Волонтёрство проводилось на большой площади между храмом и приютом.

Когда я приехала, вокруг уже царила суматоха. Дети и работники храма сновали по площади, перетаскивая что-то и активно разговаривая друг с другом. Подготовка шла полным ходом.

Я направилась прямиком к директрисе приюта, стоявшей посреди толпы.

– Эй, разве это не...

– Эта же та девочка с целительной силой Дианы...

Десятки детских любопытных взглядов пронзили меня.

Прошло почти два месяца с тех пор, как я уехала, но, похоже, меня никто не забыл.

«Какая разница, смотрят они или нет?» – думала я равнодушно.

Раньше я бы помрачнела и сгорбилась в ответ на их взгляды. Но теперь их перешёптывания казались почти забавными.

Подойдя к директрисе с невозмутимым выражением лица, я молча дёрнула её за юбку. Она неспеша повернулась ко мне лицом.

– А? Кто это...

– Здравствуйте, директор.

– Ой! Это ты!?

Может быть, потому, что прошло много времени, директриса встретила меня с широко открытыми глазами.

– Б-бельзе...

– Да, это я! Как вы поживаете? – ответила я, широко улыбнувшись.

Женщина внимательно осмотрела меня с ног до головы. Казалось, она хотела оценить, как со мной обращаются в доме герцога.

«Эта женщина ни капли не изменилась».

Директриса была не тем человеком, который способен ударить кого-то из своих воспитанников. Но, возможно, она была даже хуже, потому что сначала непроизвольно проявляла ласку, а потом вела себя так, будто мы для неё никто.

– О, наша Бельзе! Такая маленькая, а уже владеет такой силой! Наша гордость!

Когда мои способности только проявились, директриса относилась ко мне, как к чему-то особенному и ценному. Но когда сила проявилась уже у Дианы, всё резко оборвалось.

– О, наша Диана! Владеет такой силой, и при этом такая хорошая и послушная девочка!

– Директор, у меня из-за вас болит рука...

– Ты что, глухая? Ты каждый день ввязываешься в драки и обижаешь своих друзей! Этому я тебя учила?

«...Могло ли всё начаться с этой женщины?»

Могла ли она стать причиной моего комплекса неполноценности?

Задумавшись, я отстранённо посмотрела на неё.

– Слышала, ты теперь подопечная герцога, – протянула она и кисло посмотрела на меня.

Похоже, мой внешний вид оказался менее впечатляющим, чем она ожидала.

Про себя я цокнула.

«Неудивительно, что ты до сих пор всего лишь директор приюта».

Моё бежевое платье могло показаться простым, но его цена и качество были отнюдь не обычными.

На самом деле, ни одна из вещей, купленных мне герцогом и Эдвином, не были простыми.

«Ну даже если бы она поняла это и начала лебезить передо мной, пути к хорошим отношениям всё равно не было бы».

С первого же сравнения с Дианой она навсегда умерла в моих глазах.

– Директор, где моя будка?

Единственной моей целью было отметиться и узнать, где я буду работать. Я терпеливо ждала ответа, но она схватила меня за руку.

– Бельзе, как ты себя чувствуешь? Выглядишь хорошо.

Она быстро заметила, насколько здоровее я стала выглядеть. Я улыбнулась.

– Спасибо. У меня всё в порядке.

– Правда? Я слышала, что молодой господин Джошуа примерно твоего возраста. Вы подружились?

– Да.

– Какое облегчение! Бельзе, ты доставляла нам столько хлопот... Я так волновалась, когда услышала, что ты переезжаешь к герцогу.

Директриса продолжила совать нос не в своё дело, сохраняя дружелюбный вид.

– Ух ты. Это так? – отстранённо ответила я.

– Хм! Как будто у неё всё хорошо. Наверняка её скоро вышвырнут из-за истерики. Разве вы не знаете её характер, директор?

– Именно так. Просто посмотрите, как она одета... Она живёт в доме герцога, но какой от этого толк, когда к ней относятся, как к прислуге.

К директрисе подошли две знакомые мне женщины. В их голосах слышалось явное презрение.

Это были служительницы храма, которым надлежало ухаживать за детьми. Хотя мои воспоминания были нечёткими, я точно помнила, что они недолюбливали меня.

