недовольное «Хмпф…».

— О, и не говори Хинате-тян, – вдруг добавляет Акари, отстраняясь от Нагисы, — Она наверняка скажет: «Пожалуйста, не рассказывайте мне такие большие секреты!»

Её пародия на Мураи-сан, если это можно так назвать, точна процентов на тридцать. Но Нагисе показалось это похожим, и она заливается смехом, вытирая слёзы через несколько секунд.

— Но, – говорит она, — Хината действительно могла бы так сказать.

— Если вы обе так думаете, то наверное, – соглашаюсь я.

Как бы то ни было, если двое близких к Мураи-сан людей согласны, лучше ей не рассказывать. Аида-сан и так была ошеломлена весом тайны, а некоторые люди действительно могут не справиться с такой информацией.

Акари возвращается к игре.

Нагиса, бросая взгляд на мангу, тихо усмехается, возможно, вспоминая прошлые моменты.

Ощущая это счастье, я смотрю на них и думаю: завтра наша жизнь будет такой же.

Послесловие автора

Я – автор, который начал свой путь на Kakuyomu, в свободное время сочиняя романтические комедии, пока по воле случая ко мне не пришло предложение, приведшее к публикации этой книги. Честно, Kakuyomu – лучшая платформа.

Как писатель, я даже представить не мог, что когда-нибудь окажусь в числе изданных авторов. Когда мне впервые предложили контракт, мне пришлось глубоко вдохнуть, сбежать по лестнице, выскочить на улицу и буквально прыгать от счастья в саду. Без преувеличений.

…Писать послесловие, оказывается, удивительно сложно… Когда я был просто читателем, ещё до того, как зарегистрировался на Kakuyomu, помню, как листал ранобэ с послесловиями на десять страниц. И только сейчас понимаю, насколько это было впечатляюще.

Пишу эти строки – и вот уже место для послесловия заполняется. Хм, а это оказалось проще, чем я думал.

Теперь позвольте мне использовать оставшееся пространство, чтобы от всего сердца поблагодарить тех, кто помог этой книге увидеть свет:

— Моего редактора, K-сама, который нашёл меня на Kakuyomu;

— Художника, Катто-сама;

— Корректоров;

— И всех читателей, которые следили за этой историей с самого начала её публикации на Kakuyomu.

Огромное вам спасибо. До новых встреч – где-нибудь и когда-нибудь!

Послесловие переводчиков

Большое спасибо, что читали это произведение в нашем переводе! Мы старались по максимуму и прикладывали все усилия, чтобы выдавать главы стабильно и качественно, насколько это возможно. Да, у ранобэ всего один том и продолжения, судя по всему, не будет, поэтому на этой ноте мы можем смело с вами попрощаться!

Для вас старались:

— Переводчик Soveaa, или просто Совушка;

— Редактор MillePops, или просто Милль.

Ещё раз благодарим вас за прочтение, свидимся в других произведениях. Пока-пока!