Вечеринка с «тёмным котлом» закончилась полным разгромом: вкус был настолько за гранью понимания, что все буквально вырубились.

Вроде бы это должно было быть празднование победы на выборах, но в итоге всё превратилось в какое-то испытание на выживание...

— Ну, Рёта, до следующей недели!

— Ага, давайте, осторожнее там по пути.

Я проводил пятерых гостей до порога.

Несмотря ни на что, и Танака, и Химэсаки выглядели довольными, даже когда помогали с уборкой. На выборах они были по разные стороны баррикад, но сейчас от былого напряжения не осталось и следа. Даже Руи с Химэсаки — два главных лидера гонки — вполне ладили.

Судя по настрою Руи, Химэсаки тоже метит в школьный совет. Значит ли это, что мы будем работать втроем: я, Руи и Химэсаки? А что насчет Танаки... Не, вряд ли.

Вернувшись в дом, я первым делом зашел в гостиную, прежде чем подняться к себе.

— И всё-таки, меня беспокоит... эта тетрадь.

Мой дневник с рисунками за каникулы в начальной школе.

Благодаря Юрии мне не пришлось позориться и зачитывать его при всех, но любопытство всё равно берет верх.

Ладно, прочитаю... внимательно и в одиночестве.

Спрятав дневник за пазуху, словно школьник, притащивший домой порножурнал, я поднялся по лестнице.

Из разоблачений сестры стало ясно, что у меня есть общие воспоминания с Руи, Юрией и Айри, но проблема в том, что я их вообще не помню.

— Раз уж выяснилось, что я встречался с ними в прошлом, будет вежливо хотя бы попытаться это вспомнить.

Зайдя в комнату, я положил на стол этот «проклятый объект особого ранга» и открыл его.

— Так-с... Хм? Это еще что?

Я тут же наткнулся на любопытную страницу и начал читать:

«29 июля. Перед магазином „Анумейт“ (Animatе), куда я всегда хожу, стояла девочка и мялась. Я подумал, она ищет туалет, и спросил её, но оказалось, ей просто было стыдно заходить внутрь одной. Я не понял, чего тут стыдиться, и сказал, что со мной зайти будет нормально. Она обрадовалась и пошла. Было здорово поболтать про аниме».

Я заговорил с девчонкой перед аниме-магазином?!

— У-ух... Чтобы я вот так запросто подошел к девчонке, да еще и перед магазином для отаку... Маленький я хоть и имел специфические хобби, но в душе был каким-то подозрительным экстравертом.

Для нынешнего меня такой поступок — за гранью возможного. Дичь какая-то.

— Та-ак, ладно. Следующая страница... Опять про девчонок?

«2 августа. Поехал в аэропорт провожать сестру в летний лагерь. Там на скамейке сидела красноволосая девочка и плакала. Никто к ней не подходил, так что я спросил, в чем дело. Оказалось, она потерялась. Я отвел её в центр поиска потерявшихся детей. Пока ждали её маму, я сидел с ней, и мама в благодарность дала мне заграничных мармеладных мишек. На вкус так себе, но зато они огромные. Повезло».

Девчонка в аэропорту?

Я-то думал, там опять будет какая-нибудь «извращенная» история, а малец-то, оказывается, просто молодец. Хотя радость от мармеладок выдает в нем ребенка.

«13 августа. Приехала в гости Анжю-оне-тян, моя троюродная сестра. Мы много играли в приставку. Было весело».

— Э-э... Троюродная сестра? Вообще не помню такую.

Троюродная — это же ребенок двоюродного брата или сестры моих родителей, так? И к тому же Анжю? Родственницу с таким именем я в упор не помню.

— Что-то мой мелкий двойник только о девчонках и писал, а...

Я уже хотел было закрыть тетрадь от греха подальше, но перевернул страницу, и в этот момент память прошибло током.

— ...Э-это... это же...