Она сглатывает слюну, сердце громоподобно бьётся, а глаза закрываются, чтобы скрыть слёзы, дабы не видеть город, погружённый в траур, не видеть память о её павшем противнике. Шествие в честь павшего героя. Она всё ещё чувствовала общую дрожь и беспокойство, что были заметны в толпе при её появлении. Обычно у неё не было намерения светиться, поэтому она выходила на улицу в обычной одежде, но что-то сподвигло её сегодня явиться в костюме, чтобы её узнали, принеся смятый, заплаканный листок с её посланием, что она написала прошлой ночью, после нескольких бокалов вина. По её появлению сотрудники полиции взяли её на прицел, но она оставалась достаточно далеко, дабы не представлять угрозы, и держала руки поднятыми вверх у всех на виду. Фиолетовые огоньки безмятежно танцевали у её пальцев, но в глазах не было никакой злости, только та же подавленность, что и у всех остальных. Она аккуратно спросила разрешение сказать несколько слов и достала письмо из кармана своего плаща.

Прокашлявшись, она подошла ближе, сделала вдох и начала читать:

– Я не хотела твоей смерти. – Её голос в этот раз звучал громче, отчётливее. – У нас всегда были разногласия. И это мягко сказано. Там, где я всегда скрывалась, ты сверкала ярче всех, ты сражалась за людей. Ты использовала все свои способности, свою силу, своё сердце, ты шла вперёд каждый раз, когда нужно было защитить невиновных. За это город любил тебя. Ты сражалась, чтобы защитить всех нас. В то время, когда ты уже начинала, я ещё была никем. Я никогда тебе об этом не говорила, но смотреть как ты поднимаешься каждый раз ради того, во что ты веришь и используешь свою силу, вдохновило меня. Я перестала прятаться и скрывать свою силу. Нет, я взялась за оружие не из-за своих идеалов, как это сделала ты. Я никогда не верила в хорошее и плохое, только в право сильного. Мне было нелегко расти, и я видела, что мир может сделать с людьми. Я выбрала сражаться за себя. Наконец дать отпор тому миру, который я ненавидела.

– По началу я не понимала, почему ты сражаешься со мной. Я старалась избавиться от коррупции и эксплуатации со стороны властей, что царили в этом мире. И да, я занималась этим ради себя. Я убивала людей. Это то, что во многом отличало нас, даже в столь горьком конце. Я убила много людей, но я никогда не хотела убивать тебя. И я никогда не пойму, почему ты не стала бы убивать людей, хотя это могло сделать твою работу значительно проще. Я считала, что они этого заслужили, каждый из них. Однако, сейчас я осознаю. – Её голос прервался. Она бросила свой взгляд на толпу, лист трепетал в её дрожащих руках, пока она не прижала его к себе. Она ожидала косых взглядов и гнева, но она видела лишь опечаленных людей. Людям она не была противна. – Не у каждого есть город, который бы оплакивал его уход. Но у каждого есть кто-то близкий. Всякая жизнь имеет значение, и смерть — это страх, не для тех, кто уже мёртв, но для… для тех людей, кто их любил.

– Долгое время я ненавидела тебя. