Глава 135

— Примесь, находящаяся в «Сердце Алой Королевы», можно увидеть только под микроскопом.

— А-а, значит, невооруженным глазом ее не различить.

— Вы знаете, почему этот рубин назвали «сердцем»?

— Эм… Из-за цвета и формы, похожих на кровь, разве нет?

Я уж было подумала, к чему вдруг он заговорил о другом, но оказалось, что это связано.

— Верно, но это не единственная причина. Внутренние трещины в рубине распространяются словно кровеносные сосуды.

— А, вот оно как.

Я вложила в реакцию минимум души, но мой проклятый десятый уровень актерского мастерства, похоже, сам вложил в нее всю душу, и профессор воодушевленно продолжил:

— И дело не только в форме трещин. Их цвет намного темнее и насыщеннее окружающих участков, так что кажется, будто там действительно застыла кровь. А если двигать источник света, то можно даже увидеть, как будто кровь течет внутри камня.

Хм, говорит так, будто сам видел?

— Профессор, вы, похоже, собственными глазами видели «Сердце Алой Королевы». Завидую вам.

Стоило Рэйвену произнести это, будто читая мои мысли, лицо профессора Грейвса моментально побледнело. Профессор тут же посмотрел в сторону Феллера, и, убедившись, что тот ничего не услышал, снова обрел прежний цвет лица.

— Хо-хо… Вам так показалось? Просто я увлекся описанием того, что прочел в книгах.

Профессор, вы, конечно, ученый хороший, но врать совершенно не умеете. Профессор Грейвс был соучастником.

* * *

— Профессор Грейвс ведь тоже соучастник, верно?

— Подозрения очень сильные.

Вернувшись домой и готовясь ко сну, они обсуждали события дня.

— Профессора тоже нужно перевести в разряд подозреваемых и начать расследование.

— Профессор явно менее осторожен, чем Рич Феллер, это нам на руку. Я сама могу попробовать сблизиться с ним и разузнать побольше.

— Как сегодня показатели выполнения задачи?

Джемма, забравшись под одеяло, покачала головой:

— Без изменений.

— А эти данные вообще точны?

— Я тоже стала сомневаться.

До этого особых продвижений не было, но процент выполнения все же немного колебался вверх-вниз. А сегодня, несмотря на явный прогресс, показатель вообще не изменился. Разве не странно?

— Сегодня вы потрудились на славу, — сказал Рэйвен, выключая лампу на прикроватной тумбочке.

— Потрудилась? Это вы потрудились, заботясь обо мне, хотя я уже вполне здорова.

— Здорова? Даже недели не прошло. На выходных даже не думайте вставать с кровати.

Джемма зашевелилась и начала шарить рукой возле Рэйвена.

— Что вы делаете?

— Дайте руку.

Когда он подал ей руку, Джемма притянула ее и приложила к своему лбу.

— Видите, я абсолютно здорова.

Рэйвен хотел было сказать, что отсутствие температуры еще не означает полного выздоровления, но Джемма не дала ему вставить ни слова:

— Поэтому с завтрашнего дня я снова начинаю работать. И не вздумайте меня останавливать.

— Завтра выходной, какую еще работу?

— У самозанятых нет выходных.

— Джемма…

Рэйвен сел и снова включил лампу. Он посмотрел прямо на Джемму, которая удивленно расширила глаза.

— Вы так поступаете, потому что не знаете, когда мы разведемся?

— Что?

— Я спрашиваю, не потому ли вы так напрягаетесь сейчас, чтобы успеть встать на ноги до развода?

Ведь тогда ей придется уйти из этого дома, а найти жилье в большом городе, где можно жить с пятью кошками, будет непросто и дорого. Возможно, поэтому она не позволяет себе отдыхать даже во время болезни.

— Даже если мы вернем рубин, это не значит, что наш брак тут же закончится. Юридические процедуры займут время, да и я сам буду занят завершением расследования, так что сразу же разводиться не получится.

— Рэйвен…

— Мы разведемся, когда оба будем к этому готовы. Поэтому вам не нужно так торопиться.

— Я не поэтому хочу работать.

— Тогда почему же…

Джемма помедлила, прежде чем ответить:

— Я хочу жить в постоянной занятости. Потому что есть человек, которого я хочу забыть.

— Забыть человека?

Джемма глубоко вздохнула и наконец призналась:

— На самом деле… я пережила несчастную любовь.

«…Что?»

Рэйвен был настолько потрясен, что невольно выпалил вслух:

— И вы, Джемма?

— Неужели и вы, Рэйвен?

— Я просто наконец решил признать, что меня когда-то отвергли.

— А… Вы про ту первую любовь? Действительно решили с ней покончить?

