Глава 71

В статье неприкрыто указывали на ошибку, допущенную Фрэнком вчера вечером на приёме.

«Его поведение напомнило мне о поведении знакомого, страдающего деменцией», — осторожно предположил гость, попросивший об анонимности.

…Интервью распространило слухи о деменции.

Фрэнк Чейз, член городского совета, — ведущий кандидат на пост следующего мэра от национал-либеральной партии. Однако вчерашний инцидент вызвал споры, пригоден ли он на пост мэра города Эдем.

— Не прошло и дня, какие ещё споры! — возмутился Фрэнк и разорвал газету в клочья.

Если и есть споры, то только из-за этой статьи. Деменция. Кто доверит управление городом человеку, которого часто зовёт нужда? Если так будет продолжаться, его положение как кандидата внутри партии также может оказаться под угрозой.

Из-за беспокойства¹ у Фрэнка опустел разум. Пока он пытался разобраться с беспросветной пустотой в мыслях, Клайв спросил:

¹ «하늘이 노랗다» — образное выражение, дословно означает «небо пожелтело». Употребляется для описания очень сильного шока или переживания из-за плохой новости.

— Но что вчера произошло?

— ...

Фрэнк тоже не знал ответа. Он вообще ничего не помнил. Когда мужчина проснулся утром, жена смотрела на него как на отвратительное насекомое, а сыновья, складывалось впечатление, что-то скрывали. Только когда он надавил на Эйса, то узнал…

— Отец, ты вчера обмочился посреди зала.

Тогда Фрэнк подумал, что мальчишка разыгрывает его, однако услышанное оказалось правдой.

— Бросай пить. Ты же ведь раньше не вёл себя как пьяница? А, хотя в прошлый раз ты распластался на Хант-стрит².

² У нас уже есть Хант Тауэр, поэтому Хант-стрит было бы написать лучше вместо «улица Хант».

— ...

— Отец, стареешь. Ты уже не тот, что прежде.

— Ты уже обращаешься со мной как со слабоумным!

В разгар вспышки злости в голове у Фрэнка промелькнула мысль: «Слабоумие».

— Лекарство, то самое, которое, если смешать с алкоголем, вызовет симптомы деменции. — Фрэнк тут же повернулся к Мэри и допросил её: — Ты же по ошибке не подмешала его в мой стакан?

— О чём ты говоришь? Я использовала только две таблетки из трёх, которые у меня были, и обе оказались в бокале Дорис.

— Тогда куда всё делось?

— Один выбросила Джемма, потому что нашла в ней чёртову ресницу, а к последнему Дорис даже не прикоснулась, потому что захотела выпить что-то ещё.

— ...

— Постой...

— Подозрительно.

— Эти лисы заметили? Нет, как они могли заметить?

План с лекарством никак не мог просочиться. Только Фрэнк и Мэри знали о нём.

— Невозможно.

— Что стало с теми двумя напитками?

Вслед за нелепым подозрением о том, что план раскрыли, внезапно появилось ещё одно подозрение. Содержимое одного из двух бокалов могли перелить в его бокал. Однако в последний выпитый бокал, после которого Фрэнк допустил ошибку, ничего подлить не могли.

— Ты видела, как Джемма убирает первый бокал?

— Она отдала его официанту. Нет. Я не видела, как она отдала его официанту, но уверена, когда Джемма обернулась, в её руках ничего не было.

Платье на ней было облегающим и без карманов. Ей негде было прятать бокал.

— Не может быть. Наверное, совпадение.

— Всё равно это настораживает. Нужно удостовериться.

Фрэнк отдал приказ Клайву:

— Встреться с ней.

* * *

Вшух-вшух.

Четыре кота сидели, сложив лапки, и смотрели на клубок перьев, танцующий в воздухе.

Верть. Верть.

Головы детишек двигались то в одну, то в другую сторону вслед за перьями по жесту моей руки.

— Ах, мила-а…

Как только я открыла рот, зевок грозился вырваться наружу. Я быстро сомкнула губы и проглотила зевок, помня о том, что в комнате находятся Конни и Дорис, однако кот номер три воспользовался образовавшейся брешью и набросился.

Дёрг!

— Так нельзя.

Шух!

Вшух-вшух.

Вшух, вшух, вш…

Хвать!

Лизь-лизь-лизь.

— Джемма!

Из-за зова Дорис я в испуге открыла глаза. Когда я заснула? Я вскочила и попыталась вытащить комок перьев изо рта кота номер один. Я боролась с ребёнком, который не хотел отдавать мне игрушку, и, в конце концов, потеряла перо.

— Э-эй, мне снова придётся менять.

