Они достигли своей промежуточной цели. Перебравшись сквозь трёхметровый сугроб, который собой закрывал плоский горизонт, перед ними наконец предстала эта злополучная автотрасса. Побитая асфальтная кладка, с нанесённой поверх краской, над которой по всей площади дороги расстилался тонкий слой прозрачного льда. Вопреки любому здравому смыслу, на ней не было ни единой крошки снега, даже с ног Ди или Райля. Вместо этого, там, где начинался дёрн, возвышалась перпендикулярная стена, из того же снега.

Аккуратно пройдя на дорогу и встав посреди проезжей части, Райль и Ди молча переглянулись.

— Ты какого хрена не сказал, что тут будет гололёд?! — крикнул Райль.

— Я не знал что тут лёд. — Ди нервно смотрел на обледеневший асфальт, и говорил, практически мычал, не размыкая губ. — Когда я шёл тут льда и в помине не было… И снега было… меньше…

Ситуация была близка к безвыходной. Уже стемнело достаточно, чтобы отсутствие света начало доставлять проблемы. При этом постепенно набирал свои обороты холодный ветер. Конечно, пока что это был слабый поток воздуха в лицо. Но со слов Ди, меньше чем через час этот лёгкий ветерок превратится в ураган.

— Либо идём до последнего, либо пролежим в сугробе до утра. — Ди проговорил свои мысли вслух, стараясь встать без опоры и сохранить равновесие.

— И как ты по льду идти собрался?! — громко спросил Райль, параллельно пытаясь устоять на ногах возле одной из снежных стен.

Ди огляделся по обеим сторонам дороги, вздохнул и крикнув:

— Ногами! Пойдём быстрее! — пошёл вперёд аккуратной походкой, с каждым шагом переваливаясь то на правую ногу, то на левую.

— А по снегу никак?! — ещё спросил Райль, когда Ди уже ушёл на пару десятков метров.

Ди остановился, повернулся к Райлю и крикнул:

— Хочешь потеряться?! Валяй! Я в снегу тебя искать не собираюсь!

Обдумав, Райль всё же решил довериться и пойти за Ди. Он хотел предложить Ди выкопаться к снегу и просто идти вдоль дороги. Ну, или вдоль стены, которая закрывала эту дорогу. В любом случае вспоминая то, какая буря была в местной погодной аномалии, решение Ди имело немного смысла.

Медленным шагом, Райль шёл по гололёду, кое как облокачиваясь о сугробы по правую сторону дороги, пока Ди упёрто шагал без опоры. Но, только у Райля появилось немного уверенности в решении Ди идти по голому льду, тот в мгновение поскользнулся, оказался в свободном падении в полуметре над дорогой, практически сделал сальто, после чего свалился на спину, ударившись головой о землю. Лёд под ним оказался настолько скользким, что его тело после падения проскользило к правому краю дороги, от чего тот оказался прямо перед Райлем. Когда Ди пришёл себя, донеслось тихое:

— Твою мать!..

Он медленно приподнял голову и обхватил руками затылок.

“Довыпендривался?” — подумал Райль, смотря на Ди раздражённым взглядом, ни капельки не удивлённым взглядом.

Когда Ди смог облокотиться о стену из снега и встал на ноги, он посмотрел на Райля в ответ своим просвечивающим сквозь три слоя шарфов глазом так, будто собрался убить его здесь и сейчас. Ну или как минимум хотел крикнуть. Судя по тому, как тот несколько секунд буквально пялился на Райля, он всеми силами сдерживал желание прокричать все известные ему нецензурные выражения. Затем, держась обеими руками, Ди пошёл дальше. В этот раз медленнее, то и дело поднимая одну руку, чтобы приложить её к затылку. Райль, ничего не сказав вслух, просто продолжал идти за ним.

В какой-то момент пути Райль подумал, что они идут в неправильную сторону, так как сам даже не представлял в какую сторону нужно было идти. Технически, даже стороны света никак определить нельзя бы из-за отсутствия как такового солнца на небе. А Ди просто, без уточнений, направился прямо по трассе. Влево относительно того, как они шли до самой трассы. “Допустим это будет север” — Райль попытался добавить в это подобие реальности хотя бы немного точности. Только вот пришли они с севера, или идут на север, он сам толком не понимал.

