— Из тебя капает жидкость.

— Ху, хватит, прекрати.

— Мне сделать так, чтобы тебе стало легче?

Глаза Рокси расширились. Эдвард ввел два своих пальца в ее киску. Затем, не медля ни секунды, стал стимулировать ее внутренние стенки. Гениталии женщины, и так уже влажные, легко приняли его пальцы.

— Ах, брат! Остановись, остановись...!

Каждый раз, когда он шевелил пальцами и толкался в ее внутренние стенки, Рокси приходилось прикусывать губу, чтобы сдержать рвущийся наружу стон. Каждый раз, когда его длинные пальцы снова и снова проникали в нее, перед ней словно вспыхивали яркие вспышки.

Эдвард, истязавший киску Рокси, растягивая ее внутренности, приподнял девушку. Стройные ноги Рокси беспомощно болтнулись в воздухе. Усадив ее обратно на банкетку, он опустился на одно колено перед своей хорошенькой сестрой. Следующий шаг Эдварда был за гранью воображения.

— О, брат. Не делай этого. Это так неловко!

— Ш-ш-ш. Просто будь спокойна.

Эдвард положил одну из ее ступней себе на плечо. Меж двух раздвинутых ног открылась непристойно мокрая картина. Ее попка была полностью открыта воздуху.

Эдвард молча любовался дырочкой киски своей сестры, словно оценивая произведение искусства. И только Рокси не в силах была вынести этого молчания. Ей было стыдно, но ее влагалище переполнила любовная жидкость — ее стало еще больше, чем раньше. Страсть, утихшая на некоторое время, вновь разгорелась, когда брат прикоснулся к ней. Тело Рокси хотело уже большего наслаждения, чем было получено ранее.

На этот раз губы Эдварда устремились к ее самому сокровенному месту. Его рот прильнул к той точке, на которую она чувствительно отреагировала, когда он касался ее пальцами. Когда набухший бугорок полностью скрылся в его рту, из уст Рокси вырвался громкий стон.

— Ах, ха-ха! Брат, ха-а!

Влажный язык медленно лизнул скользкую киску. Ее вульва приоткрылась от возбуждения. Краем зубов он надавил на клитор и втянул его так сильно, как будто всасывал грудное молоко.

— Юнг, ха, ха, брат...!

— Ш-ш-ш. Тихо. Неужели собираешься перебудить всех слуг в особняке?

— Уф...

Длинный язык, который уже долгое время терзал клитор, на сей раз вторгся в отверстие влагалища. Место около клитора заняла переносица Эдварда, касавшаяся чувствительного места при малейшем движении и дарившая дополнительную стимуляцию.

— Ха, ха!

В уголках ее глаз выступили слезы, поскольку она не могла побороть свое возбуждение. Изо рта Рокси рвался голос, такой же жалостный, как и ее выражение лица.

— Ох, брат. Я... чувствую себя странно... прекрати... ах...

Как раз в этот момент Рокси охватило неописуемо странное чувство, она выгнула спину и прислонилась к клавишам пианино. Беспорядочные ноты создали неприятный шум. Однако для ушей Эдварда это прозвучало прекраснее, чем игра любого именитого музыканта.

~Слюрп-слюрп~

Язык Эдварда непрерывно терзал киску Рокси. Едва пролитая любовная жидкость попадала в рот Эдварда, как снизу быстро вытекало еще больше влаги. Он продолжал целовать ее киску, как будто это были ее губы, и глотал ее сладкий нектар. Он был невероятно сладок.

— Анх, брат! Пожалуйста, пожалуйста, сделай что-нибудь... еще...!

В конце концов, Рокси, разгоряченная до предела, подняла голову и стала умолять его. И в тот же момент клавиша, прикоснувшаяся к ее спине, издала громкий звук «тум-бум». Головой она понимала, что это очень неправильная ситуация, но удовольствие и возбуждение, которое дарил ей Эдвард, было настолько ярким, что Рокси не могла остановиться.

— Скажи это четко своим собственным ртом.

— Ах, брат... Ха-а!

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Рокси не могла нормально ответить, и у нее на глаза навернулись слезы. Даже если у нее не было опыта общения с мужчинами, она знала, каким будет следующий шаг. В самый разгар ее замешательства Рокси послышался щелчок. Эдвард, расстегнув брюки, вытащил свой твердый член, который уже давно был эрегирован. Половой орган мужчины, испещренный выпуклыми венками, болезненно ныл.

— Мне проникнуть в тебя этим?

— Уф...

— Хорошая девочка, Рокси. Ты должна говорить должным образом, чтобы твой брат мог сделать то, что ты хочешь от него.

— ...Пожалуйста, проникни в меня. Брат... Хеук!

Как будто его окончательно удовлетворил ее ответ, Эдвард поцеловал влагалище Рокси и поднял голову. Его губы, пропитанные любовным соком и слюной, блеснули в полутьме.

— Я проникну в тебя вот здесь, Рокси.

Тело Рокси безвольно обмякло, когда ее положили на банкетку у рояля. В тот момент, когда ее ступни беспомощно скользнули на пол, Эдвард поднял стройные ноги Рокси и прижал их к своему твердому торсу.

— Ха-а...!

Обжигающе горячий член проник внутрь Рокси.