«Раз он ушел, то уже не вернется?»

«Не знаю. Остается только молиться за его успех. Кто бы мог подумать... я так разволновался, когда товарищ Ленаро внезапно вышел на связь».

Амур, глава лейбористов Траматы, с изможденным видом разливал выпивку.

«Хасашины... Из всех возможных союзников — Хасашины. Тот, кто вырос в этих краях, никогда не стал бы их искать».

Даже для обитателей «тени», какими были лейбористы, Хасашины оставались теми, с кем лучше не пересекаться. Люди без колебаний, фанатики, готовые перерезать горло при малейшем несогласии. Ходили слухи, что они могут менять облик, становиться невидимыми и даже летать. Монстры, способные при желании устранить любого вождя племени.

Амур невольно коснулся собственной шеи.

«В любом случае, он ушел, и наше дело сделано. Больше мы не переплетемся...»

«Товарищ Амур!»

Дверь внезапно распахнулась, и в комнату влетел запыхавшийся боец.

«Хасашины!»

«Что? Где? Сколько их?»

«Не один и не два. Их сотни. Минимум несколько сотен».

«Сотни?» — глаза Амура округлились, но новости на этом не закончились.

«Говорят, их прислал Святой. И еще, Амур... Хасашины разговаривают».

Говорящий Хасашин. Обычно это означало одно из двух: либо цель должна быть немедленно устранена, либо самому Хасашину больше не за чем жить. В любом случае, слышать их голос считалось дурным знаком.

«С ума сойти. Где они?»

«У входа в наше убежище».

«У какого именно входа?»

«У всех».

«??» (П.п: нежданчик прилетел)

«Группы по три человека стоят у каждого входа и требуют впустить их. Что нам делать? Наши люди с пистолетами и пистолетами-пулеметами против таких существ не выстоят».

Амур мгновенно оценил ситуацию. Годы подпольной жизни научили его соображать быстро.

«Впускайте. Если это действительно Хасашины, у нас нет шансов в бою. Как только войдут, немедленно ведите их предводителя ко мне. Я должен лично выяснить, зачем они здесь».

«Слушаюсь».

Боец выскочил наружу. Другой офицер, стоявший рядом, обеспокоенно спросил:

«А если это не Хасашины? Как мы можем впускать их в самое сердце убежища?»

«То, что мы приняли Святого — тайна. Расположение наших входов — тоже тайна. Если противник знает и то, и другое, значит, нам в любом случае стоит их выслушать».

«И всё же, товарищ Амур...»

«Хасашины они или нет, если они знают о нас так много, сопротивление бесполезно. Наша жизнь уже в их руках».

Амур невозмутимо налил себе еще одну стопку.

«Выйдите все. Похоже, нам предстоит разговор с глазу на глаз».

Офицеры поклонились и вышли. Двери заперлись на несколько замков, создавая идеальную звукоизоляцию. В тишине был слышен только стук стакана о стол.

Вскоре раздался голос:

«Ты — Амур?»

В комнате стояла фигура, полностью скрытая плащом и маской. Амур внимательно присмотрелся: незнакомец выглядел точь-в-точь как тот ассасин, которого приводил Святой.

«Настоящий Хасашин?»

«Настоящий».

«Я слышал, Хасашины не разговаривают».

«Теперь мы можем говорить».

«...Вы сказали, что вас прислал Святой?»

Заметив недоверие в голосе Амура, старый Хасашин медленно снял маску. Увидев лицо убийцы, Амур побледнел.

«Не бойся. Святой предупреждал, что ты испугаешься».

«А я, по-вашему, должен улыбаться?»

«Прочти это. Святой велел передать тебе лично».

Хасашин протянул письмо. Амур осторожно взял его и развернул. По мере чтения послания, написанного изящным траматским почерком, глаза Амура становились всё больше и больше.

«Нет... подождите. Как он мог это узнать?!»

В письме была изложена личная биография Амура. Мельчайшие секреты и подробности его прошлого, которые не мог знать никто, кроме него самого.

[Злой бог заточил 12 божеств в подземельях под городом. Там скрывается огромное количество его последователей. Их нужно уничтожить. Амур, мне нужна твоя помощь.]

Так заканчивалось письмо, в котором были пересказаны даже самые тайные разговоры, которые Амур вел со Святым.

Амур бессильно опустился на стул. На такое безумие был способен только Святой. Это не мог быть Злой бог — тот не мог знать о разговорах в звукоизолированной комнате убежища.

«Это действительно Святой...»

«Нам нужна твоя помощь. Мы хотим использовать это убежище как временный штаб».

«Да будет так».

«Благодарю. Вам тоже стоит сотрудничать с нами — у нас общий враг».

Тихим голосом Хасашин сообщил ему еще несколько фактов. Лицо Амура окаменело.

«Не сомневайся. Мы на одной стороне».

С этими словами Хасашин поднялся и буквально растворился в воздухе. Ни звука шагов, ни шороха одежды. Словно призрак.

Как только он ушел, Амур вызвал офицеров.

«Канал контрабанды еще действует?»

«Разумеется».

«Отправьте человека к товарищу Карлу Ленаро. Скажите ему скрытно перебросить имперские войска».

«...Что?!»

Амур усмехнулся.

«Говорят, несколько вождей племен — прихвостни Злого бога. Они намеренно измывались над рабочими, чтобы собирать эманации ненависти. Хасашин, который лично их выслеживал, только что это подтвердил».

