«Что это значит? ― Розетта застыла в неловкой позе, а её взгляд забегал по сторонам. ― Его Высочество что-то не то съел? Или он ещё не отошёл от отравления и поэтому несёт чушь?»

Как можно сказать «не занимайся домашними делами»? И не кому-нибудь, а горничной! Невозможно сказать такое, если только не съесть что-нибудь не то.

Однако взгляд Армунда, устремленный на неё, был ясным, без малейшей дрожи. С решительным выражением лица Розетта осторожно проговорила:

― Вы имеете в виду тяжёлую работу?..

― Всё: начиная от уборки и заканчивая стиркой.

― Эм, простите меня, но...разве это не моя работа?

Когда Розетта посмотрела на него и задала вопрос, Армунд снова прищурился. А затем сбивчиво произнёс:

― Я сказал тебе не делать этого, потому что если ты переутомишься, то можешь упасть в обморок.

«Ты даже не понимаешь, когда о тебе заботятся», ― пробурчал он себе под нос.

«О», ― ненадолго восхитилась Розетта.

Вчера он приказал священнику полечить её, чтобы она прожила дольше, а сегодня, заботясь о её состоянии, говорит, чтобы Розетта не убиралась. Такое было бы немыслимо для прежнего Армунда.

Ещё неделю назад он относился к Розетте только как к «проходной горничной 1». Некоторое время принц не заговаривал со ней первым и не смотрел ей в глаза. Но теперь он был очень внимателен к Розетте.

«Я так рада, что выпила яд».

Розетта крепко сжала руки, а её лицо выглядело взволнованным.

То, что она выпила яд вместо принца и спасла его из озера, похоже, сработало довольно хорошо. Или, возможно, эффективным оказался совет Мелани и Элии о том, что прикосновения ― лучшее средство для сближения.

Какова бы ни была точная причина, Розетте это удалось. Наконец-то, Армунд немного приоткрыл ей свое сердце. Он ещё не называл Розетту по имени, но уже этого было достаточно.

Когда её ошарашенный взгляд коснулся его, Армунд напрягся всем телом и отвернулся в другую сторону.

«Он смущён», ― подумала Розетта, а вслух бодро произнесла:

― Спасибо за вашу заботу, Ваше Высочество.

― Я уже сказал, что никогда не беспокоился о тебе. Сколько раз мне нужно это повторить, чтобы ты поняла? ― сказал Армунд, нахмурив брови.

Однако Розетта, которая уже привыкла к этим угрозам, только улыбнулась и ответила.

― Да, конечно. Всё как сказал Его Высочество.

Несмотря на сказанное, казалось, что её улыбающиеся глаза в форме полумесяца насмехаются над ним. Как только Армунд, смущённый этим, попытался снова пригвоздить её, чтобы она не заблуждалась, Розетта быстро прервала его.

― В любом случае, спасибо вам за вашу заботу. Но я хочу продолжать убирать вашу комнату.

― ...Почему?

― Потому что я ваша личная горничная. Мое призвание ― служить Вашему Высочеству всем сердцем до самой смерти, ― сказала Розетта со слабой улыбкой на губах. Это было выражение преданности с небольшой примесью лжи.

«Я должна убирать эту комнату, чтобы иметь возможность приходить сюда!»

После того, как он разрешил ей находиться рядом с ним, Розетта стала приходить в спальню Армунда чаще, чем раньше. Например, принести закуски или чай, занести одежду или прибраться. Однако этого «чаще, чем раньше» было недостаточно, чтобы удовлетворить Розетту. Она надеялась проводить рядом с ним намного больше времени. В противном случае было бессмысленно менять должность рыцаря на горничную.

Таким образом, Розетта не могла отказаться от одного из предлогов, чтобы приходить в эту комнату ради комфорта своего тела.

«Я уже привыкла к этому, так что это не так уж сложно».

Прошло уже больше месяца с тех пор, как она стала горничной. Поначалу Розетта часто совершала ошибки, потому что не привыкла к такому, но теперь она была как ветеран. Даже горничные, которые работали много лет, говорили о её удивительных навыках уборки.

Розетта была слишком сильна, чтобы мыть посуду или стирать, но после того, как она стала личной горничной кронпринца, её отстранили от этих двух работ, поэтому беспокоиться было не о чем.

― Кроме того, если придёт убираться другая горничная, это доставит Вашему Высочеству больше беспокойства, ― Розетта спокойно уговаривала его.

В этом был смысл. До Розетты ни одна горничная так хорошо не понимала его настроения. Возможно, если придёт другая, результат будет таким же, что и раньше.