Но в голове Рэйвена было слишком шумно, и он не расслышал вопрос Джеммы.

«У Джеммы был любимый мужчина? Когда и где она успела с кем-то познакомиться?»

Ведь рядом с ней постоянно находилась сержант Райтс, как он мог ничего не заметить? Единственные молодые мужчины, с которыми Джемма регулярно общалась, были сам Рэйвен и Эрни. Но он явно отпадает, а Эрни встречается с сержантом Райтс. Неужели Эрни встречался с двумя сразу? Рэйвен прекрасно знал, что тот не способен на такое, но ситуация была настолько абсурдна, что даже у него появились нелепые мысли.

— Может, это кто-то из моих знакомых?

— Нет.

«Что это за ублюдок такой?»

Внезапно в нем вспыхнул прежний характер, и его охватила ярость. Значит, из-за того мужчины Джемма страдала до такой степени, что даже заболела. И теперь, похоже, пытается заглушить душевную боль, изматывая себя физически. Рэйвену хотелось врезать тому парню, причинившему Джемме боль, но, к несчастью Рэйвена и к счастью того незнакомца, он не знал, кто это.

«Может, это тот человек, которого она хотела попросить обнять ее тогда?»

Вспомнив слова Джеммы, которые она произносила в слезах той ночью, он почувствовал еще большую жалость к ней.

— Кто бы это ни был, он явно жалкий мужчина, раз не сумел разглядеть драгоценность. Не расстраивайтесь так. В следующий раз обязательно появится мужчина, который увидит в вас сокровище и будет беречь.

— Спасибо за утешение, но следующего раза не будет. Я больше не собираюсь заводить отношений.

— Не стоит так категорично утверждать. Пройдет немного времени, и вы измените свое мнение.

— Нет, точно не изменю.

— Джемма, в мире много хороших мужчин.

— Я не потому решила больше не встречаться.

— Тогда в чем причина?

— Причин много, но…

Джемма немного помолчала, прежде чем ответить:

— Мне не нравится та, какой я становлюсь, когда влюбляюсь.

— Джемма, да вы просто грешите на себя.

За тихой усмешкой последовал вздох.

— Просто… когда я влюбляюсь, то словно возвращаюсь в ту маленькую девочку, которой была раньше. И это мне не нравится.

— Я читал в одной книге, что когда человек влюбляется, в нем просыпается внутренний ребенок, который до этого спал. Поэтому перед любимым человеком мы становимся невероятно инфантильными и наивными.

— …

— Так что вполне естественно, что вы чувствуете себя ребенком.

— Удивительно, как другие люди справляются с таким жалким собой и все равно продолжают любить.

— Говорят, отношения — это процесс, в котором мы любовью взращиваем своего внутреннего ребенка. Это своего рода боль роста, которую необходимо пережить. Когда вы встретите человека, который полюбит этого ребенка в вас, даже собственная неуклюжесть покажется вам милой.

Джемма немного помолчала, затем тихо и грустно пробормотала:

— Именно таким человеком он и был. Но теперь его нет рядом…

— …

— Глупая, трусливая, ни в чем не способная… Он видел меня такой, какая я есть, и все равно говорил, что любит. Наверное, я больше не встречу такого человека. Нужно было схватиться за него крепче и не отпускать…

— Он не единственный на свете, кто способен искренне вас полюбить. — Рэйвену показалось, что его голос прозвучал раздраженно. Он прочистил горло и продолжил: — И вообще, почему вы считаете себя ни на что не способной?

— Сейчас я, конечно, выросла, но раньше была воплощением беспомощности.

— В детстве все такие.

— Вы просто не видели, какой я была тогда. Только и делала, что плакала и жаловалась, как мне страшно…

— Уже видел.

— …Когда это?

— В заброшенном доме.

— Тогда это было мило, разве нет?

— Да, было.

— …

— И это все, что вы можете сказать?

— Эм… Я ничего не умею делать…

— Этого я пока не видел. Покажите как-нибудь.

— Как именно?

— Например, целую неделю ничего не делайте, просто лежите в постели, ешьте и спите.

— Ну уж нет! Сначала были выходные, а теперь вы незаметно уже неделю предлагаете?

Джемма, как и Рэйвен, приподнялась и, глядя ему в глаза, спросила:

— Рэйвен, серьезно представьте себе. Я не приношу никакой пользы для расследования и просто зря ем ваш хлеб. Что вы тогда почувствуете?

— …

— Захотите меня выгнать?

С точки зрения логики и официальных целей, так и должно было быть. Их совместное проживание обусловлено расследованием, и если Джемма не приносит пользы, то и жить вместе больше нет причин. Однако ответ, который возник в голове Рэйвена, — совершенно противоположный.