Этот мир раздался беззвучным грохотом, когда небо резко окунуло землю в ещё большую темноту. В следующий раз, наступит полноценная ночь. Усилился ветер, разом завалив лицо резко повалившимися из неоткуда крупными хлопьями снега. Райль обратил на это внимание, остановился, скинул с лица налетевшие комья и вгляделся в потемневшую толщу из облаков. Ему, на удивление, не было холодно, ни от ветра и снега. Больше всего его напрягал сильный ветер, который дул в противоположном им направлении. Если бы Райль не держался за сугроб, то его потоки медленно повалили бы его на землю. А идущий перед ним Ди в это время, со свойственной ему манере не обращая внимания ни на что, продолжал переваливаться с ноги на ногу в попытках устоять на льду.

* * *

Когда до полной темноты оставались минуты, в сотне метров прямо у них на глазах возникла крупная структура. Прямоугольное строение с уходящей на метра три вглубь полостью. Пусть оно и было далеко, большое тёмное пятно на идеально белой Это была типовая автобусная остановка. Такие стояли везде, где трасса проходила через мелкие поселения. Покрашенная, насколько то не было странно, в тёмно-зелёный. На ней не было ни табличек, ни вывесок с расписанием. Просто крашеный бетон, без намёков на его задумку или природу, в мгновение материализовавшийся прямо посреди сугроба, идеально заменив собой исчезнувшую снежную массу. Даже высота всего сугроба осталась неизменной.

— Твою мать, чё за?! — Райль перекрикивал гул ветра.

На мгновение застыв на месте, Ди слегка приподнял голову и крикнул:

— Идём туда!

— В смысле?!

— ЖИВО!

Ди развязал свой мешок, резким движением выкинул всё из него прямо на дорогу. Затем, он обвязал себе правую руку одним концом и отдал другой конец чтобы Райль сделал то же самое. Теперь между ними был тросс длинной почти два метра.

Задавать вопросы не было смысла. С этого момента задача состояла в том, чтобы добраться до нового укрытия, пока не наступила ночь. Перевалившись к левому краю дороги, на котором как раз и появилась остановка, Ди и Райль захотели ускориться. Из-за постепенно усиливающейся скорости ветра держаться за стену было недостаточно. Приходилось прижиматься к стене спиной, словно вместо дороги перед ними была пропасть. Иначе их бы повалил ветер.

Медленно, боком вдоль стены, они практически дошли до остановки. Всё это время они шли вслепую, преимущественно из-за сильного ветра, но не меньшей проблемой был летящий в лицо лёд. Ди, даже будучи слепым на один глаз, мог немного видеть обвязанного вокруг головы шарфа. Райль мог только надеяться на то, что Ди не ослепнет в ближайшие несколько минут.

Оставалось меньше десяти метров. Был гипотетический вариант держаться за снег за спиной, чтобы сохранить равновесие, но работало это, как выяснилось, с переменным успехом. В попытке просунуть руку чуть глубже в сугроб одетая в перчатку ладонь Райля выскользнула, от чего тот потерял равновесие, выронил свой мешок и свалился на лёд, проскользив почти на метр.

Ди резко вцепился в сугроб правой рукой, обхватил покрывало и потянул его к себе. От угрозы улететь на пару километров назад его спасло только завязанное морским узлом на руке покрывало.

Ветер стал слишком сильным, чтобы устоять на ногах больше одной секунды. Лежать Райль не мог. Стоило ему немного высунуть руки или ноги ближе к центру, как по телу проходила волна жжения, будто его только что обдали мощной струёй ледяной воды. Казалось даже, что боль доходила до костей. Райлю оставалось разве что держаться за снег и надеяться, связывающее их с Ди покрывало вдруг не оборвётся.

Встав на твёрдую поверхность под крышей остановки, Ди облокотиться о ближайшую к нему стену, вытер снег с глаза и, схватив обеими руками покрывало, стал вытягивать к себе Райля. Затем, когда Райлю удалось схватиться за ту же стену, Ди крикнул:

— ДАВАЙ!

Когда Райль подполз ближе к стене и вытянул руку, Ди схватил его обеими руками и резким движением выдернул из потока воздуха. Райль влетел внутрь, сбил Ди с ног, от чего через несколько секунд они вдвоём, лежа друг на друге, оказались на сыром полу посреди пустой бетонной комнаты.

