Когда Стивен был ребёнком, он ненавидел Люция. [Ненавидел его просто за то, что тот существовал. Он винил в нём всё, даже то, что мать не признаёт его.]

[Стивен, ты должен быть лучше него.]

Эти слова она произносила каждый раз, когда встречала Люция. Для Стивена стало естественным, нужно было побеждать брата, во что бы то ни стало.

[Да.]

[Если ты окажешься ничтожеством, тебя просто выкинут.]

Мать снова бросила взгляд на Люция тот сидел один в углу.

Это был чайный приём, устроенный ею, женщиной, которой покровительствовал сам Император. Пришли многие знатные семьи, в том числе и дети Стивена - ровесники.

Но никто не подошёл к Люцию. Его будто не существовало. Он сидел, опустив голову, дрожащий, чужой.

Стивен тогда поклялся: он никогда не будет таким. Никогда не станет слабым.

[Я буду стараться.]

Мать впервые улыбнулась ему тепло:

[Вот так, это, мой сын.]

[После этого занятия стали бесконечными. Как наследник престола он понимал, что обязан учиться, но...Всё было невыносимо скучно и мучительно.]

[Учитель этикета жалуется. Это всё, на что ты способен?]

[Мама…но это слишком сложно…]

[Хватит!]

[…]

[Не ищи оправданий. Считаешь, что чего-то не умеешь, добейся. Работай больше.]

[…Да.]

[Он и правда старался. Но некоторые вещи просто были выше его сил. И вот, однажды, услышав, что его зовут, он с радостью побежал к матери.]

[Мама.]

[Сядь.]

Её голос был холоден. Он послушно занял место напротив, наблюдая, как она осторожно ставит чашку на стол.

[Стивен, ко мне приходил учитель политологии.]

Имя учителя заставило сердце замереть. Он уже понял, почему её глаза были такими ледяными. Опустил голову.

[Похоже, ты знаешь, зачем я тебя позвала.]

Чашка с грохотом опустилась на блюдце.

[Мне действительно стоит это слушать?]

Холодный взгляд пронзил его.

[Простите.]

[Принц Стивен, ты должен быть полезным.]

[Каждый раз, когда она была такой, он чувствовал: если он станет бесполезным, его просто выбросят.]

[После этого занятия стали ещё жестче. Мать твердила: однажды весь мир будет принадлежать ему. Но он не понимал, зачем всё это? Зачем столько учиться?]

[Учителя только и делали, что указывали на его ошибки. И в их взгляде он чувствовал, они были разочарованы.]

И лишь позже он узнал, почему.

[А, вот принц Люций всё понимает с полуслова.]

[У него явно больше способностей.]

[Как жаль…если бы ему дали возможность, он добился бы большего.]

[Тсс…тише. Удача, тоже талант.]

[Да, у него есть "покровитель". А это тоже сила.]

Он случайно подслушал, как шепчутся учителя. Официально они были назначены для обучения Стивена по приказу его матери.

[Но на самом деле, они сравнивали его с Люцием. И считали, что в нём нет потенциала.]

[Это было унизительно. Но он не мог ничего сказать. Потому что если бы он возмутился, это означало бы, что он признаёт свою никчёмность.]

Впервые он получил похвалу только на уроках фехтования.

[Ваше Высочество, у вас талант к мечу.]

[Талант?]

[Да. Настоящая кровь Императора.]

Он был взволнован. С сияющими глазами побежал к матери.

[Мама, мне сказали, что у меня талант к фехтованию!]

Он хотел поделиться с ней своей радостью. Хотел показать, что он в чём-то хорош.

Но мать лишь сухо ответила:

[Надо будет назначить тебе наставника из рыцарей. Учись как следует.]

[Никакого восхищения. Ни тени надежды. Он понял: она ничего от него не ждёт.]

[Потому что всё, что по-настоящему стоило внимания, было в Люцие.]

[Но и у Люци не было шансов. Мать лишила его возможностей, он ничего не мог сделать сам.]

[Только…он не сдавался.]

[Люций продолжал идти вперёд, несмотря на холод, презрение и отвержение.]

[А, чем сильнее он держался, тем яростнее становился гнев матери.]

[Этот глупец не понимает, когда нужно сдаться!]

[Из-за него Стивен не может быть первым! Ты должен победить его любой ценой!]

Она срывалась на крик, когда не могла сдержать злость.

[Да. Всё из-за Люция. Именно он был причиной всех страданий - его и его матери.]

[И вот, однажды, Стивен победил. Пусть это была мелочь, но он впервые победил Люция даже без настоящей подготовки.]

Он ждал похвалы.

Но услышал лишь:

[Так надо было с самого начала. Тогда бы и не пострадал.]

[Ни радости. Ни сочувствия. Только упрёк.]