Он закурил. Злой бог, 12 божеств... Амур в этом мало что понимал. Он всю жизнь сражался не ради мифов. Но если дело касалось рабочих — он не мог оставаться в стороне.

«И передайте Ленаро, чтобы прислали побольше взрывчатки и патронов».

«Слушаюсь, товарищ».

Когда офицеры разошлись, Амур затянулся сигаретой, глядя им в след. Это был исторический момент: союз Хасашинов и лейбористов начался.

***

«Святой всё еще не выходил из своей комнаты, великий жрец Йодель?»

«Да, Ваше Величество. Там по-прежнему тихо».

«Видно, он сильно опечален. Экспедиция справляется хорошо, ему не о чем беспокоиться».

«Он всегда был человеком крайне заботливым. Возможно, сейчас он пытается наладить глубокую связь с госпожой Лилией».

Император посмотрел на небо.

«Хорошо. Можешь идти, жрец».

После ухода Йоделя Император вернулся к делам. У правителя Империи не бывает лишнего времени. Только к позднему вечеру, разобравшись с государственными заботами, он смог выдохнуть.

«Дорогая, ты пришла?»

«Как прошел ваш день?»

«В суматохе. Но я рад, что Альмена поправилась. Сегодня она помогала мне с делами восточных провинций, разбиралась с налогами. Справилась отлично».

Как бы они ни были заняты, супруги всегда находили время для вечерней беседы. Разговоры об Альмене и Йомене, дискуссии о проблемах страны... Спустя час они легли в постель, изможденные долгой работой.

«До завтра, дорогая».

«Доброй ночи, Теофил».

Император нежно поцеловал супругу и закрыл глаза. В комнате воцарилась уютная тишина.

Но не прошло и трех секунд, как он резко распахнул глаза.

«Ваше Величество».

Возле кровати раздался голос, которого там быть не должно. Император в ужасе попытался вскочить, но его рот тут же зажали ладонью.

«Это я, Ваше Величество. Это я».

Лицо было знакомым, но изумление императора только усилилось.

«Святой?»

Это был Амаэль. Прямо за его спиной мерцал небольшой портал. Разве он не говорил, что его тело разрушено и он не может использовать божественную власть?

«Простите за дерзость, Ваше Величество, госпожа Императрица. Обстоятельства заставили меня явиться так».

«Разве вы не должны были молиться в своих покоях в храме Магической Башни? И кто эта женщина рядом с вами?»

Рядом со Святым стояла незнакомка с экзотической внешностью. Именно она зажала рот Императрице, не давая ей закричать.

«Я всё объясню. Это займет время».

«Говорите. Ваши дела — это и мои дела».

Святой начал свой рассказ. Несмотря на попытки сократить, история вышла долгой. Спустя десять минут Император, уже полностью пришедший в себя, спокойно смотрел на него.

«Что я должен сделать?»

Ответ Святого был мгновенным:

«Вы должны умереть. И вы, Ваше Величество, и госпожа Императрица».

«Завтра утром будет самое подходящее время. Дворецкий придет будить меня. Будет лучше, если к тому моменту наши тела уже обнаружат».

«Нужно поднять как можно больше шума. Весть о вашей смерти должна разлететься мгновенно. Но, конечно, хаос не должен погубить Империю. Есть идеи?»

«Завтра утром аристократы из Сената должны явиться ко мне с докладом. Они как раз будут во дворце, так что панику они поднимут знатную. Но в разумных пределах — они ведь тоже не хотят краха государства».

«Идеально. Могут ли "Бездушные" действовать?»

Император без колебаний снял кольцо со своего пальца и протянул Святому.

«Покажите это Отто Дельмарку, лидеру Черной Крепости. Скажите, что вводится Протокол 313. Он станет вашими руками и ногами».

«Нам также нужно задействовать Орден Молчания. Второго шанса не будет. Есть ли способ провести их во дворец?»

«Спросите Отто. Он знает все тайные ходы».

Святой кивнул.

«Благодарю, Ваше Величество».

Когда разговор был окончен, женщина за спиной Амаэля достала из-за пазухи два маленьких флакона.

«Выпейте это. Оба».

Святой передал снадобье супругам. Они выпили его без тени сомнения.

«Надеюсь, Альмена не слишком испугается».

«Испугается, Ваше Величество. Смерть родителей — всегда удар».

«Это пугает меня больше, чем сама смерть».

Флаконы опустели. Сурайя осторожно обнажила кинжалы, взяв по одному в каждую руку.

«Я хочу спросить лишь одно», — произнес Император, глядя на приближающуюся к ним женщину. — «Тот, кто следил за нами всё это время... кто это?»

Получив перевод от Амаэля, Сурайя ответила. Святой передал её слова:

«Предыдущий лидер Хасашинов. Её мать. Точнее, Избранная Злого бога, захватившая тело её матери».

«...Вот оно что. Понятно, почему её было так трудно выследить».

Император глубоко вздохнул и крепко сжал руку жены.

«Ты готова, дорогая?»

Императрица слабо улыбнулась:

«Никогда не думала, что на старости лет испытаю такое. Да, я готова».

Теофил нежно погладил её по щеке и посмотрел на Амаэля.

«Мы готовы, Святой».

Амаэль поднял руку, активируя свою власть.

«Сурайя. Приступай».

Сурайя осторожно подошла к паре. С глухим, пугающим звуком разрезаемой плоти горла Императора и Императрицы были перерезаны, а следом кинжалы вонзились точно в их сердца.