* * *

Небо потемнело в последний раз, погрузив землю в абсолютную темноту, раздался гром. Где-то вдалеке сверкнула молния, но грома не последовало. Падающий снег теперь обращался льдом, а ветер усиливался в геометрической прогрессии. Звук ветра больше напоминал реактивную турбину. Всё что летело вместе с потоками воздуха, могло мгновенно сбить человека с ног и утащить за собой, если не пробить насквозь и превратить в кучу размозжённых по льду останков.

Однако же до темноты на пути ветра не осталось ни одного человека. Все люди оказались в нескольких метрах от потока воздуха, прямо под бетонной крышей. Под ней было настолько темно, что нельзя было разглядеть даже отдалённых очертаний. Вместо громкого гула турбин звучал тихий шорох и ощущалась слабая тряска. Видимо поток ветра был настолько сильным, что не выпускал из себя даже звук. А может и нет. Проверять всё равно это никто бы не стал.

Они сидели друг напротив друга, но смотреть приходилось прямо в бездну темноты. Райль развязывал свой шарф, а голос Ди раздавался из темноты громкой одышкой.

Райль ощущал сильную колющую боль по всему телу, особенно на лице. Сняв перчатки, он попробовал прикоснуться к лицу. Боль усилилась, лицо зачесалось. Закономерно, Райль еле сдерживая крик отдёрнул руку. В какой-то момент он подумал, что всё его лицо полностью разодрало до плоти в потоке ветра. Казалось, что с подбородка медленно капала кровь. На секунду его это напугало, хотя он ничего конкретного и не чувствовал, если только лёгкий привкус металла на языке.

Дрожа, Райль прислонился к стене и решил спросить:

— Ты… Кх-кха…— Но не успел он сказать мысль, как Ты же знал, что оно тут появится?

Ди нервно кашлянул, выдохнул и ответил:

— Не… — Его нервный голос раздался эхом по бетонной комнате. — Даже не думал…

Для Ди было не иначе как знак свыше. Словно сам мир сжалился над ними и приготовил спасения от своих же угроз.

— “Осталось только дождаться бога из машины, который вернёт нас в обычный мир и скажет, что всё будет хорошо. И зло проиграет, Утарм умрёт, и все будут жить счастливо”, — проговаривал Ди про себя, развязывая шарф. — “Это, сука, не театр оперы и балета” — добавил он к своим мыслям, сбросил с себя пальто на пол и тут же сел него . Немного погодя, он поднёс к своему забинтованному левому глазу ладонь и приложил к лицу. Он почувствовал влагу.

— И сколько мы тут пробудем? — спросил Райль. Голос его был тише, но вибрацию от эха он ощущал даже у себя в груди.

— М? — Ди резко отвёл руку от левого глаза. — Часов двадцать, примерно… Это если по ощущениям.

— А по факту? — переспросил Райль.

— Понятия не имею. — Ди тихо кашлянул. — Не уверен, что утро вообще наступит и мы застряли тут навсегда.

— Утрируешь?

— Возможно.

Очередная неловкая пауза. Ди глубоко вздохнул, а Райль, сжав губы, вытер чешущееся лицо голой рукой. Но стоило ему вновь открыть глаза, как в стороне, откуда доносился голос Ди, показалось что-то светящееся. Нечто круглое, блестящее фиолетовым цветом. Пусть и тусклого, такого светлячка в полной темноте заметить было легко.

Райль дёрнулся назад, после чего это фиолетовое нечто направилось в его сторону, а со стороны Ди раздался вопрос:

— Ты чего?

— Это… У тебя чего это светится? — от резкого движения у Райля снова заболело лицо.

В ответ сначала раздался тихий хрип, как будто кто-то сдерживал смех, за которым последовал ответ Ди:

— Светится то? Глаз это мой… — он вытер лицо, и несколько раз моргнул. Райль это увидел по мигающему перед ним фиолетовому маяку. — У тебя они, кстати, тоже светятся.

— А? — Райль никак не мог у себя в голове понять где и как располагается это светящееся нечто на лице Ди.

— Привыкай, — добавил Ди, — Я это увидел ещё когда в ангар тебя тащил.

— И какого они цвета?

