Всё раздражало.

Это должно было стать долгожданной прогулкой, временем, предназначенным только для нас с Айсвин.

[Даже Харрисона ради этого оставил...]

[Но зачем он прицепился?] В конце взгляда Люций сидел, а Дамиан с самодовольной ухмылкой.

«Я давно не появлялся, но скоро опять уезжаю. Прости. Давай хотя бы сегодня просто проведём время вместе, хорошо?»

[Это я виноват в том, что не смог отказать Айсвин, она выглядела так, будто сгорала от чувства вины.]

«О? У тебя тут что-то.»

Айсвин указала на рукав Дамиана. Тот посмотрел и сделал неловкое лицо.

«Даже не знаю, когда так запачкался.»

[Такой ловкач...]

[С его-то характером? Это явно было нарочно. Никаких сомнений.]

«Ай-ай-ай, надо быть аккуратнее. Вот, вытри этим.»

Как и ожидалось. Айсвин достала из пазухи носовой платок и протянула ему.

«С благодарностью воспользуюсь.»

Дамиан принял платок с вежливой улыбкой глазами. Айсвин легкомысленно махнула рукой, мол, ерунда, и поспешила: ну давай же, вытирай.

Наблюдая за этим, Люций чувствовал, как внутри всё скручивалось.

[И у меня должен быть такой платок.]

[Он сделал это специально, чтобы привлечь внимание Айсвин и заполучить её платок. Это была до смешного прозрачная уловка, и Люций злился ещё и на Айсвин, что она повелась.]

Если бы мог, он бы вырвал платок у него из рук. Он ненавидел, когда даже что-то малейшее от Айсвин оказывалось у того.

И будто почувствовав его взгляд, Дамиан чуть приподнял уголки губ.

[Убить бы его…]

Его желание обладать Айсвин было настолько сильным, что временами рождались пугающие импульсы. Особенно это ощущалось рядом с Дамианом.

Но, несмотря ни на что, он сдерживался…

«Люци?»

Голос Айсвин звучал осторожно. Он встретился с ней взглядом, она внимательно его изучала.

«Что?»

«Попробуй это. Я специально сделала для тебя, ты ведь это любишь.»

Она протянула ему сэндвич. Сэндвич с яичным майонезом. Простой, но приготовленный руками Айсвин. [Он был особенно мягкий, нежный, чуть сладковатый. Точно как она.]

«Спасибо.»

Когда он взял сэндвич, лицо Айсвин озарилось тёплой улыбкой. Такая сладкая улыбка в одно мгновение растопила всю злость.

«Я же для тебя старалась, ешь побольше.»

[И с такими словами, как можно было злиться?]

***

Он сдерживал ревность и желание обладать только потому, что чувствовал, Айсвин всё же чаще заботилась именно о нём.

Он не имел права требовать от неё большего, получая даже это.

[Даже это, уже избыточное желание...]

С детства он уступал Айсвин во всём. У него не было ни тёплой семьи, ни достатка.

Он не мог ей ничем помочь.

Поэтому не смел сказать, что любит её. Он был ничем.

Даже его статус члена Императорской семьи, и тот был лишь красивой ширмой. Ему оставалось только бояться, когда его уберут, и как. Всё, что он мог, это преклонить колени, чтобы защитить Айсвин.

Он был слабым. Тем, кто не способен защитить дорогого человека. [Как он, такой, мог осмелиться говорить о любви?]

[Сейчас, в таком положении, эти чувства были бы лишь бременем для неё.]

Он мог признаться только тогда, когда станет тем, кто способен защищать.

Он думал, что сможет признаться, когда устранит Императрицу Изабель. Но всё оказалось не так просто.

Видимо, он слишком долго был в тени, знать вечно вставляла палки в колёса.

Странно было лишь то, что Император закрывал на всё это глаза.

Но не время было предаваться пессимизму.

Люци начал уговаривать тех, кто мог быть полезен, и устранять тех, кого терпеть было нельзя.

Он почувствовал, что стал сильнее, но…всё равно не мог сказать.

Он боялся. Не только не знал, что чувствует Айсвин, самое страшное было в том, через что ей придётся пройти, если их отношения изменятся.

Она задыхалась даже от обычных этикетных занятий. А если это будет Императорский двор, он просто задушит её.

Он не мог просить её на такую жертву.

Он не хотел сдерживать её сияние.

Он не мог отказаться от титула наследника. Точнее, сам титул ничего не стоил, от него можно было отказаться в любой момент.

Но то, что он узнал, пока копил силу…теперь он не мог отступить.

[Когда всё закончится…тогда...]

Он пытался не спешить. Верил в слова Айсвин, что она не интересуется мужчинами и выйдет замуж не скоро.

***

[Люци, а ты меня любишь?]

Внезапный вопрос.

И сразу за ним, словно гром с небес:

[Чтобы продолжить род, мне нужен муж. Так что я ухожу. Всем приятного аппетита и хорошей жизни.]

