Суббота в конце сентября. День, который я никогда не забуду.

— Я уже давно... люблю тебя!

Подсобка за кулисами спортзала. Две подглядывающие подружки, которые беззвучно радуются за меня. И неподвижно стоящий передо мной раскрасневшийся друг детства, который произнёс эти слова.

— Честно говоря, со средней школы... даже нет, когда мы только подружились...

Это точно тот самый Та-кун, которого я давно знаю. Слегка бестолковый, застенчивый, простодушный и добрый парень. Но всё же он смог собраться духом и сказать мне это. При чём в его поведении чувствуется больше убедительности, чем в словах.

— Можешь не верить... но всё это время я хотел быть с тобой.

В своих мечтах я именно так и представляла ситуацию, когда он признаётся мне в любви.

— Правда так давно?

— Правда так давно.

И вот я наконец-то смогла хоть что-то сказать. Но это «пока что» был не ответ на признание.

— Но тогда... Тогда почему ты всегда вёл себя как ни в чём не бывало?

— Ну так... я сдерживался изо всех сил.

— А зачем ты сдерживался?

— Не напирай так...

Встав на носочки, я приблизилась к его лицу, и, надув губы, стала сыпать упрёками. Ведь он так поздно решился. Я бы сказала − слишком поздно. Да и не трусливо ли признаваться, дождавшись идеально подготовленной ситуации?

— А если бы тебе не понравились мои знаки внимания, что бы было с нашей дружбой?

— Ну...

— Вдруг бы ты перестала приходить к нам... А я не хотел, чтобы мы отдалялись.

— П-постой-ка...

То есть когда я всеми силами старалась вести себя «по-обычному»... он старался делать то же самое?

— По-твоему, я совсем не проявляла к тебе внимания?

— Не то, чтобы совсем... Просто я не знал, как к этому относиться.

— Ну и ну! У тебя что, совсем нет самоуверенности?

— Так ведь это ж ты! Думаешь, я тебе подхожу?

— Думаю!

— Это тебе так кажется. Я-то лучше всех знаю, какая ты классная!

Его слова словно бумеранги, которые раз за разом возвращаются ко мне и бьют по голове. Это ж надо быть таким трусом! Аж больно от осознания того, что я будто бы наблюдаю посмешище, коим была последние полгода.

— Но всё же... разве в последнее время я не стала явно источать ауру любви к тебе?

— Да у тебя всегда были проблемы с чувством дистанции! Столько раз из-за этого недопонимания возникали!

— Да как ты!..

Да как он может?! Я ведь только что, по сути, призналась ему в ответ. Неужели он даже не заметил?

— Поэтому я и действовал осторожно, без лишней спешки...

Хочешь, чтобы я нормально призналась?

— Терпеливо выжидал стопроцентный шанс.

Хочешь, чтобы я рассказала о своих чувствах?

— И как... выждал?

— Не знаю, но всё же...

— Всё же?

— Я должен был сказать об этом именно сегодня...

«Почему именно сегодня?»

Хотя я только что болтала без умолку, в один миг резко замолчала и с силой сжала губы. Секунда, две, три... После чего с такой же силой растянула их уголки.

— Вот как... ясно...

Так и стоя на носочках, прямо перед его лицом показала большую улыбку, наполненную множеством эмоций.

— Я очень рада... Та-кун.

— М...

Я вовсе не лгу, это абсолютно искренние слова. Я рада, по-настоящему рада. Что перед ним стояла та же дилемма, что он испытывал те же чувства и так же их скрывал. И что сегодня наконец-то всё уладилось.

— Знаешь... я тоже очень тебя люблю!

— Хикари...

Всё ли?..

— Наверное... то есть, наверняка не так давно, как ты...

Да, всё. Всё полностью уладилось.

— Но сейчас мои чувства такие же... нет, даже сильнее твоих.

— Не может такого быть... У моих десятилетняя выдержка, вообще-то.

Изначально именно я должна была признаваться в любви. А теперь желанное будущее прямо передо мной. Разве могу я отказаться от свалившегося на голову счастья?

— Тогда получается, что я люблю тебя в десять раз сильнее!

— Думаю, это уже перебор...

Точно... Наверняка «тогда» просто случилось небольшое недоразумение. Совсем крохотное. И если я промолчу, то всё закончится хеппи-эндом...

— Пфф...

— Ха-ха-ха...

Так что просто посмеюсь и приму его чувства.

— Да какая разница.

— И то верно.

— ...

Он же, в свою очередь, принял мои «истинные» чувства. После, положив руки мне на спину, обнял меня. Я тоже завела руки ему за спину, но так и оставила их на весу.

— Хикари...

— Угу...

Он стал смотреть мне прямо в глаза. Так пристально, что я их даже закрыла, пока меня не затянул его взгляд. Всё хорошо. Ничего не слышу, ничего не вижу, ничего не говорю. Ведь это ради того, чтобы быть рядом с любимым. Просто нужно пойти на небольшую уступку...

— М!..

Уступку? Почему?.. Почему я должна Та-куну, моему самому любимому человеку, спускать всё с рук?

— М-м!

— У-а...

В подсобке всё загрохотало, из-за того что он упал прямо на разбросанный вокруг хлам... Правда, он не сам упал. Я его толкнула.

— Хикари...

Сидя на полу, он глядел на меня. И по его взгляду и выражению лица было понятно... что он догадывается о причинах моего поступка.

— Я люблю тебя, Та-кун! Я очень люблю тебя!

Суббота в конце сентября. День, который я никогда не забуду и который никогда не захочу вспоминать.

— Но всё же!.. Всё же... я ненавижу лгунов!

...

Сирасака Хикари, шестнадцать лет. Слишком поздно... я всё же отвергла друга детства.

...

...

...

Вот как... То-то она странно себя вела. Значит, видела меня «тогда»...

И всё же я не врал. Я и правда очень давно и очень сильно её люблю. Но, как ни крути, сегодня повёл себя отвратительно...

Такамура Ю, шестнадцать лет. Сегодня мне в четвёртый раз разбили сердце. И третий раз одна и та же девушка.