Глоть.

Он с трудом глотнул. Армунд уставился на Розетту с очень нервным выражением лица.

«Зачем я пообещал делать каждый день, что она захочет?» ― пожалел он и прикусил губу изнутри.

Конечно, если бы она попросила о чем-то неразумном, он мог бы воспользоваться своим правом вето, но ему было бы сложно это сделать, глядя ей в лицо.

Горничная пристально смотрела на него, её глаза были слегка прищурены в улыбке. Армунд мог сказать, просто глядя на это, что у неё на уме. Она хочет как-нибудь сблизиться с ним. Не важно, физически или духовно.

«Как она может быть настолько открытой?»

Глупо было, что он не заметил её чувств, ведь она с такой нежностью на него смотрела. Армунд снова прикусил губу, чтобы скрыть свое смущение. Принц хотел твёрдо сказать ей, чтобы она сдалась, потому что он не мог принять её чувства, но не мог. Нельзя быть настолько бессердечным по отношению к тому, кто любит его и, к тому же, умирает.

«Хотя она так открыто демонстрирует свои чувства, но она не призналась мне должны образом».

Так объяснил Армунд самому себе, почему он ей не отказал. Хотя если бы на её месте был бы кто-нибудь другой, принц бы провёл между ними черту вне зависимости от того, признались бы ему или нет.

― Чего ты хочешь? ― спросил Армунд, стараясь сохранить бесстрастное лицо.

«Кронпринц целой страны не может нервничать из-за горничной. Просто я чувствую себя обременённым из-за влюблённости, которой не хотел», ―продолжал рассуждать Армунд.

― Чего я хочу? ― Розетта сделала паузу и мягко улыбнулась.

Армунд снова сглотнул. Он был слишком напряжён для человека, который не нервничает. Она посмотрела на Армунда и продолжила:

― Называйте меня по имени.

От совершенно неожиданной просьбы его тело резко расслабилось.

«Но почему она вдруг попросила называть её по имени?»

Армунд изогнул одну бровь и переспросил:

― Что?

― Вы никогда не называли меня по имени, за исключением тех случаев, когда читали письмо о назначении. Нельзя? ― спросила Розетта и посмотрела на него, играя с пальцами.

«Я никогда не называл её по имени?»

Армунд моргнул со спокойным лицом. Он осознал это, только когда услышал об этом. Сначала принц не знал имя новой горничной. Да даже если бы и знал, зачем ему запоминать имя служанки, которая всё равно скоро поменяется?

Однако Розетта была уникальным случаем во многих отношениях. Поскольку он даже написал письмо об её назначении, Армунд запомнил её имя, даже если не хотел этого. Однако это не означало, что он называл её по имени. Потому что Армунд редко заговаривал с ней первым.

В этом не было ничего особенного. Армунд пренебрежительно фыркнул. Эта просьба была несложной, потому что он не придавал никакого значения именам и прозвищам.

Когда он собирался заговорить, Розетта, истолковавшая его молчание как недовольство, поспешно произнесла:

― Эм, здесь нет никакого тайного умысла… Я просто хочу услышать, как Его Высочество назовёт моё имя. Потому что ощущение, когда слышишь своё имя от кого-то особенного отличается от обычного.

Розетта взмахнула своими пушистыми ресницами, и её голубые глаза заблестели. Она намеревалась получить желаемое, льстя и надавив на него своим несчастным видом. Кроме того, Розетта была не из тех, кто придаёт большое значением, зовут её по имени или нет. Просто она подумала, что для того, чтобы сблизиться, нужно, чтобы он хотя бы звал её по имени.

Однако для Армунда, который уже неправильно её понимал, её льстивые слова были истолкованы как признак нежной влюблённости.

«Особенный человек».

Армунд крепко вцепился в книгу, которую держал в руках. Часть книги была полностью смята из-за неспособности контролировать силу.

«Даже для меня это слишком очевидно».

Он повернул свое бледное лицо в другую сторону. Армунд как раз собирался небрежно позвать её по имени, но после услышанного ему было сложно открыть рот. Принц бы предпочёл, чтобы она попросила обнять её или подержать за руку, как он и ожидал, это бы его смутило меньше.

