[Признание Люци тоже оказалось для меня настоящим потрясением. Меня ошеломила глубина его чувств, до такой степени, что мне стало стыдно за все прежние сомнения, будто он мог не испытывать ко мне симпатии.]

Я растерялась, и, что хуже всего, сердце моё было неспокойно.

[Как справиться с человеком, который воспринимает каждое моё слово как судьбоносное, который не представляет своей жизни без меня?]

[И у Дамиана, как и у Люци, чувства были слишком сильными, чтобы можно было их просто проигнорировать.]

[Поэтому я не могла сказать ничего.]

[Его слова - «Я подожду, чтобы ты ни делала» были слишком серьёзны, чтобы отмахнуться от них.]

Я не смогла даже взглянуть ему в глаза. Мой взгляд всё время скользил в сторону, горло сжимало, как будто воздуха не хватало.

Пока я молчала, не в силах найти слова, Дамиан осторожно протянул руку и очень бережно коснулся кончиков моих пальцев.

Его прикосновение было прохладным, но от него исходило особое тепло.

Когда я подняла глаза, на его лице была та самая безмятежная улыбка, словно нарисованная.

«Эти слова не для того, чтобы возложить на тебя груз, Айсвин.»

Он говорил спокойно, но я чувствовала, что его пальцы чуть дрожат.

[Значит, он тоже волнуется…]

[И от этого мне становилось ещё больнее. Даже сейчас он больше думает о том, как я отреагирую, чем о себе.]

[На самом деле я уже всё решила.]

[Как и с Люци, как и с Харрисоном, я собиралась отказать.]

«Дамиан…Я, я…»

Но тяжесть на сердце не давала этим словам вырваться наружу.

«Не нужно. Просто забудь. Забудь, что я что-то говорил.» - перебил он меня, будто заранее знал, что я собираюсь сказать.

[А, в его взгляде было столько нежности, что от этого только хуже, как будто груз на душе стал ещё тяжелее.]

«Я…я не могу так просто забыть.»

[Ты ведь обязательно пострадаешь, если останешься рядом со мной.

Я не могу просить тебя терпеть эту боль.]

«Я хорошо понимаю, что сейчас твоё сердце не со мной.» -

улыбка на его лице оставалась спокойной, но в ней читалась настоящая печаль.

«Но это мой выбор - ждать. Ждать, надеясь, что когда-нибудь ты повернёшься ко мне.»

[Он говорил это так просто…и при этом снимал с меня всю вину.]

[Он не хотел, чтобы я чувствовала себя обязанной.]

«Когда ты почувствуешь, что всё перепробовала…когда поймёшь, что не осталось ничего, о чём жалеешь…»

Его голос звучал мягко, но с надрывом.

«Просто запомни: я буду рядом.»

В этот момент, глядя в его спокойный, но напряжённый взгляд, я, кажется, впервые по-настоящему увидела всю глубину его чувств.

«Это всё, о чём я прошу.»

На эти слова, произнесённые шепотом, с этой едва уловимой, разрывающей душу улыбкой…я так и не смогла ничего ответить.

***

«Мисс, вам понравилось?»

«Да. Было хорошо.» - ответила я, едва заметно улыбнувшись на вопрос няни.

Хотя меня терзали сомнения, я изо всех сил старалась не показать это. Видно было, что она переживает за меня.

«Аврора внимательно слушала все мои рассказы.» - улыбнулась она в ответ, и морщинки на её лбу разгладились.

«Я рада, что вам стало легче.»

«А Хванггыми?» - озабоченно огляделась я. [Она даже не вышла меня встретить, это было странно.]

[Утром я ушла одна, она тогда так крепко спала. Обычно она бы уже бегала, прыгала, звала меня. А сейчас - тишина.]

«Спит у себя на кроватке.»

«До сих пор?»

Я быстро подошла к её кровати, и правда, спит, ни звука. Сердце тревожно ёкнуло.

«Она весь день не вставала?»

«Проснулась только, когда пришло время есть.»

[Значит, поела вовремя. Но всё равно, она слишком вялая. Слишком долго спит. Это не похоже на нее.]

«Не заболела ли она?»

