— Герцог, я удалюсь, чтобы вы могли спокойно отдохнуть.

Хотя дворецкий ещё не закончил все приготовления, он решил уйти первым, почувствовав, что настроение Кайлуса сейчас не располагает к беседе.

Чтобы Кайлус мог побыть один и привести мысли в порядок.

Вместо ответа Кайлус лишь слегка кивнул.

Как только дворецкий тихо вышел из спальни, Кайлус с тяжелым вздохом опустился на край кровати.

—...Элис.

Кайлус тихо прошептал ее имя.

Завтра она скажет ему об этом.

О том, что намерена спасти Первого принца.

У Элис, только что встретившейся с графом Латран, не могло быть другой важной темы для разговора.

Но...

—...Я ведь до сих пор точно не выяснил, что находится в подземелье.

Подземелье дворца императрицы.

Кайлус втайне от всех расследовал то, что скрывалось под дворцом императрицы. И всё из-за Элис.

В тот день, когда он обыскивал дворец императрицы, Кайлус понял: Элис переоделась служанкой.

Он не знал этого с самого начала. Когда они столкнулись перед кабинетом с Элис, он принял ее за обычную служанку.

Подозрения закрались в тот момент, когда она попросила у него прощения.

Ее голос, прозвучавший во время длинной речи, выдал ее.

Кайлус обратил внимание на служанку с голосом, до боли похожим на голос Элис, и заметил, как она, ведя себя подозрительно, тайком направилась в подвал.

Он последовал за ней и в конце концов убедился в своих догадках.

Эта подозрительная служанка — Элис.

Обычная служанка не могла внезапно достать древний магический свиток и совершить телепортацию.

К тому же, те слова, что она произнесла.

Он не расслышал всё до конца, но уловил слово «призрак» и то, что-то нужно уничтожить.

Конечно, он отчетливо услышал и «безумие» — ругательство, которое Элис так любила использовать.

Как бы то ни было, главное заключалось в том, что в подземелье Дворца императрицы что-то таилось, и Элис намерена это уничтожить.

И это дело наверняка связано с Верховным богом.

Ведь покинув Дворец императрицы, она направилась прямиком в храм Гелиоса.

Скорее всего, поручение, которое ранее дал ей Верховный бог, было тесно связано со Дворцом императрицы.

—...А ведь говорила, что это совсем не опасно.

Даже когда Элис так говорила, он, конечно, не поверил ей на слово, но теперь всё выглядело куда опаснее, чем он предполагал.

Элис могла погибнуть в любой момент...

Он не хотел даже представлять такое, но его чутье подсказывало обратное.

Это дело совершенно не похоже на то, во что Элис ввязывалась раньше.

Но он знал, что Элис не расскажет ему правду добровольно, поэтому и вел расследование втайне.

Кайлус изучал историю Дворца императрицы, планы здания и даже черную магию.

Ведь слово «призрак», упомянутое Элис, идеально подходило к черной магии.

Однако, к несчастью, пока что он ничего не выяснил.

Что-то, чего не видят другие, но видит Элис.

Что же это такое?

Пока Кайлус не узнает наверняка, он не хотел позволять Элис даже приближаться к императорскому дворцу.

Именно поэтому он отверг предложение графа Латрана, даже не посоветовавшись с Элис.

Пусть это кажется жестоким, но ничего не поделаешь.

Для него не было ничего важнее Элис.

Он не позволит Элис в одиночку столкнуться с опасностью, о которой он не знает. Никогда.

Но если Элис уже решила спасти Первого принца... она вряд ли легко отступит.

Если бы он любил ее хоть чуточку меньше, он бы запер ее в золотой клетке Герцогства Диэрот, чтобы она не могла скрыться из виду.

Чтобы никто, кроме него, не видел Элис, и она была бы только рядом с ним.

Но он любил Элис больше собственной жизни, поэтому не мог вынести вида ее печали.

Эти опасные порывы останутся похороненными глубоко в его сердце.

Лучше бы он сам мог встретиться с Верховным богом... он бы рискнул жизнью, чтобы спросить, какое поручение тот дал Элис.

Или даже умолял бы позволить ему выполнить работу вместо нее.

Но он не был тем, кого избрал Верховный бог.

Кайлус горько усмехнулся, а затем, ощутив, как тревога сдавливает грудь и отнимает дыхание, расстегнул пуговицы на рубашке.

— Ха-а...

Он закрыл глаза, пытаясь разобраться в хаосе мыслей, но сколько бы он ни размышлял, вывод оставался прежним.

— На этот раз... нет.

Он решил, что на этот раз не исполнит просьбу Элис.

Потому что боялся потерять Элис.

Глубокой ночью Кайлус устало провел рукой по лицу, поднялся с кровати и направился в ванную.

И когда над Герцогством Диэрот воцарилась полная тьма...

Где-то далеко в выси ночного неба прекрасный сереброволосый мужчина, наблюдавший за Кайлусом, подпер подбородок рукой и тихо прошептал:

— Значит, парень, который сумел избежать судьбы, предрекавшей ему смерть...

Гелиос задумчиво посмотрел на Кайлуса, отраженного в водном зеркале, и слегка коснулся поверхности.

Вжух...

Вода задрожала, словно от вибрации, и вскоре образ Кайлуса исчез.

Затем Гелиос, прислонившись к облаку, тихо закрыл глаза.

Чтобы сделать выбор.

* * *

В необычайно ясный день полуденное солнце тепло согревало землю.

Поэтому сегодня Айлин приготовила для герцогини Диэрот чаепитие на террасе, за чайным столиком.

