Глаза Люция наполнились болью, будто моё поведение ранило его. На его лице читалось мучительное сдерживание чувств, и от этого у меня заныло сердце.

[Почему ты так смотришь?]

[Тебе не должно быть больно.]

[Ты сам сделал выбор, приведший нас к этой точке.]

Я упрямо смотрела на Люци, подавляя желание смягчиться.

Он не отводил от меня взгляда, полные тоски глаза упорно искали ответ. Я тоже не отвела глаз.

[Чтобы он понял. Чтобы не поколебаться.]

Люций, словно окончательно лишённый сил, облокотился на дверь.

«Ты действительно непреклонна.»

В его голосе прозвучала легкая горечь, но больше, будто он и не ожидал иного.

«В таких вещах нужно быть предельно ясным.» - ответила я спокойно и потянулась к двери.

[Нужно было что-то сказать в завершение этого разговора, но у меня не было ни сил, ни желания продолжать.]

[Как бы Люци ни был разочарован во мне, я чувствовала то же самое к нему.]

[Я слишком устала, чтобы даже попытаться быть вежливой, и как хозяйка, и как друг.]

[Томас позаботится об этом.]

Я знала, что он либо предоставит Люци комнату, либо тактично проводит.

Я уже собиралась выйти, переложив всё на других, как вдруг услышала негромкий голос:

«Ты всегда была такой.»

Эта фраза заставила меня остановиться.

[Я ведь знаю, какая я. Не скажу, что у меня идеальный характер, но не такой уж ужасный, чтобы заслуживать упрёков.]

[Да, я решительная. Иногда - чересчур. Но в этом и всё.]

«Это проблема?»

«Именно поэтому с тобой было трудно.»

[Может, Люци и не хотел обвинять меня, но эти слова резанули, будто ножом.]

[Трудно…значит, ему приходилось терпеть меня?]

Я вспомнила, как мы стали друзьями.

[Я ведь сама сделала первый шаг. Неужели…я надоедала ему с самого начала?]

[Может, он просто смирился с моими навязчивыми попытками сблизиться, чтобы не раздувать драму?]

[Да, я помню, тогда я вела себя настойчиво, порой даже навязчиво. Но мне казалось, что поступаю правильно.]

[Я думала, что это судьбоносная связь, и не хотелось упустить её из-за сомнений.]

[Даже если вначале это было неловко, со временем мы стали по-настоящему близки.]

[Я думала, что он - самый близкий мне человек.]

[А, теперь…теперь он говорит, что всё это было только с моей стороны.]

«Ты мог бы сказать мне об этом.»

[Если бы ты сказал, мы бы не дошли до этого.]

«Помнишь, как Харрисон тогда серьёзно пострадал?»

Я изо всех сил старалась сдержать эмоции, когда Люци вдруг заговорил на совершенно другую тему.

Я уже было хотела отмахнуться от бессмысленного воспоминания, но поняла, что это, к лучшему.

«Как я могу забыть?»

Потому что, если бы я ещё хоть на секунду думала о слове «трудно,» расплакалась бы прямо здесь.

Это был один из самых страшных моментов в моей жизни.

И сердце до сих пор сжимается при одном только воспоминании.

«А помнишь, как я тогда решил отдалиться, чтобы защитить тебя?»

Я не могла забыть и этого.

Когда почувствовала, что Люци меня отталкивает, испытала ту же боль, что и сейчас.

[Я ведь старалась заботиться о нём. А он, ничего не сказав, решил, что будет лучше отдалиться…и сделал это как-то неловко, будто не до конца понимая, зачем.]

[Наверное, именно тогда я стала для него «трудной»?]

Мне тогда и в голову не пришло, что наши взгляды на происходящее расходятся.

Я не ответила. Только посмотрела с раздражением.

Люци заговорил снова, спокойно, но в этом спокойствии было столько боли:

«Тогда ты отвернулась от меня.»

[Да. Это было правдой.]

[Если ты не скажешь сейчас, я решу, что ты вообще не собираешься больше со мной говорить.]

А, он тогда просто промолчал.

[Понятно. Спасибо за всё. Пусть с вами будет слава, Ваше Высочество.]

Я разозлилась. Его желание отдалиться ранило меня. И я тоже поступила холодно.

«Потому что ты первый стал отстраняться. Я…я обиделась. Мне было больно. Я злилась...» - начала я, но вдруг замолчала.

Меня озарила догадка. И я поняла, что именно хочет сказать Люци.

Сердце забилось чаще.

«Если бы я не удержал тебя тогда, ты бы правда ушла, да?»

В его взгляде - спокойствие, уверенность.

И он прав.

«Да. Это правда.»