― Я хочу, что Вашему Высочеству было комфортно, пока я жива. Поэтому, пожалуйста, позвольте мне делать это, Ваше Высочество, ― добавила она мягким голосом.

При виде ласковой улыбки на её лице Армунд нахмурился. Эта беспричинная доброта продолжала его беспокоить. Принц не понимал, почему Розетта проявляет такую преданность, хотя он не сделал для неё ничего особенного, и она не хочет разделить с ним ложе.

Армунд был уверен, что, если он спросит её о причинах, горничная снова наговорит ему чуши, как в прошлый раз. Вот почему принц закончил разговор, не спрашивая ни о чем.

― Делай, что хочешь.

― Благодарю вас, Ваше Высочество!

После того, как Розетта кивнула Армунду, она подошла к окну. Её шаги были лёгкими от мыслей, что она не упустила драгоценную возможность.

*****

Как только она протянула руку и попыталась открыть окно, её остановил внезапный стук в дверь.

Тук-тук.

― Ваше Высочество.

Услышав голос Ричарда, Армунд нахмурился. Судя по тону, которым позвал его рыцарь, к нему кто-то пришёл с визитом. Кто мог навестить его, не спросив разрешения? Следуя совету священника отдохнуть хотя бы день, принц намеренно освободил сегодняшнее расписание.

Он цокнул языком и уставился на дверь. Однако, от следующих слов выражения его лица сразу же изменилось.

― Мадам Леблан просит о встрече.

― Проводи её в гостиную, ― сказал Армунд, вскочив со своего места. Его лицо прояснилось, а не было раздражённым, как до этого.

Он аккуратно поправил одежду и поспешил в гостиную. Розетта тоже отложила чистящие средства и последовала за Армундом.

Мадам Леблан.

Розетта тоже её хорошо знала. Они не были близки, но часто виделись в предыдущие регрессии.

― Ваше Высочество!

Как только дверь гостиной открылась, к Армунду подбежала женщина и обняла его за плечи. Розетта рефлекторно попыталась загородить ей дорогу, но, проверив её лицо, отступила в сторону.

Женщина средних лет, с поднятыми светло-каштановыми волосами, вся в слезах была единственным человеком, которому Армунд верил и на которого полагался. Больше, чем своему эскорт-рыцарю Розетте и своей жене, леди Луниэлле.

И в этом не было ничего удивительного...

― Что привело тебя сюда, Бетти?

Потому что мадам Леблан была няней Армунда, которая вырастила его вместо его умершей матери, бывшей императрицы. Она хорошо воспитала юного принца, не поддавшись давлению нынешней императрицы. Оставив формальные обязанности няни, мадам Леблан заботилась о нем и лелеяла его.

― Со стороны аристократа такого низкого ранга, как я, так говорить непочтительно, но... Ваше Высочество, я считаю вас своим сыном.

Говорила она иногда Армунду в детстве, расчесывая его волосы.

Это была единственная правда, в которую верил кронпринц. А также его сила, благодаря которой он смог выжить в суровом императорском дворце.

― Что привело? То, что случилось вчера! Как я могла после такого оставаться спокойной?

― Чёрт, похоже, уже пошли слухи. Не плачь, Бетти. Я здоров.

Армунд взял у неё из рук носовой платок и вытер ей глаза. В отличие от того, когда он обращался с другими, его голос был мягким.

«Ну, это мадам Леблан», ― понимающе подумала про себя Розетта.

Ей тоже очень нравилась мадам Леблан. Потому что Розетте было приятно видеть, что та всегда беспокоилась об Армунде в каждую её регрессию.

Мадам Леблан благодарила её за то, что та охраняла кронпринца, а иногда даже угощала чем-то. В соответствии с принципами, установленными ею самой, Розетта отказывалась, потому что не прикасалась к еде на рабочем месте, но она была очень благодарна ей.

Доброта и зелёные глаза мадам Леблан напоминали ей её умершую мать.

― Не могу поверить, что в цветке, который я тебе подарила, был яд. Как такое могло произойти... ― пробормотала мадам Леблан, проливая слезы одну за другой.

Розетта, которая смотрела на нее сентиментальным взглядом, была удивлена её словами.

«Так драгоценным человеком была мадам Леблан, а не леди Луниэлла? Неудивительно, что это показалось мне странным!»