Когда я вытаскивала сломанное перо из самодельной игрушки-удочки, Конни, которая сидела вдалеке у окна и вязала, от души рассмеялась. Мне показалось, что я слышу в этом смехе слова: «Вчера у вас снова была жаркая ночь». В последнее время я клюю носом, как цыплёнок, принявший лекарство, из-за чего среди прислуги возникло странное недопонимание. Я подслушала, как они взволнованно говорили о том, что, возможно, в скором времени появятся новости о малыше.

«Нет, не будет никаких новостей о малыше. Мы просто спим рука об руку. Я даже не хочу этого».

Я плохо сплю по ночам, потому что, во-первых, в моей кровати лежит незнакомый мужчина, а во-вторых, я сплю в наручниках. После брачной ночи Рэйвен каждый день приносил наручники.

— Руку.

— Рэйвен, ещё раз повторяю, я не собираюсь убегать, пока ты спишь. Я уже объясняла тебе, почему не стану этого делать, разве нет?

Есть только один способ избежать этих страданий — украсть Сердце Алой Королевы.

— К тому же, чем мне отпереть наручники? Ты забрал мою универсальную отмычку.

— Поэтому ты сделала ещё один.

— Как, если у меня нет материалов? Ах, это так несправедливо.

— Я устал, давай сегодня ляжем спать пораньше. Руку.

— Всё равно я слишком боюсь вас, инспектор, чтобы даже думать о побеге.

— Ты боишься меня?

Конечно, боюсь. Я ясно видела собственными глазами, как он в одиночку расправился с четырьмя грабителями, сделав четыре выстрела, и все четыре выстрела были в голову.

По милости предков³ персонажа Джемму Стил не сделали грабителем.

³ «조상신» — бог предков старше 4-ого поколения, который, как считают, берёт на себя покровительство над потомками. Ему не поклоняются во время обычных ритуалов, но почитают во время сезонного жертвоприношения (предкам, в каждое из четырёх времён года) и в некоторых народных ритуалах (если совсем кратко).

Если бы я была грабителем, инспектор Хант в первый же день работы покончил бы со мной выстрелом в голову.

— Не хочу быть застреленной насмерть.

— Я не собираюсь стрелять в не грабителя. Так что это даже к лучшему.

Рэйвен снова поднял наручники и жестом показал протянуть руку.

В конце концов, я взмолилась:

— Инспектор, я больше так не буду, пожалуйста, поверьте мне.

— Я тоже хочу вам верить. Поэтому, пожалуйста, ведите себя соответствующе.

С того дня я жила тише воды, ниже травы, как сержант в последние годы жизни, которому оставалось лишь наблюдать за падающими листьями. Поначалу Рэйвен смотрел на меня так: «Она снова что-то натворит», — однако, когда один день превратился в два, а два — в неделю, он стал смотреть на меня по-другому.

«Если продержусь ещё несколько дней, то освобожусь».

Однако я и подумать не могла, что прошлая я подставит меня.

— Эньг! Всё! Что блестит! Э-эньг! Моё!

Коко невероятно умная. Как она могла запомнить фразу, которую я говорила лишь раз? А этот мужчина ужасно догадлив. Как он узнал, что я что-то украла из этого пентхауса, по тому, что сказал эн-попугай?

— Что ты украла из моего дома?

Незнающий человек, взглянув на выражение его лица, мог бы подумать, что я ветреная и у меня роман на стороне. В тот момент Рэйвен выглядел так, будто человек, которому он доверял, нанёс ему удар в спину. Я ясно понимала, что меня начали подозревать в краже драгоценностей, что было нечестно и несправедливо, однако если бы я не прояснила это недоразумение, то снова попала бы на путь плохой концовки.

— Я украла только блокнот Фрэнка! Дорис даже похвалила меня за хорошо выполненную работу!

Чтобы выжить, мне ничего другого не оставалось, кроме как выдать секрет, который Дорис попросила сохранить.

— Почему ты скрыла от меня такую важную вещь?

— Если бы ты узнал, то начал бы переживать.

— Я не ребёнок.

— Тогда ни о чём не переживай.

Я смогла избежать плохой концовки, но не мужского удвоенного чувства предательства. В любом случае, в тот день я поняла, что должна наблюдать не только за падающими листьями, но и за эн-попугаем, а обещание «освободить меня за хорошее поведение» отныне не имело силы.

Однако я не собиралась спать в наручниках. Мне было слишком некомфортно, я не могла уснуть, поэтому я сменила курс убеждения.

— Тебе не кажется, что люди будут странно смотреть на тебя, если на моих запястьях будут следы от наручников?

— Разумно.

Я подумала, что это сработало.

Рэйвен обернул наручники шарфом и галстуком и заковал меня.