«Ест-то хорошо.» - буркнула няня с выражением, будто смотрит на безработную дочку, которая слишком вольготно устроилась дома.

[Да уж. Пусть у нее и пузико, как надутый шар, и крошки на мордочке после еды, я всё равно чувствовала, что с нее что-то не так.]

«Хорошо хоть ест…»

Я хотела этим себя успокоить, ведь говорят, что аппетит исключает серьёзную болезнь.

Но няня лишь покачала головой:

«Ещё бы! Сегодня она устроила целый скандал, мол, еды было мало.»

В последнее время я стала класть её больше, потому что она явно стала есть больше. [Но и этого оказалось недостаточно?]

«Я же просила класть побольше.»

«Так она всё съела, и потребовала ещё.»

«Съела всё?»

Я поражённо посмотрела на Хванггыми. Её живот сегодня выглядел особенно круглым, но ведь она всё равно была маленькой, помещалась у меня на ладони.

[Как вообще столько еды уместилось в её теле?]

Я осторожно коснулась её живота, она только поворочалась и продолжила сладко спать, причмокивая губами.

[Такое чувство, что она даже во сне ест…]

«Так дело не пойдёт. Няня, пожалуйста, завтра найди ветеринара.»

[Теперь она - моя семья. И я не прощу себе, если пропущу что-то серьёзное.]

«Думаю, вы правы. Она и правда слишком много ест и спит.»

[Похоже, няня тоже согласна, хоть и по другой причине.]

[Но дело было уже к вечеру, поэтому решили заняться этим с утра.]

А потом я задала вопрос, который давно вертелся на языке:

«А, где сейчас Люци и Харрисон?»

Старалась говорить как можно спокойнее, но взгляд няни стал подозрительно прищуренным. Я инстинктивно отвела глаза.

«Наверное, в своих комнатах. Хотите с ними увидеться?»

В голосе появилась холодность.

«Нет. Я просто…подумала, может, они уже уехали.»

«После того, как столько прошли ради вас? Вот прямо так бы и уехали?»

[Она явно всё ещё была зла. Обычно она так явно не выражала своих эмоций, но сейчас - другое дело.]

[Она переживала за меня. Я это понимала. Но и позволить ей дальше вмешиваться не могла.]

«Няня, присядь, пожалуйста.»

«Не хочу.»

На секунду мне показалось, что я ослышалась.

Я никак не ожидала от неё такого ответа.

Когда я удивлённо посмотрела на неё, она сказала:

«Я знаю, что вы хотите сказать, миледи. Но…я не хочу этого слышать».

Няня повернулась ко мне спиной. [Было поразительно видеть, как человек, который всегда был рядом и заботился обо мне, вдруг отвернулся.]

«Няня…»

Конечно, услышав мой потрясённый голос, она тут же развернулась и подошла ближе.

«Я не злюсь на вас, миледи.»

«Я знаю. Няня не может на меня злиться. Но...мне всё равно стало больно.»

Няня быстро заключила меня в объятия.

«Прости. Я повела себя не по-взрослому.»

«Нет, это я должна извиниться. Я не поняла, что вы чувствуете…Но были причины…»

«Миледи.»

«Да?»

«Сколько лет я рядом с вами? Думаете, я не могу догадаться, что происходит?»

«Ты...правда всё знаешь?»

«Это было что-то вроде "ты мне не нравишься" или ещё какой-то вздор, верно?»

Я невольно раскрыла рот от удивления. Няня продолжила:

«Я ведь наблюдала не только за вами. Я давно слежу и за ними.»

«Н-но...откуда ты это знаешь?»

«Это же очевидно. Все трое влюблены в вас. А вы…колеблетесь.»

Моё лицо моментально покраснело.

«Ты всё это видела?»

«Конечно. Разве это не вы сами у них спросили, нравитесь ли вы им?»

[Няня что, ясновидящая?]

Я растерянно кивнула, а она с лёгкой улыбкой поправила выбившуюся прядь волос за моим ухом. Даже в этом простом жесте чувствовалась её ласка. Её руки всегда умели успокоить моё сердце. Становилось немного легче, и я склонила голову к ней на плечо.

«Как я могу не знать свою миледи? Вы ведь просто ждали. Это было нелегко, да?»

