Глава 115

— Сегодня…

Одна из горничных пристально посмотрела на меня и тут же нахмурилась.

— Демон?

— Ой, нет-нет! Молодой господин не стал бы выставлять свою жену злым демоном. Это же милый зайчик!

Опять? Я вытащила из волос два торчащих пера и крикнула в сторону коридора:

— Рэйвен!

Ну никак не могу привыкнуть к его ежедневным шалостям. С тех пор, как Рэйвен узнал, что я собираю колючие перья эн-попугая, он стал помогать мне в сборе.

«Конечно, я благодарна, но зачем давать их таким образом?»

Стоит мне на секунду потерять бдительность, как он тут же втыкает их мне в прическу. Сегодня утром воткнул одно перышко точно на макушку. Сейчас это уже не ушки кролика, а настоящие рога демона. Позавчера вообще воткнул сразу десять штук, превратив меня в ежа. Сейчас даже не сезон линьки, столько перьев одновременно выпасть не могло. Значит, специально собирает их заранее, чтобы потом воткнуть мне в голову.

«Сколько лет этому инспектору?»

Я пожаловалась бабушке на поведение её 3**-месячного внука во время игры в карты.

— Дорис, кажется, ваш внук начал взрослеть в обратную сторону. Может, пора заранее присмотреть детский сад?

— Да что ты. Он ведёт себя так только с тобой.

— Верно. С другими он так не шутит, — добавил Эрнест, как раз принёсший документы, которые я просила.

Дорис тут же подхватила:

— Мужчины всегда дразнят женщину, которая им нравится.

Да ну… Рэйвену нравлюсь я? Абсурд.

— Тогда почему вы тонете в моих глазах?

Хотя я тогда сказала это ему, но лишь потому, что было весело наблюдать за его растерянной реакцией. Не думаю, что Рэйвен действительно испытывает ко мне какие-то романтические чувства.

— Может, он просто воспринимает меня как домашнего питомца вроде кошки или Коко и поэтому так дразнит?

— Домашнего питомца? Что за глупости?

— Конечно, нет.

Ах да, со мной он не разговаривает таким ласковым голосом, как с животными.

— Господин Хант оживляется только в присутствии мисс Стил, — заметил Эрнест.

Выходит, из-за меня он не может сохранять спокойствие?

— Верно. Раньше он всегда был абсолютно бесстрастным, — начали вставлять свои комментарии и горничные.

— Точно-точно! С тех пор, как появилась юная госпожа, молодой господин прямо расцвёл!

— Может, не расцвёл, а озверел?

— Озверел?

— Каждый раз, когда я неудачно шучу, он смотрит на меня так, будто хочет приговорить наш брак к смертной казни.

— Ха! Говоришь, хочет закончить ваш брак? — фыркнула Дорис, вытягивая очередную карту. — Ну-ну, посмотрим.

— Да ни за что! Молодому господину явно нравится юная госпожа!

— И нам тоже нравится юная госпожа!

— И мне нравятся все в семье Хант.

— Значит, и наш молодой господин вам нравится?

Что? Как они вообще к этому пришли? И тут все начали активно рекламировать мне Рэйвена Ханта как лучшего жениха в мире. Красивый. Немного суров, но очень добрый внутри. Ответственный, порядочный, трудолюбивый. У него нет опыта в отношениях, поэтому он не умеет выражать чувства, но это даже плюс. Но почему они всё это рассказывают именно мне?

— Стоп.

Отложим пока вопрос о том, что я не нравлюсь Рэйвену. Разберёмся с другим:

— Вы все забыли, что я бывшая воровка?

Все дружно покачали головами, мол, нет, не забыли. Тогда почему?

— Даже если семья Хант и верит, что преступники заслуживают второй шанс, разве не будет позором для семьи, борющейся с преступностью, если её хозяйкой станет печально известная преступница?

— Если ты уже завязала с прошлым, то можешь стать кем угодно, — сказала Дорис. — И главе семьи, борющейся с преступностью, следует опасаться не столько аморального прошлого, сколько морального перфекционизма и чувства превосходства.

Спорить с мудрой Дорис я не могла, поэтому перешла на другую тему:

— А как же будущее Рэйвена?

— Что не так с его будущим?

— Он только-только снова начал продвигаться по службе. Если женится на преступнице, его карьера перекроется. Навсегда.

— Рэйвен стал полицейским не ради карьерного роста, Джемма.

Дорис непобедима. Никакие аргументы на неё не действовали.

— И потом, для меня гораздо важнее видеть, как Рэйвен счастливо живёт с хорошей женой, чем наблюдать, как он достигает вершин полицейской власти.

