– Тедди-Тедди! Ярость!

Тут же мишка выпрыгнул из моих рук и взмыл в воздух. Выполнив идеальное сальто, он приземлился прямо перед обидчиками.

– Привет, друзья! Я Тедди-Тедди, убийца Бельзе!

Мальчики замерли, уставившись на Тедди глазами по пять копеек.

– Что это?...

– Игрушка?

– Я сейчас сплю?

Один из мальчиков неверяще протёр глаза и вновь уставился на вдруг ожившую куклу. Тем временем мишка выпрямился и повернулся ко мне плюшевой мордой.

– К сожалению, в моей базе данных нет команды «ярость».

Я выкрикнула этот приказ без задней мысли, в порыве эмоций.

– Ээ... Тогда что мне делать?

Я всерьёз задумалась. До сих пор я использовала лишь три команды: кукла, убийца и гигант. Но по понятным причинам я не могла использовать второй вариант на детях.

Пока я размышляла над подходящей формой мести, Тедди вдруг непринуждённо продолжил:

– ...Но если вы скажите «избиение», я начну бить жертву, до тех пока она не скажет, что ей весело!

– Ч-чего? Такая команда есть!?

Я застыла на месте, как вкопанная, шокированная его словами, в то время как Тедди повернулся ко мне спиной...

– Ну что, поиграем?

И стал медленно, грозно приближаться к обидчикам.

– Ч-что происходит? Оно приближается!

– Как он разговаривает? Это же просто мишка!

Мальчики, бледные как привидения, в страхе отступили.

– Боже, вы испугались какой-то детской игрушки? Что он вообще может нам сделать? – выкрикнул самый крупный из мальчишек, пытаясь вести себя храбро.

Именно он нанёс Исмаилу больше всего ударов, и именно он опрокинул на него пирожное. В отличие от ребят позади него, которые просто насмехались и поддакивали, он был заводилой – тем, кто всегда заходил дальше остальных.

– Напугай этих детей до смерти, – тихо приказала я, сжав кулаки. – Посмотрим, кто обмочится на глазах у всех первым...

Исмаил никогда бы не прибег к столь изощрённой форме мести беспричинно, ведь знал, что глобально это ничего не изменит. Он сам притворялся немым, скрывал свои способности и вёл себя тихо, в надежде, что от него отстанут.

«Наверное, он сделал это, потому что издевательства стали невыносимыми».

В голову пришла ситуация, когда я решила не рассказывать служительнице храма о её болезне лёгких после издевательств.

«Но на этот раз я молчать не стану».

Я холодно взглянула на мальчугана, и он самодовольно ухмыльнулся.

– Что? Любишь играться со своим маленьким пушистым мишкой? Спешу разочаровать, это просто игрушка! Он не сможет мне навредить!

Медленные косолапые шажки Тедди, видно, придали ему уверенности, и он храбро ступил вперёд.

– Томми, не надо! Оставайся позади...

– А если в него вселился призрак?

Приятели попытались остановить его, но всё было без толку. Усмехнувшись, Томми воскликнул:

– Никаких призраков не существует, трусы! Это просто какой-то фокус, и всё!

Тедди остановился прямо перед ним. С самоуверенной улыбкой Томми потянул к нему руки, чтобы схватить за уши.

– Сейчас я оторву ему голову, и эта девка разревётся...

Но в тот же миг сильная рука была грубо отброшена. Не успел мальчишка среагировать, как Тедди взмыл в воздух и мощно ударил его по лицу, взмахнув плюшевой лапой.

– Ааа...

Томми моргнул в замешательстве, зашатался и с глухим стуком рухнул на спину. На помойке воцарилась гнетущая тишина.

– Что нам делать, хозяйка? Кажется, игра закончилась, даже не успев начаться... – разочарованно пробормотал медвежонок, повернувшись ко мне.

«Ни за что... Он же не мог убить его одним ударом!?»

В панике я подбежала к Томми. К счастью, он был просто без сознания. Грудь пострадавшего равномерно поднималась и опускалась. Из его носа ручейками текла кровь, скатываясь с щёк на землю.

– Это кровь...?

– Хи...!

Позади меня раздался шёпот. Приятели Томми пятились назад, дрожа от страха. Даже невпечатлительный Исмаил выглядел потрясённым.

