Глава 82

Чего он вдруг так заговорил? Думаю, за этим кроется что-то большее, и, да, мотив был.

— Итак, что же вы крали в последнее время.

Как будто допрос: что же я украла, если еще не сошла с ума?

— Информацию. От Клайва Чейза.

— Вы и это считаете кражей?

— Говорю вам, дьявол считает это кражей.

— Но почему дьявол заставляет бороться со злодеем?

— Мне откуда знать? Кстати, именно дьявол велел отдать лекарство агенту Чейзу. Пока я не понимаю, с какой целью он это сделал. — Я задумалась о прошедших заданиях и добавила: — В конце концов, похоже, у дьявола есть свои намерения. Хотя они не всегда идут мне на пользу.

— Надеюсь, что это не помощь злодеям.

— Вряд ли.

Поскольку это игра, в которой я должна победить. В моих интересах или нет, система и этот мир существуют в конечном итоге ради меня.

— Чтобы дьявол позволил другому злодею победить меня, своего избранного злодея? Нелогично.

На некоторое время Рэйвен молча уставился на меня. Снова заговорив, он задал странный вопрос:

— Джемма, вы считаете себя злодейкой?

Это был вопрос, о котором я никогда не задумывалась, и он немного смутил меня.

— Мне дали такую роль. Я не думаю, что как личность я зла.

— Вороватая ворона — злодейка, но Джемма Стил — хороший человек.

— Если проводить различия, то да.

— Если Джемма совершала преступления против своей воли, можно ли сказать, что она действительно хороший человек?

— Так-то да?

— Значит, вы вообще не чувствовали никакой вины, когда совершали преступление?

— Эм…

Почему он сегодня задает мне такие странные вопросы? Судя по серьезному взгляду, разговор не походил на легкомысленный, чтобы убить время. Я начала сомневаться.

— Это случайно не вопрос, который может быть использован против меня в суде?

Рэйвен усмехнулся и покачал головой.

— Вас спрашивает не инспектор Хант, а Джеймс Хант 3.

Просто личное любопытство. Только тогда я честно ответила:

— Я чувствую вину. Я ведь тоже человек с сердцем.

— И как же вы справляетесь с этим чувством вины?

— Стараюсь максимально его уменьшить? Например, краду те драгоценности, которые меньше всего терзают мою совесть… Иногда меня мучает совесть, и я отказываюсь воровать, за что меня наказывает дьявол.

Рэйвен, держа в руках пустую бутылку, молча смотрел на меня, как будто размышлял о чем-то, прежде чем продолжить разговор.

— Вы сказали, что совершили преступление ради выживания.

— Да, в некотором смысле это преступление ради выживания?

— Даже если преступление совершено ради выживания, все же есть пострадавшие.

— Верно.

— Это не мучает вас?

— На самом деле… — Когда я попыталась ответить честно, я горько улыбнулась. — Мучает. Вот почему я не продала ни одной украденной драгоценности. Как только освобожусь от дьявола, я намерена вернуть их всех владельцам. — Чтобы не показаться бесстыжим человеком, который считает, что возврат всего решит проблему, я поспешно добавила: — Конечно, это не отменит моих преступлений.

— Джемма, если сделаете это, вы сможете оставить свое преступное прошлое позади и будете жить как добропорядочный гражданин. Однако, как вы сами сказали, совершенные преступления не исчезнут…

Куда же ведет этот разговор…

— Если сделаете это… — Рэйвен на мгновение замялся, прежде чем спросить. — Не будет ли вам казаться, что вы лицемерите? — Как только вопрос прозвучал, мужчина, который обычно оставался невозмутимым к комплиментам по поводу его внешности, смутился и принялся объясниться: — А, я не обвиняю вас в лицемерии…

— Мне так не кажется. — Возможно, это всего лишь мое заблуждение, но Рэйвен смотрит на меня с выражением потерянного ребенка. — Честно говоря, вы меня поразили, я даже подумала, что вы можете читать мои мысли. Бывают моменты, когда я чувствую себя лицемером.

— В какие моменты вы так себя чувствуете?

Рэйвен оперся на подбородок рукой и внимательно посмотрел на меня. Даже наклонился ближе. Не знаю, откуда такой интерес, но я не могла не рассказать о своих чувствах.

— Когда я, будучи преступницей, выполняю роль хозяйки семьи, которая борется с преступностью.