― А? Прошу вас, Ваше Высочество.

Розетта убеждала его с лицом, на котором не было и тени смущения. Потому что для неё «особенный человек» означал «мой господин».

― …Хорошо, ― ответил Армунд, крепко стиснув зубы. В этот момент лицо Розетты просветлело. Но он быстро остудил её пыл. ― Я позову тебя, когда мне что-нибудь понадобится.

Розетта остолбенела и открыла рот. Он и раньше никогда не называл её по имени, поэтому вряд ли с сегодняшнего дня начнёт внезапно звать её. Армунд сменил тему, притворившись, что ничего не заметил, хотя и прочёл недовольство, отразившееся на её лице.

― Кстати, что сказал священник сегодня?

«Так ты собираешься сменить тему?»

Розетта недовольно надула губы. Однако она не могла спросить кронпринца, почему он это сделал. Не услышав своего имени из его уст, Розетта шутливо бросила:

― Я умру сегодня.

Это была наполовину шутка, а наполовину жест, выражающий её недовольство им.

«Было бы нелепо, если бы я умерла, сразу же, как переехала в другую комнату. И тебя тоже должно подобное шокировать!» ― подумала Розетта и посмотрела на Армунда.

Но в тот момент, когда она увидела его лицо, то поняла, что совершила ошибку.

― …Что? ― переспросил он.

Потому что лицо Армунда, на которое она смотрела, было невыразимо пустым. Румянец на щеках и губах исчез за мгновение, обнажив бледную кожу. Золотые глаза задрожали, словно он был сильно потрясён.

― Ты…сегодня…

― Я пошутила! ― поспешно оборвала его Розетта.

Ей показалось, что, если она оставит всё, как есть, у неё будут большие проблемы. Армунд несколько секунд растерянно смотрел на неё, а затем его лицо исказилось. Его глаза стали страшнее, чем когда-либо.

― …Ты думаешь, что такими вещами можно шутить?

Скреж.

Ей показалось, что она слышала скрежет зубов. Розетта занервничала, ощущая себя кроликом перед удавом. Она подумала, что Армунд сейчас настолько холоден и груб, что было бы не удивительно, если бы она и правда сейчас умерла. Будь Розетта обычным человеком этого было бы более чем достаточно, чтобы умереть.

«Я пошутила о смерти перед Его Высочеством, который постоянно находится под угрозой убийства. Я такая глупая», ― быстро раскаялась Розетта. В тот же момент она опустилась на колени. Недавно это отлично сработало.

― Простите, что удивила вас, Ваше Высочество! Я сказала это, не подумав!

― Почему ты снова на коленях?! ― испугался Армунд.

«Как аристократка может так легко преклонять колени?! А, точно, она же говорила, что над ней издевались».

Горничная с такой лёгкостью становилась на колени, как если бы это было ей знакомо, и молила о прощении. Розетта никогда не произносила слова «жестокое обращение», но Армунд был почти в этом уверен.

Принц закрыл глаза. Его гнев на барона Мэйфилда, которого он никогда в глаза не видел, усилился. Армунду было очень неприятно, что Розетта с такой лёгкостью говорила о своей смерти, но когда он увидел подобную сцену, его гнев быстро утих. Потому что принц боялся, что если продолжит на неё злится, то заставит вспомнить её что-то плохое.

― … Всё в порядке, так что вставай.

Армунд редко проявлял милосердие к другим. Розетта была удивлена его великодушием и широко раскрыла глаза. Он был не таким. В этой жизни Армунд действительно был похож на другого человека во многих отношениях.

― Спасибо, что простили меня, Ваше Высочество, ― она глупо улыбнулась и встала. Затем Розетта намеренно стала говорить громче. ― Сегодня священник сказал, что я могу прожить дольше, чем он думал! Как вы знаете, я довольно сильная. Думаю, что мое тело может хорошо сопротивляться яду.

Розетта небрежно солгала, хотя её совсем недавно отругали. Она врала о том, что ходила к священнику, а также, что умирала, но лицо её было очень спокойным. Розетта не хотела скрывать правду. Она подумала, что когда-нибудь признается ему, что не умирает. Но не сейчас. Розетта хотела ещё немного завоевать сердце Армунда, а потом всё рассказать, когда будет в безопасности.