Конечно, она не забыла и про широкий зонтик, чтобы защитить ее от солнца.

Пусть солнце и было теплым, нельзя было допустить, чтобы нежная кожа герцогини пострадала от его лучей.

Так Элис сидела под зонтиком, который с такой заботой подготовила Айлин, и наслаждалась чаепитием в одиночестве.

Точнее, если честно, при всей признательности за старания Айлин, Элис просто сидела перед чайным столиком.

Она совершенно не замечала ни прелести погоды, ни вкуса расхваливаемого нового черного чая с Запада.

Ее мысли были заняты совсем другим.

— Госпожа, вам нравится чай?

— А? О, да... всё хорошо. Вкусно.

Элис даже не поняла, горький чай или сладкий, но, одарив Айлин легкой улыбкой, совлала с собой и ответила:

Как бы она ни была рассеянна, она знала, что Айлин приложила немало усилий для этого чаепития.

Однако, ответив коротко, Элис снова погрузилась в свои мысли.

Она даже не притронулась к шоколадному тарту — своему любимому десерту, — лишь постукивала кончиками пальцев по столу.

С непривычно тревожным выражением лица.

Уже пора бы... прийти вестям.

Когда Элис уже начала изнывать от ожидания, ворота герцогства отворились, и внутрь въехал слуга верхом на лошади.

Он остановился во внутреннем дворе перед главным зданием.

В золотистых глазах Элис, увидевшей спешивающегося слугу, мелькнул блеск.

Ведь именно этого слугу она и ждала.

Вскоре после этого раздался стук в дверь, и послышался голос Луида:

— Госпожа, слуга Томми хочет вас видеть.

— Скорее, впусти его.

Ответила Элис, вскакивая с места.

Как только Элис шагнула с террасы в спальню, Томми вошел в комнату.

Томми низко поклонился Элис.

Элис, сидя на диване, нетерпеливо махнула рукой, показывая, что формальности ни к чему.

— Томми, что произошло?

Без лишних слов сразу спросила Элис.

Томми на мгновение замялся от такого напора, а затем осторожно произнес:

—…Как вы и говорили, госпожа, сегодня граф Латран нанес визит Третьему принцу.

Томми спокойно передал Элис полученную информацию.

— И в знак преданности он преподнес Третьему принцу кольцо Четвертого императора, фамильную реликвию рода Латран… В императорском дворце сейчас настоящий переполох.

Наконец на губах Элис появилась довольная улыбка.

Именно так. Томми был информатором, которого Элис отправила в императорский дворец, чтобы узнать, нет ли каких-либо новостей о дворце Третьего принца.

Она отправила его туда, разумеется, чтобы лично убедиться, действительно ли граф Латран навестил Третьего принца и присягнул ему на верность, как и обещал.

На самом деле, если бы граф Латран принес в дар даже семейную реликвию, слухи об этом разлетелись бы по всей империи самое позднее к завтрашнему утру.

Тогда Элис узнала бы об этом естественным путем, но из-за нетерпения она решила действовать на опережение.

К тому же, сегодня ей нужно было поговорить с Кайлусом.

— Айлин, принеси, пожалуйста, мой кошелек.

Элис достала из кошелька, принесенного Айлин, серебряную монету и протянула ее Томми.

— Это за труды. Спасибо.

— Благодарю вас, госпожа.

Томми с сияющей улыбкой поклонился и вышел из комнаты.

Элис закинула ногу на ногу и издала тихий вздох, полный раздумий.

Граф Латран сдержал слово... теперь моя очередь сдержать свое.

Как же убедить Кайлуса?

В сделке с графом Латраном он был самым большим препятствием.

Ведь он уже без колебаний отверг предложение графа Латрана присягнуть на верность Третьему принцу и заставить Первого принца отказаться от прав на престол.

Причина, скорее всего, заключалась в том, что ему претило её злоупотребление Божественной силой.

Спасение умирающего человека — задача не из легких даже для нее, поэтому после использования большой силы она всегда падала без чувств или была на грани обморока.

Кайлус очень беспокоился из-за этого, к тому же недавно на охоте она чуть не погибла.

Он будет реагировать довольно остро.

Но если подумать о Третьем принце, граф Латран был слишком ценным союзником, чтобы им разбрасываться.

Он был владельцем самых богатых земель на юге империи и маркграфом, обладающим мощной военной силой.

Если к Герцогству Диэрот присоединится южный маркграф, Третий принц сможет прочно утвердиться в качестве будущего правителя империи.

Ведь не было других дворянских родов, способных потягаться силой с этими двумя домами.

Род матери Второго принца уже утратил свое влияние из-за него самого.

Поэтому, чтобы спасти Первого принца, ей требовалось хорошенько убедить Кайлуса.

Честно говоря, для спасения Первого принца вовсе не обязательно было заручаться согласием Кайлуса.

В конце концов, решать, спасать Первого принца или нет, должна была сама Элис.

В конце концов, это была ее сила.

Но... она не хотела действовать, игнорируя Кайлуса.

Он был мужчиной, которого она любила, и её главным соратником в деле свержения императрицы и воцарения Третьего принца.

Если она настаивала, он всегда уступал... казалось, так будет и в этот раз, но что-то в таком подходе ей не нравилось.

Словно она насильно тащит его за шиворот.

Да и каждый раз, когда он уступал, ей становилось немного неловко.

Хотелось бы, чтобы в этот раз Кайлус принял это искренне.

Тогда и отношения с графом Латраном не будут натянутыми.

— Хм...

Элис нахмурилась, пытаясь найти хороший способ убеждения. И вдруг ее осенило.