— “Но понять свою бесполезность ваши мозги не смогут даже на грани смерти” — звучало эхом в его голове.

Проснувшись от неожиданного для его тела прилива тепла, и лёгкого покалывания от укрывавшего его покрывала. Ничем не выделяющийся юноша лет двадцати на вид. Блондин с отросшими неухоженные локонами, напрочь уничтоженными из-за сильного мороза.

Его звали Райль. Рамиил Деворер, если быть точным.

Мягкий мигающий свет пробивался сквозь веки, а кроме сплошного писка в уши наконец полился треск разведённого рядом костра. Правда, двигаться Райль пока не мог: тело только-только отошло от холода, и, при всём желании, не могло выполнить команды его владельца.

— “А-А-А!..” — пытался он выкрикнуть в полный голос, однако горло позволило только с хрипом резко выдохнуть весь оставшийся воздух из лёгких. Ему оставалось только самому восстановить ритм дыхания.

Через силу приоткрыв глаза, он увидел над собой размытые очертания… чего-то.

— “Твою налево… что…”, — голова вспоминала только общие фразы, что он часто говорил раньше.

Пока он с трудом мог вспомнить своё имя, не говоря уже о том чтобы на глаз определить, где он, в какой он палате, и под каким номером была его койка.

Но он всё же смог воспринять то, что над ним висела растянутая на деревянных брусках старая ткань, прижатая снизу кирпичами и камнями. Приподняв голову и кое-как без рук смахнув накопившиеся на веках слёзы, он обнаружил себя посреди странной палатки, который, несмотря на свистящие слабые потоки холодного ветра, на удивление хорошо держал в себе тепло.

— “Где это я?” — его первый осознанный вопрос.

Он лежал на накрытом каким-то одеялом матрасе, вплотную к бетонной стене, до которой лишний раз прикасаться не стоило из-за холода. Напротив располагался выход в виде сжатых снаружи между собой двумя деревянными скрепками краёв двух покрывал, прижатые двумя треснувшими шлакоблоками. На бетонном полу вокруг костра, выстроенного на кирпичах, были расстелены рваные тряпки.

Тело его уже успело согреться, но лучше от этого ему не становилось. Кожа будто горела от холода. Вместе с этим в полный голос кричали о боли и кости и мышцы, словно их до этого сутками напролёт по ним били молотком. Рядом с матрасом, прямо перед его лицом, располагался поддон, тоже накрытый какой-то салфеткой. На нём стоял старый радиоприёмник, достаточно старый, чтобы назвать древним, старше Райля лет на десять, чехол от топора, и небольшая железная миска с прикрученными к ней ручками из толстой палки и саморезов.

Чтобы размяться, хотя больше из интереса, он аккуратно перевалился на бок. Вытерпев мгновение боли, достал правую руку из-под покрывала и потянулся к приёмнику. Нажав на единственную имеющуюся кнопку, он упал обратно на спину, уронив руку себе на грудь.

— Тц… А-а-а… Цс… Ммм… — Как оказалось, до этого момента Райль вообще не двигался, и вытягивать разом почти всё тело, когда все твои мышцы горят адским пламенем, оказалось не самой лучшей идеей. — Твою мать… — прокряхтел он напоследок, перед тем как положить голову на матрас.

По шалашу раздался тихий статичный шум, от которого Райлю стало слегка не по себе. Слушать вместо тихого свиста ветра и треска костра бесконечные помехи радио было само по себе странно, так в придачу эти шумы лишали его единственного доступного источника информации — звука.

Увидеть что-либо из вне он не мог. Встать и выключить радио тоже. Ему всё ещё было слишком больно даже слегка двинуть руку. Так Райлю только и оставалось ждать, когда-либо станет лучше, ну или когда в радиоприёмнике сядут батарейки. Вот такая трагедия. Но, на удивление, никакие шумы не помешали ему услышать за пределами палатки раздающиеся эхом медленные тяжёлые шаги.

Очевидно, что это было человек, который, скорее всего, и был владельцем этого шалаша. А может и нет? Райль был без понятия, что думать:

— “Если бы меня хотели убить, то я бы сейчас в тепле не лежал… так ведь? Так ведь, да?” — Он прогонял разные сценарии у себя в голове в надежде понять, что его ждёт, но этот поток перебирания сценариев просмотренных им фильмов резко прервался, когда раздался громкий болезненный кашель.