Розетта мысленно вздохнула с облегчением. К счастью, будущее, похоже, не слишком изменилось. Конечно, было ошибкой думать о свидании, когда она услышала: «цветок, подаренный драгоценным человеком». Но мадам Леблан редко приносила цветы в предыдущих регрессиях.

― Это не твоя вина, так что не волнуйся об этом. Должно быть, кто-то приложил свою руку при передаче, ― сказал Армунд, провожая мадам Леблан к дивану. Она вытерла слёзы и тихо села. ― Ты случайно не помнишь, кому ты оставила цветок?

Мадам Леблан нахмурилась, медленно вспоминая. Розетта, готовившая чай, сглотнула слюну.

― ...Я оставила его твоей экономке.

― ...Экономке? Ты имеешь в виду графиню Миллиум?

― Да. Она сказала, что передаст его тебе, поэтому я не могла отказаться... Если бы я знала, что произойдёт такое, то как-нибудь бы отказалась. Мне очень жаль, Ваше Высочество. С этого момента я никогда не буду посылать цветы, ― извинилась мадам Леблан, низко склонив голову.

Армунд снова покачал головой, говоря, что это не её вина.

«Графиня Миллиум. Значит, это снова императрица?» ― задумалась Розетта, прищурившись.

Графиня Миллиум была женой умственно отсталого графа и управляла императорским дворцом ещё с тех пор, как императрицей была мама Армунда, а также была сторонником нынешней императрицы. Если она приложила к этому руку, то улики исчезли, как тающий снег. В этом Розетта была уверена.

Армунд выглядел злым, словно ему в голову пришло то же самое.

― Ваше Высочество, вас лечили? Что сказал священник?

― Я получил хорошее лечение. Всё в порядке, не волнуйся.

― И всё равно я не могу не беспокоиться. Я принесла немного чайных листьев, которые помогают детоксикации. Это лекарство. Не забывайте о нем и принимайте его почаще. Хорошо? Это важно, потому что вы пьете мало воды. Человек должен употреблять много воды... ― успокоившись, мадам Леблан начала ворчать.

Армунд крепко зажмурился, когда она начала бесконечно повторять такие слова, как солнечный свет, растяжка и употребление овощей.

― Да, я обо всём позабочусь, не волнуйся.

― Как ты спишь в последнее время? Лучше, чем раньше?

Розетта, которая несла чашку, широко раскрыла глаза, услышав кое-что неожиданное.

«У Армунда была бессонница?»

Она понятия не имела, потому что после ужина никто не входил в его комнату. Подумав, Розетта вспомнила, что иногда на рассвете ощущала что-то странное. Но она чувствовала в комнате присутствие только Армунда, поэтому не обращала на это внимание, потому что хороший эскорт не должен подвергать сомнению личную жизнь господина.

― Всё в порядке.

― Вы плохо выглядите, ― заговорила мадам Леблан взволнованным голосом и вскоре повернулась к Розетте. ― Мисс.

― А?

Удивившись, что её внезапно позвали, Розетта несколько грубо поставила чашку с чаем. К счастью, она не разбилась, но несколько капель чая выплеснулось на стол.

«У меня неприятности», ― забеспокоилась Розетта и огляделась по сторонам.

Однако голос мадам Леблан по-прежнему звучал мягко.

― Мисс, вы же личная горничная Его Высочества, верно?

― А, да. Это так.

― Вы не представляете, как я была рада, что у Его Высочества появилась личная горничная. Пожалуйста, позаботьтесь о Его Высочестве, ― сказала мадам Леблан с мягкой улыбкой.

Как только Розетта, смутившись, кивнула, грубый голос Армунда прервал приказ.

― Это лишнее. Ты думаешь, что я ещё ребёнок?

― Мне всё ещё так кажется, ― подразнила она Армунда с весёлой улыбкой. Кронпринц покраснел от стыда, но не стал указывать на её грубость.

Это было спокойное чаепитие спустя долгое время.

*****

Мадам Леблан поднялась со своего места, допив чашку чая. Потому что нехорошо было оставаться няне в комнате подросшего принца. Розетта проводила её по приказу Армунда.

― Розетта, правильно? ― заговорила мадам Леблан, как только они вышли из главных ворот дворца кронпринца. ― Извините меня... Я хочу попросить вас об одолжении.

― Конечно. Говорите, не стесняйтесь, ― сказала Розетта с улыбкой.

Она тоже очень любила мадам Леблан, поэтому не думала, что та обратится к ней со странной просьбой. Однако осторожные слова няни, которая понизила голос, разрушили её веру.

― Пожалуйста, позаботьтесь о Его Высочестве ночью.