Любой человек, находясь в здравом уме, неосознанно станет защищать себя. Но утратив рассудок и высвободив всю свою силу, люди становятся невероятно опасными. Се Сюань Чэнь же, чьи возможности намного превосходили человеческие, потеряв контроль над собой, мгновенно учинил невообразимый хаос.

Принц даже не осознавал, где он находится и что делает в это время. Ему казалось, будто он в одиночестве бредет по дороге, которой нет конца. Вокруг него лилась кровь. Она была повсюду: на земле, капала с неба, словно дождь, пятная его руки.

Он все шел и шел, голова Се Сюань Чэня невыносимо болела. Боль казалась такой сильной, что вот-вот вырвется наружу. Принц знал, что он снова убивает невинных людей. Кровь лилась не с неба, она стекала с его рук.

Почему ты говоришь, что у тебя нет одежды? Я разделю свой плащ с тобой. Война – это воля Небес! Навострим же мечи, копья и топоры! У нас один враг! Раздели же эту ненависть!

Почему ты говоришь, что у тебя нет одежды? Я разделю свой плащ с тобой. Война – это воля Небес! Навострим же мечи, копья и топоры! У нас один враг! Раздели же эту ненависть!

Но что сделал он? Он просто использовал свой дар против своего же народа, безжалостно расправившись с нападавшими на него людьми. У него нет чести, чтобы продолжать жить, и не осталось достоинства, чтобы умереть. Оставшись в живых, он не посмеет предстать перед простыми людьми, а умерев, не отважится посмотреть в лицо старым армейскими друзьям.

 Может быть, ему с самого начала не следовало появляться в этом мире. Как бы было славно, если б в тот год умер он сам, а не его старший брат.

Перед глазами у Се Сюань Чэня стояла кровавая пелена, но на задворках сознания он слышал чей-то крик:

 - Он – великий герой, усмиривший народ Цзе, покоривший Северную Тан! Один из основателей нашего государства! Как вы смеете так с ним обращаться?

Усмиривший народ Цзе, покоривший Северную Тан, один из основателей империи Е… Кто же это?

Похоже, этот человек говорит про него. Но чей же это голос?

Се Сюань Чэнь задмался, его рассудок ненадолго прояснился. Вскоре он услышал плачущий голос:

 - Он же просто болен! Почему вы обращаетесь с ним, как с преступником?

Он просто болен.

В глазах Се Сюань Чэня неожиданно вспыхнула боль, но так как они приобрели красный цвет, то никто этого не заметил. Весь мир боялся и ненавидел его, даже родной отец проклял такого сына. В любую секунду он мог направить свой нож на друзей и близких. И только один человек в целом мире мог так убежденно кричать, что принц всего лишь болен.

В этом перевернутом с головы на ноги и искаженном кровавом мире, каждый скалил на него клыки и норовил вонзить когти. Все они избегали его, норовя напасть исподтишка, словно змеи или скорпионы. Только один человек шел навстречу ему, противясь толпе.

Се Сюань Чэнь наконец вспомнил ее. Это была Му Мин Тан, его принцесса.

Перестав кричать на стражников, девушка вытерла слезы, и медленно подошла к Се Сюань Чэню.

 - Мой принц, это же я, Му Мин Тан, - сказала девушка, подходя к Се Сюань Чэню. Увидев, что она делает, Се Сюань Цзы, нахмурившись, закричал:

 - Ты с ума сошла?

Вооруженные стражи вокруг нее, попытались остановить Му Мин Тан.

 - Принцесса, остановитесь! Принцесса, это опасно!

Му Мин Тан не обратила на них никакого внимания, без колебаний она двигалась вперед. Мужчины хотели вернуть ее назад, но не осмеливались приблизиться к Се Сюань Чэню.

Им оставалось только смотреть, как девушка бесстрашно прокладывала себе путь среди копий и мечей, она шла к Се Сюань Чэню, шла против толпы.

 - Это же я, мой принц.

Сначала Му Мин Тан пыталась вытереть слезы, но потом заметила, что как бы она не старалась, они продолжают литься из глаз. Поэтому девушка просто сдалась. Постепенно, она подошла к Се Сюань Чэню очень близко. Находиться на таком расстоянии с обезумевшим принцем не осмеливалась ни одна живая душа.

Во дворе, что был полон солдат, воцарилась тишина. Каждый из воинов владел боевыми искусствами, и у каждого в руках был острый клинок, чтобы защитить себя. Любой из них мог с легкостью одолеть Му Мин Тан. Но сейчас все они смотрели на маленькую слабую женщину. Даже старший императорский страж, лично отвечающий за безопасность Се Сюань Цзы, который взмокшими от пота ладонями сжимал рукоять меча, не сводил взгляда с Му Мин Тан.