Айрин посмотрела на Руску, который радостно поздоровался с Иви, и сухо заметила:

– Тебе, кажется, вовсе не обязательно ходить на этот курс.

Руска в долгу не остался:

– Это скорее тебе не обязательно учиться вместе с Иви. Куда делись все те девочки, которые обычно за тобой хвостом ходят? Что это ты вдруг сюда подалась?

Айрин и Руска уставились друг на друга, как две взъерошенные кошки, готовые вцепиться когтями.

Профессор Маллес тем временем стоял рядом, прикрыв ладонью лоб, и тихо сокрушался:

– Нет, ну почему у меня вдруг стало столько учеников… Я ведь совсем не этого хотел…

Услышав это, Айрин, всё ещё рыча на Руску взглядом, потянула Иви к себе и сказала:

– В любом случае, Иви, давай переведёмся на другой курс.

Руска округлил глаза:

– Хочешь сменить занятия? Тогда как насчёт курса профессора Лустера?

Арсел тоже вмешался:

– У профессора Лустера аудитория на первом этаже главного корпуса…

– Так, стоп! Вы трое!

Маллес, закипая, резко оборвал их разговор.

– Вы пришли на мой урок и прямо при мне обсуждаете, что пойдёте к другому профессору?! Это вообще нормально?!

Айрин, Руска и Арсел ответили почти одновременно:

– Но отсюда слишком далеко!

– Очень далеко!

– Аудитория действительно расположена неудачно.

Три голоса слились в один, и профессор Маллес повернулся к Иви.

– Малышка! А ты что думаешь?

Иви неловко протянула:

– Эм… немного далеко.

После её ответа трое снова набросились на Маллеса.

– Вы же сами видели, профессор. Что, если Иви будет каждый раз бежать сюда на занятия, снова упадёт и поранится?

– Да, профессор. Я-то могу бегать сколько угодно, но такой маленькой девочке тяжело!

– Я тоже считаю, что эта аудитория не подходит для нормального перехода между занятиями. Поэтому логичнее было бы посоветовать курс в другой аудитории, ближе к главному корпусу…

– Ладно! Понял я, понял! – вскрикнул Маллес, с ужасом хороня в душе своё тихое будущее. – Я как-нибудь добьюсь, чтобы аудиторию перенесли в главный корпус! Поэтому…

Он бессильно выдохнул:

– Только не меняйте курс. И других детей больше не приводите.

Услышав это, все трое – кроме Иви – довольно улыбнулись.

В том, чтобы на эти занятия больше никто не приходил, они тоже были совершенно не против.

***

Профессор Маллес заявил, что пойдёт поговорит с ректором, и закончил урок раньше обычного.

Благодаря этому Иви и остальные тоже смогли выйти из аудитории пораньше и вернуться к главному корпусу.

– Скоро обед. Пойдём в столовую, – сказала Айрин. – У меня следующее окно. Иви, а у тебя?

– У меня тоже окно.

Они уже собирались весело направиться к столовой, но Руска тут же просунул лицо между ними.

– Я с вами. У меня тоже окно. А, Арсел, ты же обратно пойдёшь?

Руска оглянулся на Арсела.

– Я тоже пойду.

– Что? Ты с нами обедать собрался?

– Да. А почему ты так удивилась?

– Нет, просто…

Арсел не любил показывать другим, как ест.

Когда они только познакомились, самой Руcке понадобилось несколько недель, чтобы однажды поесть вместе с ним.

А теперь он сам вызвался идти.

«Вот уж странности».

Что это с ним? Почему вдруг делает то, чего обычно не делает?

Но удивляться Арселу вслух Руска не стала.

Потому что сама тоже вела себя странно.

«Я ведь сегодня проснулась раньше обычного».

Руска обычно ходила и всем твердила, что за возможность поспать ещё пять минут готова на всё.

Но сегодня всё было иначе.

Едва открыв глаза, она вскочила с кровати и сразу побежала в ванную. Вымылась с головы до ног, аккуратно оделась.

Увидь это отец, наверняка решил бы, что случилось что-то невероятное.

Руска любила играть допоздна и потому часто просыпалась поздно. Да и даже зная, что всё равно придётся мыться, до последнего ворочалась под одеялом, словно гусеница, и бурчала, что не хочет.

Но сегодня она встала раньше, чем Арсел успел её разбудить, умылась, оделась и даже сама постучала ему в дверь, торопя его.

«Просто я ждала этого».

Перед глазами всё время стояла маленькая девочка, которую она впервые увидела в день поступления в Академию.

