Ханаби, кажется, оставила попытки сбежать, когда я догнал её у забора, окружающего пустырь. Она загнана в угол, и я держу ее обеими руками. Надежды на побег испарились.

- С-семпай…

У нее такие красные щеки от того, что она бежала? Впрочем, не важно. Сперва…

- Хватить нести чушь.

- Я не вру, я думала, что то, что я делаю, очевидно.

Ханаби уже с детства была патологической лгуньей. Она всегда обманывала взрослых, чтобы добиться своего. Даже сейчас она играет роль прилежной ученицы. Но я всегда был рядом с ней, поэтому меня так легко не проведешь.

Со вздохом Ханаби натягивает широкую милую улыбку с клыком. Ханаби только мне так улыбается.

- В конце концов, ты мой друг детства. Ты знаешь всё обо мне.

Повсюду витают намеки на твою истинную природу, и это не так уж и трудно разгадать.

- Во-первых, ты пыталась меня обмануть.

- Ну, я не думала, что меня раскроют. И раз уж я раскрыта, больше нет причин скрываться.

- Какого черта ты пытаешься добиться? Ты заставила Дайдодзи-сан солгать о том, кто над ней издевался?

- Заставила? Вовсе нет, я лишь дала ей несколько советов по поводу её проблем. Она всегда думала, что одноклассники смотрят на неё свысока. Это было словно она долго смотрела на солнце, и это начало раздражать. Всё, что я сделала – это дала финальный толчок, хи-хи.

Я вспоминаю слова Эрики Дайдодзи, сказанные в тот день в караоке-баре.

- Похоже, это имело большой успех. Дайдодзи-сан действительно радуется тому, что занятия на открытом воздухе отменены.

- Ты вообще её знаешь?

- Нет-нет, я просто искала идеальную возможность разрушить твой класс. Я соблазнила её своими ласковыми речами.

Откровенно Ханаби манипулировала Эрикой, когда последняя была наиболее уязвима. Я действительно устал от её улыбки и слов. Ханаби – психопатка до мозга костей.

- Как я справилась, семпай? Я оправдала твои ожидания?

Это и было то, чего я ожидал от нее. Я нахмурил брови, поняв, что устал от её чуши.

- Помнишь, что я сказала тебе, семпай? «Никогда не забывай». Потому что я не забуду. Ты окружил себя этими скучными парнями из твоего класса, а затем сблизился с той девушкой в очках, которая сидит рядом с тобой, и постоянно её балуешь. Я не помню, чтобы ты когда-нибудь делал это со мной!

Она действительно слетела с катушек. Значит, той фигурой в караоке всё-таки была она. Ханаби – настоящий сталкер.

Её бросили на дно, и теперь это безумие от того, что она хочет отомстить мне. Но от осознания того, что Ханаби в этом замешана, план не изменился. Нет смысла заставлять Ханаби признаться, но, если попробовать убедить Эрику, у нас, возможно, есть шанс. Всё-таки, она заварила эту кашу.

Я убираю руки с забора, и Ханаби дуется на меня.

- А? Ты уже закончил, семпай? По крайней мере, мы можем пойти домой вместе. Мы можем еще больше разговаривать. Я буду более послушной.

- Ты думаешь, я хочу говорить с тобой? Я преследовал тебя только для того, чтобы получить ответы, а не для светской беседы. Мне нужно уладить всё с моим классом.

- Ты не хочешь возвращаться ко мне?

Взгляд Ханаби дрогнул. Что это за игра, черт возьми? Только одну вещь я знаю точно. Ханаби спровоцировала это и причинила боль Юкиширо-сан. Как я могу её простить?!

Но моя злость только сделает её счастливей, она все это проглотит. Поэтому я могу сказать только одно.

- Ты больше не нужна мне в моей жизни.

Я холодно смотрю на нее и вижу, как она вздрагивает и отступает назад.

- С-семпай…

- Заведи новых друзей. Эй, может быть, они будут похожи на меня?

- Ты действительно хочешь вот так перечеркнуть нашу совместную историю?

Я вижу, как на её глаза наворачиваются слезы. Но её слезы отличаются от слёз Юкиширо-сан. Я не испытываю никаких чувств, глядя на ревущую Ханаби. Потому что, в любом случае, это крокодиловы слезы.