[В тот момент он понял: его жизнь всегда будет такой. А усилия - бесполезны.]

[Всё стало безразличным.]

[И вдруг…мать перестала трогать Люция. Хотя всегда ненавидела его больше всех.]

[Даже учитывая политическую осторожность, Стивен чувствовал: её бездействие было странным.]

Вскоре он понял причину.

Он начал замечать: [отношения между Люцием и Айсвин, были…странными.]

[Маленькая девочка заботилась о нём с искренностью. И сам Люций, казалось, опирался на неё. Это выглядело почти смешно.]

[Императрица! Принц Люций тоже в чём-то хорош!]

Малышка смело возразила матери Стивена. С не по-детски серьёзным лицом она встала на сторону Люция.

[А? Что, все взрослые тут собрались, чтобы дразнить принца Люция?]

[Иногда она говорила такие правильные, простые вещи, что его мать чувствовала неловкость. Стивен был уверен: это ненадолго. Скоро мать обидится, и всё между Айсвин и Люцием закончится.]

[Мать никогда не прощала, даже детям. Но, как ни странно, с Айсвин она ничего не делала.]

[Стивен, слышала, в последнее время ты совсем не сосредоточен на занятиях. Когда же ты возьмёшься за ум?]

Его материны упрёки пролетели мимо ушей. Раньше от таких слов сжималось сердце, но теперь - нет. Её колючий взгляд больше не вызывал прежней боли.

Он почти не слушал, когда к ней подошла служанка и что-то шепнула. Взгляд матери резко изменился.

[Хорошо. Веди его сюда.]

Служанка вскоре вернулась, ведя за собой Люция. Стивен даже замер: [не ожидал, что брат сам придёт к матери. Особенно сегодня, после того, как она унизила его, а Айсвин, как назло, снова вмешалась и испортила сцену. День выдался тяжёлый для всех троих.]

[Я знала, что ты придёшь.]

В голосе матери звучало удовлетворение. Стивен сразу понял: [это не в первый раз. Всё уже давно идёт по чётко выстроенному сценарию.]

Мать светилась от довольства, а лицо Люция было натянуто, как струна.

[Я пришёл с просьбой.]

[Он просит? Он, гордый Люций, просит мать о чем-то?]

Стивен не мог этого понять.

[Не похоже, что ты пришёл просить.]

Мать насмешливо вскинула бровь, словно всё шло так, как она и ожидала. Люций сжал губы, потом опустился на колени и склонил голову.

[Прошу, не трогайте Айсвин.]

Стивен замер. [Он не верил своим ушам. Гордый, упрямый Люций просит за другого? Да, сегодня Айсвин опять встала на его защиту, чем только сильнее разозлила мать. Видимо, из-за этого он и пришёл.]

[Стивен знал, как брат ненавидел проигрывать. Сколько раз им приходилось сражаться только потому, что мать этого требовала? Люций всегда сопротивлялся до последнего. Даже когда было легче просто сдаться, он всё равно боролся.]

[И теперь он стоит на коленях, не ради себя, ради неё.]

На лице матери расцвела улыбка, исполненная мстительного удовлетворения. Она наслаждалась этим моментом.

И Стивен вдруг понял: [Она использует Айсвин как рычаг. Хочет приручить его через неё.]

[Но почему Люций позволяет это? Почему принимает унижение? Он же презирает проигрыши больше смерти…]

[Зачем? Ради кого? Ради чего?]

Он не знал. Не понимал. Только наблюдал, как брат продолжал стоять, опустив голову, словно ждал приговора.

[Раз уж принц так просит, в этот раз я промолчу.]

Люций поднялся только после этих слов.

[Благодарю.]

[Он поклонился, с достоинством. Не так, как входил, с болью на лице, а спокойно, твёрдо. Его спина, когда он уходил, казалась несгибаемой.]

Стивен так и не понял, что произошло. Но этот момент навсегда врезался в память.

***

«Зная всё это…как я могу ещё чего-то хотеть?»

Голос Стивена стал тихим, горьким. Он закончил рассказ, будто облегчённо отпустив долгую тяжесть.

«Я…Я даже не представляла, что всё это происходило.»

[Я действительно не знала. Не могла даже представить, что Люци делает такие вещи за моей спиной.]

«А он бы стал объяснять? Ты же знаешь, какой у него характер.»

[И правда. Это и удивляло сильнее всего.]

[Я знаю, какой он, этот упрямец. Я думала, что защищаю его. Забочусь о нём, ведь он младше.]

[Но реальность была другой. На самом деле, это он защищал меня. Тихо, незаметно.]

Смешались стыд, благодарность, тепло и боль. Всё перемешалось внутри. Но одна мысль стала ясной, как никогда.

[Я хочу увидеть его. Сейчас же.]