— Пока.

— Увидимся, Ями-сэмпай.

— Пока...

Ю исчез из виду. И из моей жизни...

— Пока, Ю.

Я же не сказала лишнего? Ничего не пообещала? Вот и славно. Задача выполнена. Значит, у меня больше нет причин сдерживаться...

...

— Мацусита-сан?

— М... ю...

— Эй, Мацусита-сан, не проснёшься на минутку?

— Хм?..

Начало сентября. Согревая класс остатками летнего тепла, слепящее солнце светит прямо на меня, лежащую на последней парте у окна.

— Привет. Как спалось?

— А?..

Из-за жарких солнечных лучей и надоедливого шума у уха я проснулась и незаметно вытерла глаза. Своим заспанным взглядом я увидела личико незнакомой мне девушки, заслонявшее весь обзор. Хотя я сама виновата, что не знаю её, ведь весь прошлый триместр прогуляла. Ну да ладно...

— Будем знакомы, я Сирасака Хикари.

— ...

Она сидела на корточках с другой стороны моей парты, держась за неё руками и положив подбородок, и с неестественным дружелюбием смотрела мне в глаза.

— Мацусита-сан, у нас сейчас был классный час...

— ...

Её улыбка напоминала цветущий подсолнух... или типа того. Ну даёт, ещё уметь надо так доброжелательно улыбаться какой-то незнакомке.

— Но раз ты спала, то, наверное, ничего не слышала. Так вот...

— Фью...

— Эй, не засыпай опять!

Имеет же наглость своим лицемерием мешать мне спать. А ведь мне наконец-то приснился «самый неприятный сон»...

— Эй, ну пожалуйста, выслушай, Мацусита-сан...

Она стала трясти меня за плечо, сначала слабо, а потом всё сильнее. Больше притворяться спящей я не могла, поэтому, поправив прилипшие к вспотевшей щеке волосы, подняла на неё недовольный взгляд.

— Достала. Ты кто вообще такая?

— Говорю же, Сирасака Хикари, приятно познакомиться.

— Я не про имя.

— А, я староста нашего класса. Обращайся, если что, Мацусита-сан...

— Неверно...

— Э? Но это правда! Не то чтобы я хвасталась...

— Я о себе. Не Мацусита, а Судо. Родители развелись, так что фамилия поменялась.

— Э?! А... ну... как бы... даже не знаю, что сказать...

От услышанного у старосты Сиросаки вместо улыбки появилось озадаченное выражение лица. Похоже, она и правда довольно дружелюбная, да и сострадание ей не чуждо. Даже к какой-то незнакомой нахалке (я прекрасно понимаю свой характер), которая ей грубит, продолжает проявлять доброту. Я б на её месте уже разозлилась. Хотя, даже будучи на своём месте, я всё равно злюсь.

— Прости, Судо-сан... Я не хотела, буду знать.

— Ладно, а теперь...

— Но по школьным вопросам ты меня выслушаешь?

— Тц...

Эта дружелюбная и сострадательная госпожа староста, похоже, не особо умеет чувствовать атмосферу и полностью игнорирует мой явно недовольный вид.

— Ты долго отсутствовала и, возможно, не знаешь, но у нас скоро фестиваль.

Я и сама уже заметила. С начала второго триместра в конце класса лежат разноцветные вывески и украшения, да и настроение у всех вокруг явно приподнятое. Наверняка они приходили сюда на каникулах, чтобы всё это подготовить. Вот же беззаботные.

— По-хорошему, все в классе участвуют в подготовке. И на классном часе мы решали, кто чем займётся.

И эта беззаботная староста решила великодушно предложить мне присоединиться к моим беззаботным одноклассникам. Да уж, хлопаю стоя.

— Есть разные обязанности: подготовка всякая или облуживание клиентов, например. Тебе что больше интересно?

— Да можешь не переживать.

Тошнит от всего этого.

— Я всё равно больше не приду.

— Э?..

Не нужна мне эта морока, можешь не предлагать. Я так надеялась, что это место станет моим укрытием, что я смогу просто пересидеть здесь два следующих года. Но, видать, не судьба.

— Бывай.

— Эй, постой!

Я встала, взяла сумку и пошла к выходу из класса, а госпожа староста отчаянно попытаться меня остановить. Чувствовалось, что её беспокойство обо мне всё ещё не угасло, но при этом она, наверное, импульсивно с силой схватила меня за руку.

— Даже если не хочешь приходить на сам фестиваль, можешь просто помочь...

— А? Не догоняешь, что ли? Совсем тупая?

А я же, не сдерживаясь, изо всех сил отдёрнула свою руку, чтобы вырваться.

— Я в школу больше не собираюсь приходить, дура!

— ?..

После этих слов... госпожа староста наконец-то изменилась в лице и умолкла, застыв с испуганным видом. А я в это время распахнула дверь и спешно вышла из класса. И пока я уходила, все вокруг затихли и лишь безмолвно провожали меня ошарашенными взглядами.

...

Сентябрь... Начался второй триместр, и я впервые за год пришла в школу.

К концу июля я опять осталась одна... то есть нет, вдвоём с мамой. Но наша совместная жизнь, когда мы постоянно пересекались дома, быстро начала рушиться. Видеться и слышать голоса друг друга становилось всё тяжелее. Она до сих пор считает, что из-за меня ей пришлось расстаться с любимым, а я... в принципе, то же самое чувствую к ней. Поэтому наше общение с ходу не заладилось, и в доме воцарилась гнетущая атмосфера. Хоть я и собиралась всегда быть рядом и поддерживать её, всего за месяц опустила руки. Аж воротит от своей слабости, но ничего не поделаешь. К тому же, раз такая жизнь − наказание, то она ведь и не должна быть лёгкой...

В итоге, кое-как всё-таки поговорив с мамой, я решила держаться от неё на расстоянии, отсиживаясь в школе, а к выпускному авось всё немного наладится. Ни с кем не общаясь, ни с кем не связываясь, просто проводить время в тишине и спокойствии. По крайней мере, так я планировала... Но, похоже, от назойливых зануд нигде не скрыться.

...

Судо Аями. Сегодня я вернулась в школу и сегодня же опять решила её бросить.