Му Мин Тан было нечего возразить. Она и вправду, действовала чересчур прямолинейно. Смущенно кашлянув, девушка продолжила:

 - Я веду к той части, которая гласит: «Я же не рыба, откуда мне знать, счастлива она или нет?» Вы считаете, что меня держат в заточении и желаете спасти. Но откуда Вам знать, чего хочу я? Что, если я – простая женщина без амбиций и устремлений, и мне нравится такая жизнь, где меня кормят и не надо работать?

Се Сюань Чэнь вскинул брови, а Му Мин Тан поправила ему подушку и, утратив всякий стыд, продолжила:

 - Мне приятна такая жизнь, когда ради еды не надо тяжко трудиться. Мой принц, просто дозвольте мне остаться в поместье, где я могу есть деликатесы каждый день и бездельничать, и пусть императорский двор заботится обо мне. Это так замечательно, что я не хочу никуда уходить и жить самостоятельно.

Хоть девушка и сменила подход, но Се Сюань Чэнь на это не купился:

 - Когда я начал играть людьми, тебя еще от материнской груди не отняли. Если хочешь вкусно кушать до конца своих дней, прост бери деньги и драгоценности и убегай, зачем тратить свою жизнь впустую?

- Рано или поздно, но деньги закончатся. А пока я остаюсь во дворце, мне не придется их тратить.

Ее доводы оказались столь простыми и весомыми, что Се Сюань Чэнь не нашелся, что ответить. Гордо улыбнувшись, девушка продолжила:

- Так вот, это именно то, чего я хочу. С детства эта девушка мечтала о том, чтобы без труда и забот жить хорошо. Мой принц, нехорошо разрушать чужие детские мечты.

Се Сюань Чэнь был поставлен в тупик ее словами, спустя некоторое время спросив:

 - Почему?

 - Что?

 - Почему ты так решительно настроена остаться? – Се Сюань Чэнь обоснованно полагал, что если девушка останется в поместье, то он больше ничего не сможет ей дать.

 - Все хорошо, - улыбнулась Му Мин Тан. В ее глазах, подобно звездам, отразилось пламя свечей:

- Потому, что Вы-мой спаситель, величайший герой этого мира. Пока я могу оставаться рядом с принцем, буду счастлива.

Удивленный таким ответом, Се Сюань Чэнь на мгновение впал в замешательство, но затем, усмехнувшись, ответил:

 - Ты говоришь это лишь потому, что еще не видела, как я впадаю в безумие. Многие люди, как и ты, говорили, что им не нужно ничего, только быть рядом со мной, но пары приступов хватило, чтобы все разбежались.

Му Мин Тан была вполне уверена в своем решении, но не знала, как сказать об этом Се Сюань Чэню. Девушка могла только повторять:

Мой принц, Вашу болезнь можно вылечить. Посмотрите, в последнее время Вы спокойны и покладисты.

Услышав от Му Мин Тан такое определение себя, как «покладистый», Се Сюань Чэнь громко рассмеялся.

- Моя реакция при пробуждении – это дело случая. Боюсь, что, если я опять сойду с ума, ты умрешь первой.

 - Я не боюсь, - ответила девушка, осторожно посмотрев на принца, - Вы больше не станете меня прогонять?

Се Сюань Чэнь промолчал. Му Мин Тан, решив, что молчание – знак согласия, радостно поднялась с места, сказав:

 - Уже поздно, ложитесь спать. Увидимся завтра.

С этими словами, взяв лампу, девушка ушла. На своем пути она гасила все свечи, опасаясь оставлять непотушенным открытое пламя в доме.

Она задула все свечи, направляясь в свою комнатку в восточном крыле. Огни гасли один за другим, и стража увидела, как зал Юйлинь постепенно погружается во мрак.

Огни, которые принцесса зажигала каждый день, стал разделительной чертой между днем и ночью, светом и тьмой.