Райль тут же понял, что это был мужчина. Судя по кашлю в возрасте. Он уже стоял прямо входа в шалаш, и всё, что его удерживало это две деревянные прищепки. В какой-то момент Райль начал паниковать, хотя очевидно что в его состоянии любое сопротивление было бесполезным.

Затем раздался громкий шорох, как будто на пол бросили пакет или что-то ещё, стало ясно, что он собирался войти внутрь.

— “Прикинуться мёртвым? Драться сквозь боль?” — пока Райль думал, скрепки уже были сняты, а рука неизвестного медленно отварила импровизированный вход в шатёр, впустив внутрь сильный поток холодного ветра вместе со снегом. Вместе с ними тяжёлым шагом прошёл высокий человек, почти под два метра ростом. Лицо его было спрятано за несколькими слоями шерстяных шарфов, голова накрыта чёрной шапкой-ушанкой, от которой оторвали правое ухо. Райлю оставалось прикинуться спящим, что, в его состоянии, было не так уж и сложно.

Не прошло и секунды, как этот человек, сначала отбив с толстых валенок снег, опустил взгляд в сторону Райля и с облегчением сказал:

— Живой… — Они звучали слегка приглушённо из-за нескольких слоёв одежды, но Райлю он показался знакомым. Слишком знакомым, чтобы не знать его. Приоткрыв один глаз, он наблюдал. Втянув за собой небольшую связку со сломанными досками, покрытую небольшим слоем снега и поставив её у входа, неизвестный закрыл за собой палатку, затем, со словами:

— Не думал, что ты выживешь, честно, — снял с себя шапку и один из шарфов, тот что был поверх первого. — Но рад, что всё же тебя… кхэ… — с этими словами он, наконец, распутал шарф и показал перевязанную бинтами голову. — нашёл… Ты как Райль?

А Райль не мог поверить глазам. Человеком, что спас его, оказался его давний друг. Его звали Ди Хевенрин. Они с Райлем были знакомы ещё со школы. Именно у него Райль поселился во время учёбы. Вместе с ним и одним незваным гостем они увидели то, что большинство людей назвали бы концом света, армаггедоном, или судным днём.

И именно его мёртвое тело Райль видел перед тем как самому пасть в забвение.

Он смотрел на своего друга, словно на призрака, больше не пытаясь сделать вид, что ещё спит. Широко раскрыв глаза, он пытался произнести хоть слово, но вместо этого, лишь смотрел на него, подавляя дрожь.

— Тоже удивлён? Я тож-кха! Кх… кха! — Ди раскашлялся, не успев договорить. — Я тоже… Скажи спасибо, что до сюда было недалеко. А то бы мы без костра остались.

Кинув шапку и шарфы в сторону поддона, Ди скинул с себя старое кожаное пальто с шерстяной подкладкой внутри. Затем, выключив радио, он достал из-под слоя снега на связке топор, и прошёл вглубь палатки ближе к Райлю. С глубоким вздохом, Ди прощупал рукой ноги Райля под покрывалом, отодвинул их ближе к стене, сел и принялся чистить стирать с топора воду и снег лежавшей рядом тряпкой.

— Говорить можешь? — спросил Ди с нотой отчаяния в голосе.

Сквозь дрожь Райль молча кивнул, после чего тихо проговорил:

— Д… Д-да… Могу…

В глазах Ди промелькнуло облегчение.

Он выглядел значительно иначе, волосы длинные, практически до плеч, всё лицо заросло щетиной, из привычного остались только мешки под глазами и усталый невольный прищур. Однако его голова была в несколько слоёв марли, которые закрывали всю левую часть лица вместе с глазом. Зачем эта повязка Райль понял сразу, она прятала пустую глазницу, глаз из которой вырвали с корнем, перед тем как убить Ди.

Райль чётко помнил этот момент ещё потому, что после этого убивать начали его самого. Хотя он и был уверен, что всё вокруг не сон, он до последнего не мог свыкнуться с мыслью, что прямо перед ним сидит человек, которого убили у него же на глазах.

Собравшись с мыслями, Райль приподнял голову, чтобы лучше видеть Ди и спросил единственный волнующий его вопрос:

— А это… Мы сейчас где?