«Как бы приятно это ни было... Это было жестоко».

Я хотела проучить плохих детей, а не совершить преступление.

– Тедди-Тедди! Будь с ними осторожнее! – поспешно крикнула я, прежде чем он наброситься на остальных.

– Как пожелаете, хозяйка.

– ...!

Тедди медленно повернулся к ребятам. В тот же миг их мертвенно-бледные лица исказились ужасом.

– Ваааа!

Один из них, охваченный паникой, побежал прочь, но медвежонок настиг его с пугающей скоростью и вытянул перед ним заднюю лапу. Мальчик споткнулся и упал на землю.

– Ой!

– Теперь. Бежать. Бесполезно, – угрожающе отрезал мишка.

– П-пожалуйста! Не надо!

Съёжившись под его нависшей тенью, мальчик разрыдался. Вокруг него растеклась лужа, сопровождаемая резким неприятным запахом. Я сморщилась.

Но мишку такие вещи отнюдь не смутили. Пока один мальчик остался сидеть на земле, рыдая от страха и умоляя, он занялся вторым.

– Учитель! Помогите! Тут одержимая игрушка! Учитель!

Последний оставшийся хулиган предпринял отчаянную попытку бегства, бросившись в противоположном направлении, к лесу.

Но медвежонок быстро настиг его, подпрыгнув в воздухе и резко ударив точно в спину, заставив рухнуть на землю.

К счастью, Тедди послушался меня и побил мальчишек не слишком сильно. По крайней мере, крови у них не было и сознание они не потеряли...

«Ну, думаю, им будет больно какое-то время».

Я взглянула на мальчика со странной смесью жалости и удовольствия.

– Всем ли нам весело, ребята?

Тедди неестественно высоко захихикал, да так, что даже у меня, его владельца, побежали мурашки по коже.

«Какого чёрта...»

Медведь резко перестал смеяться и торжественно объявил:

– А теперь начнём удушение.

– С-стой! Прекрати...

Мальчик под ним вскрикнул и жалобно разрыдался, отчаянно извиваясь. Под ним тоже образовалась резко пахнущая лужа.

Но в тот момент...

Топ, топ...

Ко мне подбежал Исмаил и нервно схватил за руку. Испуганный детский взгляд метался между мной и Тедди, прежде чем мальчик произнёс одними губами:

– Прекрати.

– Почему? – в замешательстве спросила я, карие глаза дрогнули.

– Это слишком, – серьёзно прошептал Исмаил мне на ухо. – А если бы они умерли? Томми внебрачный сын барона Грасса!

Он мрачно указал на мальчика, лежащего около мусорки без сознания.

«Это всё объясняет».

Даже в приюте была иерархия. Каким-то детям могли дозволять абсолютно всё, а каких-то ни во что не ставить.

Я предполагала, что Томми успокоится после того, как я «наябедничаю» на него во время фестиваля. Но, очевидно, он думает, что ему всё можно просто потому, что его спонсируют.

Я вздохнула и вытащила из кармана розовый платок.

– На. Протри лицо.

Этот платок когда-то вручил мне Эдвин. Я сохранила его, выстирала и везде носила с собой как маленький знак утешения. Но я не могла проигнорировать лицо Исмаила, запачканное грязью и взбитыми сливками.

– ...

Помедлив, мальчик бережно взял в руки платок, слегка покраснев. Пока Исмаил вытирал щёки, я повернулась к мишке и отдала приказ.

– Тедди-Тедди! Кукла.

– О, ну всё только стало интереснее... Тц.

На этот раз я была уверена, что мне не показалось. Этот медведь точно что-то проворчал себе под нос.

«У него что, там личность развилась?»

Недовольно цокнув, мишка плюхнулся на землю, вновь превратившись в обычную плюшевую игрушку. Я поспешно схватила его и выдохнула.

– Хнык, хнык...

Неподалёку я услышала тихие жалобные всхлипы. Опустив голову, я увидела мальчика, которого недавно пнули. Он смотрел на меня снизу вверх, его лицо было залито слезами.

– Почему ты плачешь? Что ты сделал, чтобы заслужить сочувствие?

В отличие от Исмаила, я не испытывала к ним ни грамма жалости.

– Идите туда, встаньте на колени и поднимите руки вверх. Оба!