— Жёлтые они у тебя, — ответил Ди. — Светло-жёлтые. В городе есть зеркала, если найдём, посмотришь сам.

Ди видел перед собой два маленьких блестящих жёлтых круга, переливающиеся то жёлтым, то белым, с чёрными точками посередине. Райль же видел одинокий маленький кружок, тоже с чёрной точкой, медленно переливающийся разными оттенками фиолетового. Райль, пусть и не сразу, но осознал, что это светилась радужка глаза. Они напоминали взгляд кошки в коридоре посреди ночи. Или Акулу. Тоже в коридоре. Тоже ночью.

— Как у Акулы, — Райль озвучил свои мысли.

— Есть такое… — ответил Ди.

— А давно это?

— Глаза то?

— Ага.

— Сколько тут брожу, столько глазами и сияю. — Параллельно он достал из пальто зажигалку с пачкой сигарет. Это было слышно по шороху и глухому хлопку картона, с которым Ди всё время до этого открывал пачку. — Ночью в зеркале себя увидел. Сначала как ты думал “твою мать, кто это?”. А потом просто забыл. Ты напомнил.

Положив в рот сигарету и тихо проговорив: — Последняя, гадина… — Ладно, плевать. — Ди зажёг огонь и поднёс ближе к лицу. В этот миг Райль увидел тусклый желтоватый свет, за которым он увидел слабые, но различимые черты Ди. В его лице ничего особенного Райль не заметил, лицо как лицо. Единственное, ему показалось, будто повязка, которая закрывала вырванный левый глаз Ди, была слишком тёмной для марли.

Через мгновение свет погас, а у Райля появилась идея как избавить себя от навязчивой мысли:

— Ди… У тебя сколько топлива остал… Тф… — он снова сплюнул накопившуюся во рту, как он думал, слюну. — В зажигалке топливо осталось?

— Вроде много… Я её недавно подобрал.

Речь идёт о самой дешёвой возможной зажигалке, которые обычно продавали на кассе в любом продуктовом магазине.

— Можешь мне лицо осветить посмотреть? — продолжил Райль.

— Зачем?

— Кажется мне лицо разодрало.

— Больно сильно что ль?

— Да. Дотронуться не могу.

— Такое обычно от сильного холода бывает. Не уверен, парада, что разодрало, может просто шок от холода. Щас.

Ди тут же выбросил сигарету в сторону и принялся перебирать что-то на месте. Раздавались шорох, скрип, плеск сырых тряпок и несколько звонких ударов по бетону железом. Через несколько секунд, Ди сказал:

— Не выйдет…

— Чего? — переспросил Райль, наблюдая за периодически мигающим слабым фиолетовым светодиодом.

— Думал сделать факел из топора, только всё промокло. — Ди громко шмыгнул и добавил: — Щас посмотрим.

Ди бросил свои вещи, выпрямился, развернулся от стены и сделал несколько шагов вперёд. Теперь он стоял примерно посередине остановки. Проведя пальцем по кремниевому колёсику, раздался звонкий треск, от рук отлетело несколько искр, и загорелся огонь. В свете зажигалки стало видно маленькую часть сжатой в кулак ладони. Теперь перед Райлем левитировали два огонька.

— Не закрывай глаза, — проговорил Ди.

— Мгм.

Раздались несколько громких шагов, с которыми огоньки медленно приблизился к Райлю. Затем, с тихим шорохом, сначала к его лицу спустилось пламя зажигалки, после уже сам Ди. Тот встав на колени в удобную позу, аккуратно протянул огонь к Райлю.

Пока Ди осматривал Райля, Райль рассматривал его. Лицо Ди было неизменным, такое же потрёпанное, с таким же забинтованным глазом. Ни единой царапины. Однако глубоко из-под повязки вытекала странная жидкость, похожая на кровь, и её накопилось достаточно много, чтобы окрасить бинт в чёрный.

В один момент, привычный прищур Ди сменился широко раскрытыми от ужаса глазами.

— Чего там? — заметив это спросил Райль.

Тот пока молчал. Перед Ди предстала жуткая картина. Из того что он смог разглядеть: вся правая щека и лоб Райля разодраны до мяса, и частично левая. Местами правая щека была пробита насквозь, так что было видно зубы и язык во рту. И со всего этого медленно стекала кровью.