На самом деле, было не так много работников храма, которые любили бы меня, но сейчас это не имело значения.

– Если её выгонят, она вернётся в приют?

– А ты как думала? Не похоже, что она пришла с кем-то.

Служительницы, уверенные в том, что герцог взял меня к себе в качестве прислуги, тихонько обсуждали меня с директрисой, ничего не стесняясь.

В прошлом я бы непременно накричала на них за такое. Тогда, независимо от того, ребёнок передо мной или взрослый, я бросалась в драку.

«А ведь тогда я всерьёз расстраивалась из-за таких дур...»

Пройдя через подобное сотни раз, я чувствовала лишь усталость и раздражение. Но это не значило, что я собиралась молча терпеть их издёвки.

– Его Светлость сказал, что неуважение ко мне равносильно неуважению к Каллиосу, – я повторила слова герцога, невинно улыбнувшись.

– Серьёзно?

В тот же момент я заправила прядь волос за ухо. Конечно же, я сделала это специально.

– Э-это...!

Директриса первой заметила блестящий громоздкий браслет на моём запястье.

– Бельзе, что это?

– Хм? Что?

– Этот браслет...

Её глаза слегка округлились.

– Ох...

Болтовня за её спиной тут же стихла.

– О, это? Его Светлость дал мне этот браслетик, чтобы я не заблудилась!

Просияв, я вытянула руку.

– Хотите посмотреть, директор?

– Эмм...

– Вот здесь написано моё имя, а здесь нарисован герб Каллиоса!

Я сняла браслет и показала им гравировки на его внутренней стороне.

У директрисы отвисла челюсть, а глаза женщин задрожали.

– Это... браслет безопасности?

– Да! Разве не круто? Хехе!

Я помахала перед ними браслетом, как ребёнок, показывающий новую игрушку.

Повисла тишина. Теперь на нас оглядывались все дети и взрослые, присутствующие на площади.

Я посмотрела прямо на служительниц, которые оскорбили меня.

– Простите, сёстры! Не могли ли вы немного подождать?

– Ч-что?

– Когда приедет Его Светлость, я лично спрошу его, хочет он меня вышвырнуть или нет!

Женщины ахнули. Директриса быстро вмешалась.

– Бельзе, что ты такое говоришь? Неужто герцог Каллиос посетит нас сегодня лично?

– Да! Он сказал, что приедет ко мне утром. С господином Эдвином!

Я пристально посмотрела на них. Они содрогнулись.

– Зачем спрашивать о таких вещах? Не беспокой герцога по пустякам!

– Именно! Это была просто шутка!

Поняв ситуацию, служительницы тут же занервничали. Но я не собиралась отступать.

«Нужно окончательно поставить их на место».

Мне тоже не хотелось портить праздник герцогу и Эдвину, но выбора не было.

– Почему? – я невинно захлопала глазами. – Мне же просто интересно... Вышвырнут меня из поместья или нет?

– Э-это...

– Вы даже сказали, что с моим любимым платьицем что-то не так! Я каждый день его ношу!

– Мы не это имели в виду...!

– Хватит! – рявкнула директриса. – Немедленно извинитесь перед Бельзе. Джули! Моа!

– Д-директор...

– Как люди, служащие Богине, вы должны знать, что уместно говорить ребёнку, а что нет. Как можно так сплетничать за спиной?

Она не имела права этого говорить, учитывая, что сама позволила им нести такую чушь. Но упоминание о приезде герцога сильно встревожило её.

– Если вы сейчас же не извинитесь перед ней, я понижу вас в должности.

– Ужас! Только не это...

– Ладно, извини, Бельзе! Мы говорили слишком резко.

– Прости! Мы были несерьёзны.

Женщины неохотно извинились.

Конечно же, я не приняла их извинений. Я просто молча смотрела на них.

Директриса поспешно встретилась со мной взглядом.

– Бельзе, им правда очень жаль. Наша прекрасная добрая Бельзе, пожалуйста, прости их.

Меня раздражала рука, схватившая меня за плечо.

Хлоп-

И я холодно оттолкнула её. Директриса выглядела ошеломлённой.

– Кстати, директор.

В моём голосе звучало наигранное любопытство.

– У вас запор?

– Что?

Я смотрела на коричневую энергию, скопившуюся внизу её живота. На её лице отразилось недоумение.