Ди медленно перевёл взгляд с топора на Райля и сказал саркастичным тоном:

— Самому бы узнать… — и, после недолгой паузы, добавил: — После… того, что было в Теннете… — он положил топор под ноги, после чего нервно схватился за голову и проговорил: — Я уже нихрена не понимаю…

Теннет был родным городом Ди. Туристической столицей региона, да и просто сам по себе неплохой для жизни город на берегу океана. Однако из-за одного… существа от города меньше чем за сутки не осталось и следа. Только руины, трупы и Чёрный Император.

— Мм… А, что это за место? — удивлённо спросил Райль, пытаясь разбавить обстановку.

Сделав глубокий вдох, Ди вытер пальцем правый глаз и ответил, но уже с большим энтузиазмом:

— Э… мы в ангаре. Двести километров примерно от Теннета. Хрен знает, что он тут делает. Тут даже никаких пристроек нет, чисто ангар и взлётная полоса. Самолётов тоже нет.

— А что… Ты был в Теннете?

— Ну да… Я очнулся там в какой-то квартире. Меня туда кто-то принёс… — затем, Ди тихо добавил: — Скорее всего Акула.

У Райля после этих слов будто прибавились силы. Он резко поднял голову перед Ди, сел, и, схватив его за руку громко, очень громко спросил:

— Чт… Акула жив?!

Акулой они звали своего друга. Странное человекоподобное существо родом из древнего затопленного города Атлантиды... С виду мальчик лет одиннадцати, с длинными рыжими волосами, и блестящими голубыми глазами. Но с жабрами, покрытый чешуёй по всему телу, и двумя рядами острых как лезвия зубов. Да, Ди и Райлю это тоже казалось странным, но в какой-то момент они просто смирились, так как увидели вещи намного страшнее. И хотя они были знакомы меньше недели, этот странный человек амфибия сделал для них больше, чем кто-либо мог представить.

— Не знаю. — Ди ответил твёрдым голосом.

— В смысле?

— Я его не видел. Только записку. Сейчас. — Ди тут же встал с матраса и потянулся к пальто. Схватив его перекинув над костром, тут же полез во внутренний карман и аккуратным движением достал из него листок бумаги. Затем, со словами: — Вот. Это лежало у меня в руках когда я проснулся, — протянул листок Райлю. Тот ее тут же выхватил и начал разглядывать.

Это был десяток раз помятая и порванная половина тетрадного листа в клетку, на которой, скорее всего, уже лет пять как выцвела вся краска. Однако ярче всего с обеих сторон на ней выделялась тёмно багровая надпись:

“Не иди за мной”. — Под ней был рисунок в виде неряшливо изображённого трезубца всё теми же багровыми цветами. У того, кто это писал, видимо, очень сильно тряслись руки.

— В городе никого больше не было. Найти меня мог только он, или…

— Это же… — пробубнил Райль, разглядывая записку.

— Да, это кровь, — быстро ответил Ди.

— И куда он ушел?

— Без понятия. — сказал Ди и замолк.

После очередной паузы, сопровождаемой треском костра, Райль отдал Ди листок. Его тело перестало чувствовать боль как только он увидел Ди, а потому сесть лицом к костру для него в этот момент проблемы не составило. Однако не успев задать вопрос:

— Ты тут сколько уж… — он понял, что вылезать из-под одеяла было откровенно глупой идеей. Пусть костер и согревал эту импровизированную палатку, согреть до комнатной температуры полностью голое тело оно бы точно не смогло.

Опустив взгляд на своего трясущегося от холода друга, Ди вместо ответа на его вопрос, сказал:

— Одежда под поддоном.

— С-с-спсибо…

Не имея выбора, Райль, прикрываясь покрывалом, потянулся к поддону. Однако аккуратно достать из под него одежду не получилось, вместо этого, он с грохотом обвалил всё, что на нём лежало. Затем, наконец заполучив одежду, он, разложив все вокруг себя, начал одеваться. Помимо белья, очевидно, Ди приготовил для него комплект рабочей одежды, которую обычно носят в производственном цеху или на стройке.

— Так ты… ты тут так сколько уже живёшь? — спросил Райль, пока натягивал на себя рабочие брюки.