Она беспокоилась о том, что будет, если он заметит ложь, но такого не произойдёт, только если принц лично не посетит священника. Поскольку кронпринц Армунд не пойдёт сам узнавать, посещала ли их Розетта, её не поймают.

― …Понятно, ― ответил сухо Армунд. Он так спокойно отреагировал, словно ему было всё равно, жива она или нет.

«Если это так, то почему ты спросил об этом?»

Розетта тайком прищурилась и посмотрела на него.

― Если ты со всем закончила, то можешь идти, ― скомандовал он и снова уткнулся в книгу.

― Да, Ваше Высочество.

Розетта мягко склонила голову. С сегодняшнего дня она может жить в соседней комнате, поэтому ей не нужно настаивать на том, чтобы остаться в его спальне. Армунд притворился, что читает книгу, и посмотрел ей в спину, когда она обернулась. В этот момент Розетта оглянулась, словно почувствовала этот взгляд.

― Кстати, если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, зовите меня в любое время! Теперь я могу приходить и ночью.

Шух!

Армунд быстро перевел взгляд на книгу. Почему-то его уши, торчащие из-за книги, были красными. Розетта, которая обнаружила, что он прикрывает лицо книгой, вышла из комнаты, недоумевая, что не так с этим солнечником.

«― Сегодня священник сказал, что я могу прожить дольше, чем он думал!»

Ясный голос Розетты продолжал звучать в его ушах. Он неосознанно улыбнулся. Армунд снова перечитал книгу с довольной улыбкой, как кот, объевшийся сметаны. Бумага немного помялась, но теперь он мог разглядеть буквы.

*****

Той ночью Розетта не расслаблялась, опасаясь, что приступ безумия Армунда повторится. Он сказал, что симптомы могут проявится внезапно, поэтому она решила не пренебрегать своей бдительностью даже во время сна. Из-за этого Розетте приходилось спать очень чутко, но так было удобнее, чем выходить несколько раз из своей комнаты посреди ночи, чтобы проверить Армунда, а затем возвращаться к себе.

К счастью, в ту ночь ничего не случилось. Когда забрезжил рассвет и только что взошедшее утреннее солнце ярко осветило мир, Розетта встала с кровати, готовая приступить к своей работе. Было ужасно просыпаться ранним утром после нескольких часов сна, но Розетте это было очень знакомо. Такое уже с ней случалось, когда она была эскорт-рыцарем. Но это не значило, что Розетта совсем не устала, поэтому она вышла из комнаты, зевая.

«Нужно потихоньку заканчивать с моими утренними сменами».

Розета, наконец-то, собиралась оставить всё, кроме прислуживания Армунду. Поскольку будущее изменилось, ей нужно было защищать его надёжнее.

― Розетта, доброе утро.

― О, сэр Ричард, доброе утро.

Ричард, заметивший проходившую мимо Розетту, поздоровался с улыбкой. Друг, который всегда здоровается с ней. Розетта счастливо улыбнулась, словно смотрела на своего хорошо воспитанного внука.

Лицо Ричарда мгновенно покраснело. Он отвёл взгляд, не зная, куда смотреть, а затем снова посмотрел на Розетту, словно принял решение.

― Гм, Розетта? ― произнёс он серьёзно, сжимая кулаки. ― У тебя есть какие-нибудь планы на следующий выходной?

Розетта моргнула.

«Выходной? А у меня есть что-то подобное?»

Это было очень незнакомое слово для неё, которая защищала Армунда даже ценой своего сна. Розетта не хотела так работать каждый день, но другого выхода не было, потому что, если она ослабит бдительность всего на один день, всё может пойти насмарку.

― Если у тебя их нет…

Глоть.

Ричард с трудом сглотнул. Он думал о том, чтобы пригласить её на свидание сегодня, потому что в прошлый раз не смог из-за вмешательства Армунда. Ричард готовился к этому морально со вчерашнего дня. К сожалению, в этот раз он тоже не смог попросить о свидании из-за чьего-то вмешательства.

― Розетта.

Розетта медленно повернула голову, услышав зовущий её мужской голос.