***

В глухую зимнюю ночь над герцогским замком Эсбаден разнесся пронзительный крик.

«Госпожа, ещё чуть-чуть!» - сказала повитуха.

«Ааааа!»

Слёзы катились по щекам Лайлы, когда она вытирала пот со лба своей госпожи. Духа, стиснув зубы, боролась с мучительной болью родов. Её белое лицо исказилось, на висках вздулись вены, вид был почти неузнаваем.

«Держитесь, миледи! Сейчас надо тужиться!»

Старшая горничная, помогавшая вместе с повитухой, пыталась приободрить её. Но восемь долгих часов схваток почти полностью высосали силы из Духи.

«Л…Леон?» - прохрипела она.

«Он уже спешит сюда, госпожа. Потерпите ещё немного!»

Несчастье в том, что роды начались именно тогда, когда Леонхарт находился в походе, и рядом не оказалось никого, на кого можно было бы опереться. Видя, как герцогиня слабеет, старшая горничная тревожно крикнула:

«Есть ли весть от герцога?»

«Пока нет.» - ответила служанка. «Его поход был близко к границе. Даже если он сразу броситься обратно, дорога займёт не меньше полудня.»

[Полдня.]

Лицо старшей горничной потемнело.

«Это плохо…Её Светлости необходимо восстановить силы.»

В тот миг новую волну боли пронзила тело Духи. Она закричала так, словно ломались кости и рвалось на части плоть. Казалось, даже расплата за магию Сериона не могла сравниться с этим мучением.

«Ааааа!»

«Терпите, госпожа! Ребёнок уже идёт!»

Она вцепилась в простыни так, что побелели костяшки пальцев…и вдруг над комнатой раздался громкий детский плач.

«Госпожа! Это мальчик! У вас сын!»

Сквозь мутнеющий взгляд Духа увидела крошечное тельце, и уже почти позволила сознанию ускользнуть. Но не успела.

«Угх…»

Боль, которую она надеялась оставить позади, нахлынула вновь.

Старшая горничная расширила глаза.

«Повитуха! Что происходит?»

«Её Светлость носила близнецов.» - с мрачным видом ответила та. «Я вижу ещё одну головку.»

«Но врачи говорили, что ребёнок один!»

«Даже лучшие лекари ошибаются.»

[Близнецы? Даже маги, осматривавшие Духу, утверждали, что плод только один.]

[Да…её тело плохо поддаётся магии.] - подумала горничная, глядя на госпожу с тревогой.

[Для рода два наследника были бы благословением, но Духа уже потеряла слишком много крови.]

«Герцогиня! Держитесь! У вас ещё один ребёнок!»

«Я…я не могу…» - прошептала Духа.

Её сознание почти угасло. Второй раз пройти через эту муку казалось невозможным, даже если ценой была жизнь.

[Леонхарт…]

[Если бы он был рядом, силы бы нашлись. Но судьба распорядилась иначе.]

«Госпожа! Вы не должны сдаваться!»

Голоса становились всё тише…и вдруг сквозь пелену она услышала именно тот голос, которого ждала.

«Духа!»

Она с трудом приоткрыла глаза. Перед ней стоял Леонхарт.

«…Леон?»

«Я здесь. Потерпи ещё немного!»

Он протиснулся в комнату, несмотря на сопротивление служанок.

«Ваша Светлость! Мужчинам нельзя входить в родильную! Это дурная примета!»

«Молчать! Вы не видите, в каком она состоянии?»

Суета лишь усилила смятение, но для Духи это стало новым источником сил. Почувствовав, как Леонхарт крепко сжал её ладонь, она, собрав остатки воли, сделала последний рывок.

Раздался ещё один звонкий плач.

«У вас девочка! Поздравляю, Ваши Светлости!»

***

Духа устало смотрела на двух младенцев, уложенных рядом. Завёрнутые в белую ткань, они мирно спали, словно вовсе не они недавно кричали во всё горло.

[…Какие же они некрасивые.] - ошеломлённо подумала она.

Она ожидала иного чувства при встрече с собственными детьми. Но сейчас они казались такими же сморщенными и крошечными, как тот младенец, которого она когда-то увидела в баронстве Дэнвер.

[Маленькие…сморщенные…словно птенцы.]

«Наш сын похож на тебя, а дочка - на меня.» - сказал Леонхарт с дрожью в голосе.

«Правда?»

Лишь увидев его лицо, полное неподдельного восторга, Духа до конца осознала: да, это их дети.

«Смотри, волосы у мальчика серебристые, как у тебя. Когда глаза откроют, узнаем и цвет.»

«А у девочки волосы золотые, как у тебя.» - добавила она.

Духа удивилась: даже рождённая ею, дочка так явно напоминала отца. И стало ясно, это не только её дети. Это их общее чудо.

«Что ни говори, а «кровь не обманешь» - пробормотала она.

Пальцы сами потянулись к малышу, и крохотная ладошка вдруг ухватила её палец с силой, будто клялась: «Ты больше никогда не будешь одна».

Глаза Духи наполнились слезами. Леонхарт нежно коснулся её лба.

«Прости, что опоздал. Ты так много вынесла…»

Он смотрел на неё, растрёпанную и измождённую, как на самое дорогое сокровище.

«Ты ведь едва добрался? Как прошло сражение?»

«Всё завершил и поспешил сюда. Барон вызвался заняться остатками дел.»

Именно Барон настоял, чтобы герцог бросил всё и вернулся, узнав, что роды начались. Настоящий рыцарь, знающий долг.

«Главное, что ты жива.»

На самом деле Леонхарт с самого начала тайно боялся исхода. Он видел слишком много женщин, погибавших при родах во время походов с четвёртым принцем. Даже дополнительные лекари-целители не могли дать полной уверенности, ведь магия плохо действовала на Духу.

«Слава богу, что ты в порядке.»

Он снова и снова целовал её руку, а она, со слезами на глазах, смотрела на него.

«А имена? Я уже выбрал имя для сына.» - сказал он.

Они договорились: сына назовёт Леонхарт, а дочь - Духа.

«Как тебе Теодор?» - предложил он. «На имперском значит «самый прекрасный». Подумал, что это подойдёт сыну, если он будет похож на тебя.»

«Красиво звучит.» - улыбнулась она.

«А твой выбор?»

«Кайя. Это башальское имя. Значит «сильная».

«Прекрасное имя.»

Так имена были решены: Теодор и Кайя.

Герцог и герцогиня Эсбаден, держа близнецов на руках, впервые познали настоящее счастье.

***

В каждой встрече кроется расставание. Прошло несколько сезонов, и пришло время одного из них.

«Маргарет сильно устала?»

Золотокосая девочка с невинным взглядом подняла глаза на мать. Духа кивнула, стараясь говорить спокойно:

«Да, Маргарет устала.»

«Уууу…»

Кайя, трёхлетняя дочь герцога Эсбаден, унаследовавшая золотые глаза матери, тревожно оглянулась.

«Но ведь Маргарет должна играть со мной?»

Для маленькой Кайи Маргарет была самым близким другом. В отсутствие родителей именно она была рядом, и их одинаковая детская непосредственность делала их неразлучными.

«Но и Маргарет нужно отдыхать, Кайя.»

«Не-еет…»

«Маргарет много пережила. Давай скажем ей «прощай», чтобы она могла спокойно отдохнуть, хорошо?»

Кайя не понимала, почему должна прощаться с единственной подругой, но всё же, нахмурившись, помахала рукой.

«…Теперь уже по-настоящему.» - тихо сказала Духа, укачивая заснувшую дочь и глядя на неё печально.

«Вряд ли она доживёт до утра.»