Длинные тени, соединяясь, тянулись по коридору. Поздней ночью его освещал лишь свет лампы. Хлоя несколько раз прикусила внутреннюю сторону щеки, так что она была теперь зажата между её ровными зубками. 

В особняке, куда только что прибыла карета Андерта, царила мёртвая тишина. После долго ожидания мужа Хлоя спустилась вниз. Стоя в конце длинного коридора, она ощущала себя потерянной и покинутой. Несмотря на то, что после свадьбы она прожила в этом доме пять лет, она оставалась чужой для всех, словно её в любой момент могли выгнать. И вот сегодня Хлоя наконец признала горькую правду: пора положить конец надеждам, которым не суждено сбыться.

Когда её ноги, обутые в атласные туфли кремового цвета, сделали несколько шагов, она оказалась перед плотно закрытой дверью кабинета Андерта — самого уединённого помещения, расположенного в глубине особняка. Хлоя бывала здесь всего несколько раз, потому что всегда старалась не мешать мужу.

Она мысленно спросила себя: зачем? Чтобы он когда-нибудь посмотрел на неё? Чтобы считал хотя бы понимающей и преданной женой, раз уж завоевать его привязанность невозможно? Бесполезные вопросы. Хлоя покачала головой, стараясь отогнать ненужные мысли.

И вот в Г-образном коридоре появилась высокая фигура мужчины с волосами, будто вытканными из солнечного света, и ярко-голубыми глазами. Его внешность как всегда привлекала внимание. По мере того как человек подходил ближе, Хлоя могла лучше разглядеть черты его лица. Даже неизменно холодное выражение не могло испортить его прекрасные черты. Как может бог так щедро одарить одного человека?

Смотря на идеально симметричное лицо мужа, Хлоя знала ответ: ведь она любила этого мужчину — воплощение божьего благословения. Андерт остановился в пяти шагах от жены. Хлоя не ошиблась: он действительно пришёл в кабинет сразу после возвращения домой.

— Андерт…

— Уже поздняя ночь. Что привело тебя сюда?

Его голос был запоминающимся, как и внешность. На первый взгляд, муж был с ней безупречно вежлив, но между Хлоей Хардин и Андертом Дитрихом всегда существовала дистанция, которую было невозможно преодолеть. Невеста, выбранная дворцом, опасавшимся влияния дома Дитрихов, навязало ему Хлою, чтобы Андерт не мог заключать союзы с другими могущественными родами. Везучая молодая леди, которая поднялась высоко по социальной лестнице, не имея даже приличного приданого. Вот что говорили о Хлое в высшем обществе.

“Но моя любовь к тебе была настоящей”, — проглотила признание Хлоя. Она так и не смогла произнести эти слова вслух, и теперь уже никогда не скажет. В конце концов, та безответная любовь, которая настигла её в семнадцать лет, принадлежала ей одной. Поэтому только она могла положить конец затянувшемуся фарсу.

С трудом разлепив пересохшие губы, Хлоя спросила:

— Ты не занят? Мне надо кое-что с тобой обсудить. Это ненадолго.

— …

К счастью, её голос прозвучал ровно, слегка дрогнув лишь в самом конце. Андерт, молча наблюдавший за ней, слегка вздёрнул подбородок. Хлоя редко приходила к нему в кабинет, а теперь она даже напрашивалась на встречу поздней ночью. Казалось, ему это было не по душе, однако он поднял руку и кивнул дворецкому, пропуская его.

— Сначала мне нужно проверить документы. Заходи.

Ограничившись этими словами, Андерт с дворецким вошли в кабинет. Это было в его духе: он всегда отдавал приоритет главному, отметая второстепенное. Хлоя не стала ожидать другого предложения — например, подождать ещё или прийти в другой раз. В иной день она бы просто ушла, но не сегодня. К счастью, ей недолго пришлось стоять перед приоткрытой дверью. Выходя из кабинета, дворецкий на секунду замер, а затем, придерживая дверь — сказались годы выучки — объявил:

— Мой господин, леди Дитрих.

Хлоя шагнула внутрь, сдерживая волнение. Была полночь. Первое, что бросилось в глаза — большие часы. Просто обставленная комната — диваны и полки, заставленные книгами. Стол, за которым сидел Андерт, располагался в углу. Именно за ним он проводил больше всего времени, когда не был на встречах вне дома. Хлоя подумала, что, раз уж он бывает здесь так часто, мог бы сделать кабинет поуютнее, а не оставлять лишь необходимое для работы.

Пока Хлоя не подошла вплотную, Андерт не поднимал головы. Хлоя терпеливо ждала его, не собираясь одёргивать, уже привыкнув к его холодности и равнодушию. Прошло ещё три или четыре минуты, прежде чем Андерт оторвался от документов и посмотрел на неё. Несмотря на то что он вернулся поздно и продолжал работать, на его лице не было никаких признаков усталости. 

Хлоя перевела взгляд с его глаз, обрамлённых густыми ресницами, на правую руку, которая держала ручку. Как обычно, без обручального кольца. Носил ли он его вообще после свадьбы? Хлоя пыталась вспомнить, но не смогла. И тут раздался тихий голос:

— Говори.

— …

Лицо мужчины оставалось бесстрастным. Слегка подняв подбородок, он дал ей знак говорить скорее. Между ними никогда не было нежных чувств или приятных воспоминаний. Сразу после свадьбы Андерт уехал за границу, в Далоа, и вернулся лишь три года назад. Так что Хлоя провела почти половину их брака одна в этом особняке. И всё же, услышав новость о возвращении мужа, она не могла уснуть. И какими же были первые слова Андерта после приезда? “Давно не виделись”. Вот и всё. Ни формальных объятий, ни вопросов о здоровье. А после холодное: “Меня ещё ждут дела, пожалуйста, уходи”. 

После этого он отвернулся от неё. Даже присутствовавший при этой сцене дворецкий неловко закашлялся. Хлоя почувствовала себя тогда жалкой: рядом с ослепительным Андертом Дитрихом даже красивое платье, которое она выбрала с особой тщательностью, выглядело линялой тряпкой. Отогнав эти ненужные воспоминания, Хлоя, наконец, изложила дело, ради которого пришла:

— Я хочу развода.

Потребовалось пять лет, чтобы произнести эти слова, и столько же для того, чтобы принять реальность. Андерт на мгновение замер. Молча наблюдавшая за мужем Хлоя приоткрыла рот. Так как он не любил долгих разговоров, она тоже решила не затягивать:

— Я знаю, что ты не хотел этого брака и был вынужден подчиниться требованиям дворца. Но теперь там другой правитель.

Слова лились легче, чем она ожидала. Ради чего нужно было столько тянуть? Король Артиона, всю жизнь с подозрением относившийся к дому Дитрихов, умер три месяца назад, и теперь его место занял его племянник. В отличие от предшественника он сразу наладил отношения с могущественными домами. И первыми, кто ответил на его приглашение, были Дитрихи. Хлоя поняла, что теперь разногласий между королевской семьёй и их домом не будет, и ей пора уйти со сцены.

— Хлоя, что ты несёшь, придя ко мне посреди ночи? — с тихим вздохом сказал Андерт.

Он наконец отложил ручку и встал из-за стола. Хлое пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо, но взгляд её спокойных зелёных глаз был по-прежнему твёрд. Она достаточно настрадалась от слухов, будто Андерт уехал заграницу сразу после свадьбы из-за любовницы, а его редкие визиты домой только подогревали их. А расхлёбывать всё это приходилось ей. В такие моменты Хлоя, пытаясь не выдать смятения, чувствовала себя одинокой и подавленной.