— Но почему этой женой должна быть именно я?

— Вспомни всё, что произошло до сих пор. Никто не подходит Рэйвену лучше тебя.

Наверное, если бы Рэйвен сейчас услышал эти слова, у него было бы такое же выражение лица, как у меня.

— Нам тоже важно только, чтобы молодой господин был счастлив.

— Но ведь со мной он несчастлив.

Дорис громко фыркнула:

— Обычно сами участники событий узнают всё последними.

Она выложила на стол несколько карт и загадочно улыбнулась.

— Чувствую. Вы двое — судьба друг для друга.

— Дорис, боже мой! Что на вас нашло? Никогда бы не подумала, что вы верите в судьбу.

Переживаю за неё. Скоро и нефритовые коврики начнёт покупать!

— Вот и спроси себя, почему даже я, человек, который никогда не верил в судьбу, вдруг поверила. В вас двоих определённо что-то есть. Даже имена ваши — Рэйвен и Джемма¹. А вороны любят всё блестящее.

¹ Ворон и драгоценность.

— А вот драгоценности ворон не любят.

Я ответила, не подумав. Дорис, которая до этого болтала и перебирала карты, внезапно отложила их в сторону, сцепила пальцы и внимательно посмотрела на меня.

— Что… что-то не так?

От внезапной серьёзности атмосферы я почувствовала себя необычно подавленной.

— Джемма, если тебе неприятен Рэйвен, я больше не стану поднимать эту тему. Наши отношения от этого не изменятся. Но ответь мне честно.

О нет, только не этот вопрос. Моё нехорошее предчувствие оправдалось.

— Ты совсем не воспринимаешь Рэйвена как мужчину?

Я не смогла ответить. На самом деле, проблема была как раз в том, что я уже воспринимала Рэйвена как мужчину. Сначала думала, что это лишь алкогольное заблуждение. Что выпила я только для того, чтобы забыть неловкость случайного рабочего столкновения губами, но вместо этого алкоголь сыграл злую шутку, и я начала видеть в Рэйвене мужчину.

— Рэйвен…

— Что ты хочешь сказать?

— Эм… он…

Я чуть было всерьёз не призналась.

«Ты что, с ума сошла, прошлая я?»

Нет, это не моя вина. Он первым ворвался в моё сердце и всё перевернул.

— Теперь я знаю, что вы совсем не такая, какой кажетесь на первый взгляд. Я хотел узнать вас лучше. И рад, что узнал.

Когда такой красивый мужчина смотрит на тебя так проникновенно и нежно, говорит низким голосом такие слова — это же явно признание в любви! Но смысл его слов при этом не соответствует ситуации. Однако поцелуй-то был вполне реальным!

«Так что же из этого правда, ты, преступно привлекательный человек!»

В итоге последствия того дня оказались гораздо дольше похмелья.

«Даже протрезвев, я вижу в нём мужчину».

Особенно тяжело приходилось, когда делила с ним одну кровать. Вспоминая то время, когда я относилась к нему как к НПС и спокойно валялась перед ним в пижаме, я хотела провалиться под землю от стыда. А когда в темноте начинала отчётливо слышать его дыхание и ощущать тепло под одним одеялом, сон в ту ночь был уже невозможен.

— Можно ли твоё молчание истолковать так, как нам хочется?

Я снова не смогла ответить. В итоге служащие сами истолковали всё по-своему и радостно зааплодировали. Некоторые даже прослезились от счастья.

— Я ведь ничего не сказала!

Я попыталась успокоить их, но, кажется, никто меня уже не слушал. Но хотя бы это они должны услышать обязательно:

— Только не говорите ничего Рэйвену!

Дорис успокаивающе похлопала меня по руке.

— Хорошо. Мы будем просто тихо наблюдать. Но, пожалуйста, дай этому парню шанс.

— Какой ещё шанс? Рэйвен не испытывает ко мне никаких чувств! Он прекрасно спит по ночам, в отличие от меня!

* * *

— …слепой².

² Рэйвена зовёт подчинённый. На самом деле, он услышал краем уха часть слова «장님» («льник») от слова «대장님» («начальник»). Ирония в том, что эта часть слова переводится как «слепой».

«Слепой? Я должен предупредить, что такие выражения неприемлемы, но почему-то не могу произнести ни слова».

«Что со мной?»

— Начальник?

Когда голос инспектора Вессона прозвучал снова, Рэйвен резко пришёл в себя, словно его окатили ледяной водой. Он внезапно открыл глаза. Все присутствующие за столом подчинённые с удивлением смотрели на него. Только теперь Рэйвен понял, что произошло.

«Я… уснул?»