Я была уверена, что он побежит за мной.

[Но, если бы не побежал, я бы действительно ушла навсегда.]

[В моей жизни нет «любви издали». Я не умею так.]

Люци грустно улыбнулся, будто знал это с самого начала.

«Именно тогда ты и стала для меня трудной.»

«Ты была для меня важна. А я…казалось, был для тебя не таким уж нужным.»

«Нет! Ты был важен. Очень важен.»

«Но стоило тебе разочароваться, и ты готова была разорвать всё.»

[Ах…]

Я не нашла, что ответить.

Как бы я ни пыталась объяснить, вина была на мне.

[Моя решительность, моя чёткая граница, всё это оставило в его памяти страх.]

[Страх быть легко отвергнутым.]

[Особенно для Люци…У него ведь так мало людей, которым он может доверять…]

[Я даже не подумала, что моя твёрдость может быть воспринята как угроза.]

[Но я действительно оставила след. Непростительный след.]

«Прости. Прости меня. Я…я думала, ты…»

«Айсвин.»

Он прервал меня тихо, но твёрдо. В его глазах не было ни упрёка.

«Вот почему я не хотел тебе это говорить. Не вини себя. Не надо.»

«Как же не надо?»

[Я виновата. Это моя ошибка.]

Люци едва заметно улыбнулся.

«Есть только одна вещь, о которой ты должна знать…Я был просто трусом.»

[Теперь я понимала, почему он называл себя именно так.]

[Почему хотел, чтобы это выглядело именно так.]

[Он старался взять всю вину на себя, лишь бы мне не было больно.]

[Он пытался сделать так, чтобы я не чувствовала себя виноватой.]

[Он превращал мою вину в свою.]

[Я вдруг поняла: всё это время я получала от него заботу…даже не замечая.]

Сердце сжалось.

[Сколько же боли я могла ему причинить, даже не подозревая об этом?]

[Сколько чувств он заглатывал, не позволяя им вырваться наружу?]

И, будто подтверждая мои догадки, он внезапно сказал:

«Я слышал твой разговор с Иденом.»

Я вздрогнула. Он впервые заговорил о нём.

«Иден, мы просто друзья. Пожалуйста, не влюбляйся в меня. Если ты увидишь во мне кого-то большего, мы даже друзьями не сможем остаться.»

«!»

Он повторил мои слова…слово в слово.

«Откуда ты это знаешь?» - выдохнула я.

«В тот день Иден показался мне каким-то странным…Я пошёл за ним. И услышал.»

Я онемела.

До того разговора я как раз виделась с Люци.

[Я знала, что Иден не умеет скрывать свои чувства, и думала, что Люци уже всё понял, поэтому решила сразу всё расставить на свои места.]

[Но то, что он всё это услышал…]

[Я была так сосредоточена на Идене, что даже не обратила внимания на то, что кто-то мог быть рядом.]

[Теперь я понимала, почему Люци тогда так странно ответил, когда я спросила, нравлюсь ли я ему.]

«Я знал, что между тобой и Иденом всё иначе. Я это понимал. Но всё равно…никак не мог избавиться от страха, что ты скажешь то же самое и мне.»

На его лице промелькнула горечь.

[Какие бы ни были обстоятельства, он всегда считал, что не может сравниться с Иденом.]

«Люци…»

«Я знаю. С Иденом всё было бы иначе. Но в голове всё равно звучал этот вопрос: а вдруг ты и меня воспринимаешь только как друга?»

«Что, если, открыв тебе свои чувства, я навсегда тебя потеряю?»

Он пытался говорить спокойно, но голос дрожал, как и глаза, наполненные болью.

«Что, если…даже просто рядом быть уже не смогу?»

Он смотрел на меня с такой тоской, в глазах стояли слёзы, и казалось, ещё одно слово, ещё один жест, и он разрыдается.

Это было мучительно.

«Я…я…» - голос предал меня.

Грудь сдавило так, будто и правда что-то сломалось внутри. Его эмоции передались мне, целиком.

Люци медленно поднял руку.

[Это было настолько осторожно, будто он давал мне шанс увернуться, отвернуться, остановить его.]

Но я не отвернулась.

Сначала его пальцы едва коснулись моей щеки, почти невесомо.

А затем, словно собравшись с духом, он обхватил её всей ладонью. Его рука была большой, тёплой, надёжной. Я почувствовала себя в ловушке, не потому, что он держал крепко, а потому что не могла ни вдохнуть, ни пошевелиться.

Он медленно провёл рукой по щеке…несколько раз.

И наконец, будто вырывая из себя давно сдерживаемое:

«Айсвин…Я не представляю свою жизнь без тебя.»