«Удивительно…ты всё угадала.»

«Мне тоже не нравится, что они заставили вас ждать.»

«Но у них же были обстоятельства…»

«Обстоятельства, это, конечно, важно. Но я считаю, что они должны были признаться вам в своих чувствах.»

«А вдруг они и правда не могли этого сделать?»

Няня отстранилась и посмотрела на меня с каким-то особым выражением, взглядом, полным жалости. Затем она снова обняла меня и стала ласково гладить по голове. Я почувствовала себя маленькой девочкой.

«Я понимаю. Особенно Его Высочество, у него были свои причины. И даже сейчас, если честно...»

Няня вдруг осеклась.

«Даже сейчас?»

Я подняла голову и с подозрением посмотрела на неё. Она поспешно стерла с лица выражение замешательства и улыбнулась, как ни в чём не бывало.

«Ничего, не беспокойтесь, миледи. Это не то, о чём вам стоит думать.»

[Вот теперь точно стоит беспокоиться...]

«Почему ты не хочешь сказать?»

«В любом случае, миледи, если уж у них и были причины, они могли бы рассказать о них заранее. Тогда вы не страдали бы так сильно.»

«Но, возможно, правда не могли…»

Когда я сказала это и встала, на лице няни появилось беспокойство. [Вначале я думала так же, как она, но чем больше она упрекала их, тем больше мне хотелось их защищать.]

Она взяла меня за руки:

«Миледи, в жизни неизбежно встречаются трудности.»

[Хотя в этой жизни всё у меня складывалось удивительно гладко, я понимала, что вообще-то жизнь лёгкой не бывает.]

«Я знаю…»

[Но в глазах няни, это, наверное, звучало как слова наивного ребёнка. Именно так она на меня и смотрела.]

«С возрастом и проблемы становятся больше. Если вы уже сейчас начинаете скрывать что-то друг от друга…что же будет потом? Чем ближе вы становитесь, тем больше нужна честность.»

[Честность...Эта мысль касалась и меня тоже.]

***

Я легла пораньше, но заснуть никак не удавалось, мысли клубились в голове. Я долго ворочалась в постели, пока, наконец, не поднялась. Просто сидеть было тяжело, казалось, что не хватает воздуха.

Я подошла к окну и распахнула его. В лицо ударил холодный утренний воздух, я невольно поёжилась. Но благодаря этому холодку мне стало немного легче дышать.

Вздохнув, будто прогоняя тяжёлые мысли, я подняла глаза, и встретилась взглядом с парой ярко-красных глаз.

Сердце тревожно забилось. В саду стоял Люци, похоже, он тоже не мог спать и вышел прогуляться.

«Что ты тут делаешь в такое время?»

К счастью, голос у меня остался спокойным.

«Не спалось.»

[Может, из-за темноты, в которой он стоял, его образ казался каким-то другим, в нём ощущалось напряжение, которое невозможно было объяснить.]

После короткой паузы он спросил:

«Можно мне подняться?»

Я кивнула, это было молчаливое согласие. Естественно, я подумала, что он зайдёт через парадную дверь.

Но Люци одним стремительным движением оттолкнулся от дерева, затем, используя балкон нижнего этажа как опору, легко запрыгнул ко мне.

Я в изумлении посмотрела то на него, то на нижний этаж.

[Люди вообще так могут?]

[Я знала, что Люци занимается фехтованием. Что он - главный герой, обладает выдающимся талантом и в будущем станет величайшим мечником этого мира. Но видеть это воочию, это совсем другое.]

[Для меня он всегда был…обычным. Да, наследный принц, да, слишком красив, но всё же обычный: немного ребячливый, иногда даже капризный. А сейчас…]

[Он слишком…невероятный.]

Он тихо вздохнул, глядя на меня, всё ещё находившуюся в шоке от его прыжка.

«Ты хочешь простудиться на таком холоде?»

Он укоризненно посмотрел на меня, снял свой верхний плащ и накинул мне на плечи.

Плащ был большой, он мгновенно укрыл меня с головой. В нём сохранялось его тепло, его запах…

[Странно…что-то не так…]

Моё лицо вдруг вспыхнуло, сердце заколотилось.