Он и представить не мог, что всё вот так резко завертится.

[Её стремительный уход, для неё это было слишком.]

[Если бы она только немного подождала…он бы всё закончил!]

Он попытался уладить дела во дворце как можно быстрее и поехал за ней. Но когда он всё же оказался рядом, перед ним стояла холодная Айсвин.

Он знал, что она может быть холодной, когда уходит. Но её взгляд пронзал сердце.

И вместо красивого признания, он просто не сдержался.

[Я тебя люблю.]

Потому что чувствовал: если не сейчас, то никогда.

[Айсвин…я не представляю свою жизнь без тебя.]

Он просто отчаянно держался.

Она была его смыслом. Ради неё он жил, и будет жить. Он не мог её потерять.

На самом деле, он даже боялся. Боялся, что она ответит: «Давай останемся друзьями. Навсегда.»

Айсвин отказала. Но не так холодно, как он боялся.

То, что она продолжала вести себя с ним по-прежнему, означало, что шанс ещё есть.

Айсвин сама не знала, что чувствует.

[Она всё ещё как ребёнок...]

[Если он сейчас вложит усилия, если сможет завоевать её сердце, всё получится.]

[Она словно не понимала, что чувствует, значит, он просто будет говорить ей о своей любви до тех пор, пока она не поверит.]

Он не может остаться просто другом.

[Потому что с самого начала, для него была только Айсвин.]

Что бы ни случилось, он должен завоевать её сердце.

***

К сожалению, у него не было даже шанса приложить больше усилий, повестка пришла внезапно.

Очевидно, её отправили в тот момент, когда он находился вне столицы, чтобы не дать времени на подготовку.

К счастью, он успел предупредить Айсвин накануне вечером, и она вышла, чтобы проводить его.

«До свидания.»

Глядя на её лицо, он никак не мог заставить себя уйти. Слова «А может, просто сбежать с тобой?» подступили к самому горлу.

Но чтобы остаться рядом с Айсвин, спокойно, по-настоящему, он должен был закончить начатое.

«Я скоро вернусь.»

Он словно давал обещание самому себе.

Покинув особняк, он направился в самую крупную гостиницу поблизости. Поднялся в лучший номер и постучал.

Дверь открылась почти сразу, и перед ним появилось раздражающе знакомое лицо, именно его он и ожидал увидеть. Тот слегка удивился, но тут же натянул свою фальшивую улыбку.

«Как ты меня снова нашёл?»

Гладкое, холёное лицо Дамиана раздражало каждый раз, когда он на него смотрел. Видимо, чувства были взаимны.

«Разве не очевидно? Ты ведь тоже слышал про брачную встречу Айсвин.»

Он знал, что у Дамиана на Айсвин недобрые намерения, и потому мог предугадать, что тот тоже будет здесь.

[Удивительно лишь то, что он не остановился в особняке Айсвин.]

Подумав немного, он сразу понял причину. В отличие от него, Дамиана она не приняла.

[Потому что Айсвин безжалостна, когда закрывает дверь.]

Сколько же он сам колебался из-за этого…Но теперь, когда всё свершилось, результат был очевиден.

[Но всё же…Я в более выигрышной позиции, чем этот тип, верно?]

Люци не стал скрывать зародившееся удовлетворение.

«Если ты не в особняке Айсвин, то, естественно, остановился в лучшей гостинице.»

Ухмылка, которую он бросил, значила: «Ты проделал весь путь сюда, но тебе даже не позволили остаться у неё. А я остался.»

Губы Дамиана дёрнулись, а взгляд, которым он посмотрел, был до предела наглым.

«Ну надо же, с утра пораньше пришёл ссориться?»

«Увы, на это у меня времени нет.»

Он и сам бы с радостью ещё сильнее взбесил бы его, но, действительно, не было времени. Если бы было, он бы не явился вот так.

Он оттолкнул Дамиана и прошёл внутрь. Тот не стал препятствовать, но своё раздражение и не думал скрывать.

«Прямо в духе Его Высочества наследного принца, такое галантное поведение.»

Сарказм он пропустил мимо ушей.

«Думаю, ты тоже уже в курсе.»

Как только Люций перешёл к сути, на лице Дамиана исчезло раздражение, и появилась насмешливо-горькая улыбка, мол, «А-а, вот зачем ты пришёл!»

«Ну, конкретных известий я не получал.»

И в этом вся его суть. Он точно всё знал, но делал вид, что не в курсе, и это бесило больше всего.

«Ты ведь и сам получаешь новости из столицы.»

Он знал, что у Дамиана есть свой источник информации. [Нет ни малейшего шанса, что тот, находясь здесь, ничего не слышал.]

«Ну да, слух дошёл. Будто бы Его Высочество получил повестку, верно?»

[Как и ожидалось, знал всё.]

И, конечно, не упустил шанса добавить тихо, с яркой улыбкой:

«Хотя это ведь не моё дело, правда?»