Сжав губы, Ди проговорил:

— Твою ж мать…

— Чего? — переспросил Райль. В этот момент Ди обратил внимание на то как слегка двинулись зубы через, рану.

— А ты во рту ничего странного не ощущаешь? — спросил Ди.

— Вроде нет, — Райль на мгновение снова обратил внимание на привкус металла, — А что?

— У тебя на пол лица кожу содрало, — Ди произнёс это на удивление спокойно.

— В СМЫСЛЕ!? — громко проговорил Райль и попытался выдвинуться вперёд. Тут же от того что он широко раскрыл рот, всё его лицо разразилось невыносимой жгучей болью. А когда Райль задрал голову и напряг шею в попытке сдержать крик, у него в ту же секунду свело челюсть.

Ди положил руку Райлю на плечо и резко к стене. Райлю было больно, но в сравнении с болью в лице это была мелочь.

— Не дёргайся!

Ди посмотрел Райлю в глаза и добавил:

— Я без понятия с какого хрена тебя так, это не нормально.

“Когда изодранное до крови лицо было нормальным?!” — думал Райль.

Ди погасил зажигалку и притих. Фиолетовая лампочка несколько раз моргнула.

— Предлагаю пока ничего не трогать.

— Чего? — переспросил Райль.

Отходя назад с вытянутыми руками, Ди ответил:

— При дневном свете раны обрабатывать куда лучше будет.

Райль с глухим звуком сплюнул жидкость изо рта в сторону.

— И чё мне делать?

Ди на мгновение затих.

— Щас, секунду… — снова пауза, но уже с тихим шорохом. — Лови.

Райлю в живот прилетело насквозь промокшее мятое покрывало, которым Ди вытащил его с трассы. Правда, теперь это была просто ободранная сырая тряпка.

— Попробуй пока приложить до утра, а там разберёмся. Пойдёт?

— Угм, — Больно Райлю не было, но в глубине души у него было желание швырнуть это же покрывало Ди в лицо, только сильнее.

Со стороны Ди раздались глубокий вздох и последовавший за ним громкий шорох от его спины по бетону. Райль почти минуту молча ощупывал в руках сырую ткань, интуитивно выпрямлял, пока его неожиданно привёл в чувство тихий кашель. Глаза Ди видно не было, да и шороха с его стороны было все меньше. Настроение стремилось к одному.

— Ты спать?

Три светящихся глаза снова встретились взглядами сквозь темноту.

— Мгм. — промычал Ди. — И тебе советую.

Фиолетовая лампочка с тихим шорохом исчезла в темноте.

— Спокойной ночи, — проговорил Райль.

— Спокойной, — ответил Ди и окончательно затих.

Несколько минут Райль потратил на то, чтобы снять куртку и в очередной раз прийти в себя. За то время, пока Ди с ним возился, боль в его теле более-менее поутихла, но все ещё нависала слабость. Со стороны Ди уже раздавалось тихое сопение. Райля тоже потянуло в сон.

Попытка лечь на пол вылилась в острую боль где-то в груди, которая эхом раздалась по всему телу. Райль на мгновение задержал дыхание. Рисковать он не стал, лёг в самую удобную позу на бетонном полу, банально чтобы было не так больно. Взяв за тем шарф и сложив в подобие подушки, он уронил на неё голову. Затем достав покрывало, Райль сложил его пополам и, после приложил к правой щеке. Щека загорелась адским пламенем, как от прикосновения к ране, так и от холода. Тело жгло. Привкус железа во рту стал ярче. От боли его шея и челюсть напряглись.

Стерпеть такую боль Райлю было по силам, особенно со временем, когда рана привыкает к прилегающей к ней ткани. Но его больше напрягала не боль. За считанные минуты во рту накопилось столько жидкости, что стало сложно дышать. Он резко поднял голову, придерживая повязку, и выкашлял все что за это мгновение накопилось во рту. После этого он несколько минут откашливал остатки.

Когда все наконец успокоилось, Райль лёг на правый бок и положил голову так, чтобы покрывало держалось между "подушкой" и головой. Боль стихала, усиливалась слабость. Веки тяжелели, а вместо темноты перед глазами возникали странные образы. Люди, какие-то места, странные звуки и голоса. Он даже слышал свой собственный голос. Правда, желания выяснять, к чему это всё, у Райля не было. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.