Прошло уже три месяца с тех пор, как мы поженились. Мне часто приходилось сопровождать Дорис на мероприятия как члену семьи Хант.

— Когда посещаю благотворительные мероприятия, помогающие жертвам преступлений, чувствую себя так, будто сижу на иголках.

Рэйвен, кивнув в знак понимания, слегка улыбнулся при упоминании иголок.

— И когда сотрудники смотрят на меня благосклонно. Иногда мне приходит в голову мысль, что, узнав о моем зловещем прошлом, не начнут ли они меня презирать?

Каждый из них гордится тем, что является членом семьи Хант. Соответственно, их моральные стандарты также высоки.

— Поэтому, несмотря на то что все они действительно хорошие люди, мне трудно открыться и сблизиться с ними. В конце концов, как только дело будет закрыто, я больше не увижу этих людей. Забавная ситуация, не правда ли?

— А… На самом деле, нет нужды так думать…

В тот момент, когда молча слушавший Рэйвен решился сказать что-то ободряющее, краем глаза я заметила как замерцал ярко-зеленый цвет.

— А? Движется!

Рэйвен подошел ко мне и заглянул в окно между шторами. Как раз в этот момент молодой человек вышел из ресторана и направился к припаркованному в соседнем переулке мотоциклу.

— Это он?

— Да, похоже, волосы находятся в рюкзаке.

— Пойдемте. — Рэйвен встал и отдал указания своим подчиненным, которые следили за рестораном с другого окна: — Начинаем операцию по слежке. Расположенный здесь персонал, продолжайте наблюдение за базой и ждите моего сигнала.

— Мы наготове.

— Удачи, начальник.

Два гражданских оперативника отдали честь, и мы поспешили вниз по лестнице. Как только мы вышли через заднюю дверь здания, Рэйвен сел на черный мотоцикл, припаркованный в переулке, и кивнул в сторону.

— Садитесь.

Я забралась на заднее сиденье мотоцикла. Он потянул мою руку, неуклюже лежащую на его плече, вниз и предупредил:

— Будет трястись. Держитесь крепче.

В тот момент, когда мои руки обхватили его за талию, мотоцикл издал ревущий звук и рванул по асфальту.

***

Как только мужчина вошел в бухгалтерию, начальница отдела Пенни Пинчер, споря с одной из сотрудниц, узнала его и поправила очки.

— Доктор Грант?

Грант извинился, протянув начальнице отделе Пинчер документы с недостающими квитанциями:

— Прошу прощения за опоздание. Я только что вернулся из отпуска.

— В будущем, пожалуйста, подавайте документы заранее перед отпуском. — Она схватила бумаги с таким же безразличием, с которым говорила, и начала просматривать их. — И вы тоже работаете допоздна.

— У меня накопилось много дел, пока я отсутствовал. Но и вы, похоже, задержались на работе.

— У нас же конец отчетного периода.

— Вам нелегко, судя по всему. Кстати, специальный следственный отдел тоже работает сверхурочно?

Сотрудница, с которой Пинчер только что спорила, оказалась новым кадром из специального следственного отдела.

— Из-за дьявольского эликсира работы стало больше.

— А, понимаю.

Грант также узнал, что началось расследование. Большого прогресса не наблюдается. И вот, когда он собирался попрощаться и покинуть бухгалтерию…

— Зачем арендуете мотоцикл для расследования наркотиков?

— Сказали, что он необходим для слежки.

Его внимание привлек разговор между Пенни Пинчер и сотрудницей.

— Но у патрульных полно мотоциклов, почему не воспользуются ими?

— Не хотят, чтобы раскрыли полицейских.

— Но разве не слишком арендовать что-то настолько дорогое?

— Неизвестно, куда придется ехать, поэтому наш начальник сам выбрал модель с хорошими характеристиками. Мы арендуем его только на 2-3 дня для отслеживания наркосбытчика.

— Сам начальник Хант? Хм-м… В таком случае дело становится серьезнее.

Если сам начальник Хант занимается слежкой, значит, у них уже есть достаточно информации, чтобы отследить наркосбытчика. Грант в смятении бросился к телефонной будке на другой стороне площади от полицейского участка и набрал номер.

— Чрезвычайная ситуация. Похоже, инспектор Хант ведет слежку за курьером.