«Странное чувство. Будто встретила давнюю подругу».

Хотя такого быть не могло. Иви, как говорили, была из какого-то далёкого приюта.

Значит, раньше они никак не могли встретиться. Но почему тогда она с первого взгляда понравилась Руcке? Почему её так хотелось оберегать?

И в этот миг Руска внезапно вспомнила имя, которое давно похоронила в глубине памяти.

«Лиллиан?»

Она остановилась как вкопанная.

«Нет. Этого быть не может».

В день, когда Лиллиан умерла, Руска проплакала до самой ночи.

А уже на следующий день снова смеялась. Будто забыла, что на свете вообще была Лиллиан.

Позже, когда Клоис стал императором и устроил ей могилу во дворце, он сказал Руcке и Арселу:

– Лиллиан наверняка очень вас любила. Если захотите, можете приходить к ней.

Но ни Руска, ни Арсел туда не пошли.

«Арсел, наверное, думал так же, как я».

Если они увидят могилу, придётся признать, что Лиллиан действительно умерла.

И ещё придётся признать, что умер её ребёнок – тот самый ребёнок, о котором она просила их позаботиться.

Поэтому с тех пор они больше не говорили о Лиллиан.

Это даже помогало. Больше не было людей, которые напоминали бы о ней.

Потому что Лиллиан была Лиллиан.

«Но тогда почему?..»

Одного похожего цвета глаз недостаточно, чтобы вспомнить Лиллиан.

Зелёные глаза не такая уж редкость.

«Тогда что именно в ней похоже?»

В этот момент Иви обернулась и встретилась с ней взглядом.

Зелёные глаза посмотрели на Руску совершенно открыто, без тени настороженности, и девочка светло улыбнулась.

– Ах…

Руска сама не заметила, как тихо выдохнула.

Вот что было похоже.

Руска на миг остановилась.

Она понимала: это глупые мысли.

Но всё равно в голове упрямо всплывало это «если».

Если бы Лиллиан не умерла…

Если бы принцесса Иввиен, которая говорила, что ждёт дня, когда однажды встретится с ними, тоже осталась жива…

– Госпожа Руска?

Иви, заметив, что Руска замерла, отпустила руку Айрин, подбежала и остановилась перед ней.

Зелёные глаза смотрели с тревогой, и Руска всё ещё не могла подобрать слов.

– Иви, скажи… ты случайно…

Но договорить она не смогла.

Тело принцессы Иввиен лично забрал император и похоронил во дворце.

Значит, все эти внезапные догадки – всего лишь нелепые фантазии.

– Нет. Пойдём быстрее.

Руска почувствовала, как к горлу подступает ком, и нарочно улыбнулась своей обычной шутливой улыбкой. Потом обогнала Иви и пошла вперёд.

В другое время она рассказала бы Арселу даже о пустяке.

Но об этом сказать не могла.

Арсел ведь тоже скучал по Лиллиан не меньше, чем она.

«Да ещё…»

Он мог отмахнуться, назвать это чепухой и начать держаться подальше даже от Иви.

А этого Руска не хотела.

Так Руска и Арсел пошли рядом с Иви – один впереди, другой позади, – даже не подозревая, что оба думают об одном и том же.

***

– Не зря пришли пораньше.

Войдя в столовую, Руска увидела множество свободных мест и довольно присвистнула.

Хорошо, что профессор Маллес отпустил их раньше и они успели прийти до того, как столовая заполнилась.

Оставив сумки, четверо направились к раздаче.

В самом начале было вывешено меню сегодняшнего обеда.

Иви остановилась и уставилась на него.

– Что такое? Не можешь выбрать? – спросила Айрин.

Иви кивнула.

На самом деле раньше ей почти не приходилось выбирать еду.

Завтраки всегда были одинаковыми: салат, фрукты, сок и омлет с грибами и сыром.

На ужин она приходила последней, спрашивала, что осталось, и брала что-нибудь из этого.

А на обед, чтобы не сталкиваться с другими учениками, обычно ела сэндвич.

Так что в обеденное время, когда блюд было много, выбирать ей ещё не доводилось.

«Еды так много!»

Обычно возле меню толпились ученики, и Иви даже не решалась подойти ближе. А тут оказалось, что блюд действительно целая куча.

Она быстро пробежала взглядом по списку. Даже навскидку там было больше семи позиций.

И, что хуже…

«Я не знаю, что это такое».

П. п.: Мы не знаем что это такое, если бы мы знали что это такое, мы не знаем что это такое!