— Дольше, чем ты думаешь… — ответил Ди, встав напротив него прямо у выхода из палатки, параллельно копаясь в кармане. Райль не понял, что тот имел в виду. — Я давно со счёта сбился. Тут как будто… что-то явно не так, — Ди достал пачку дешёвых сигарет, вынул из нее одну сигарету и, положив ее в рот, добавил: — Тут теперь, считай, полярная зима.

— Ст… стоп, ты куришь? — резко перебил Райль.

— Ну да. — Ди поднёс ко рту зажигалку и зажёг сигарету. — А чё? — переспросил он, слегка присвистывая.

— И долго ты? — Райля это заинтересовало, так как, до всего произошедшего с ними в Теннете, Ди рьяно отказывался курить. Однажды дело чуть не дошло до драки.

Ди пожал плечами.

— Хрен знает… Сколько тут сижу, наверное.

Наконец натянув на теплую кофту тёмный шерстяной свитер, Райль встал, чтобы поправить штаны. Затем, смотря на Ди, он глубоко вздохнул и спросил:

— Сколько времени сейчас?

— Глубокая ночь, — напевая медленную мелодию, проговорил Ди, после чего затянулся, приоткрыл выход из палатки и выдохнул дым наружу. — Я тебе говорю, после того… Кх-кха!.. — у него снова началася приступ кашля, он прикрывал рот кулаком, — хах… после этого урода всё пошло наперекосяк.

Райль понял о ком он говорил, ибо на его памяти был только один урод, из-за которого они могли оказаться в такой ситуации. Однако даже думать об его имени он не хотел, не говоря уже о том, чтобы вспомнить всё, что он сделал самому Райлю, Ди, и Акуле, если не всему человечеству. Чёрный Император — пусть и древнее прозвище, от упоминания его настоящего имени всё тело бросало в дрожь, а из желудка вырывались остатки желудочного сока. Пусть и не говоря вслух, Ди и Райль договорились больше о нём не говорить.

После недолгого молчания на фоне костра, во время которого Райль успел снова сесть перед костром, предварительно накрыв матрас покрывалом, Ди бросил бычок в костёр, выдохнул, и сказал:

— Вообще… у меня есть предположение…

— М? Ты о чём? — Райль поднял на него взгляд.

— Я про Акулу.

— И чего? — спросил Райль, наклонив голову вбок.

Сжав губы и подняв брови, Ди спросил:

— Пойдёшь со мной до Теннета?

— А… что там? — переспросил Райль.

— Хочу кое-что показать, — тихо сказал Ди, доставая ещё одну сигарету.

* * *

— А откуда столько снега? — спросил Райль, вытирая с лица комья снега.

На следующий день Ди первым делом решил показать Райлю, в каких условиях им придётся идти до Теннета. Они стояли в нескольких метрах от ангара, как сказал Ди “возможно на взлётной полосе”. Это действительно была довольно плоская местность,

— Снег теперь идёт всегда. Ночью точно. Редко… когда нет снегопада. — Ди молча стоял по пояс в снегу и курил. По его выражению лица легко читалось, что его совсем не волновало, где лучше стоять. Он даже не повернулся к Райлю, а просто куда-то в сторону.

Находясь в идентичном положении, по пояс в снегу, Райль задал закономерный вопрос:

— И как мы пойдём?! — Из-за сильного ветра ему приходилось слегка повышать голос. — Ты вообще как тут жил?! — но теперь он повысил голос от очень сильного недоумения.

— В ангаре сидел, а что?! — Ди ответил в своей слегка наплевательской манере.

— Ясно… — пробубнил Райль, закатывая от раздражения глаза. Затем, переведя взгляд на сигарету в руке Ди, он добавил: — У тебя лыжи есть?

— Не-а. — играючи ответил Ди, — Можем найти, но ближайший посёлок в восьмистах километрах, неизвестно в какую сторону.

— У тебя хоть запасы еды есть?! — агрессивно выкрикнул Райль, пытаясь максимально плоско намекнуть, что они вдвоём находятся не в самом лучшей ситуации, чтобы шутить и курить, смотря вдаль.

Перед тем как ответить, Ди вытащил руки наружу, и начал медленно поднимать себя из сугроба, параллельно говоря:

— С этим… есть одна… проблема…

— И какая?!

Вытащив ноги из снега, Ди встал на плотный участок на снегу, отряхнулся, посмотрел на Райля и сказал:

— Здесь нет еды.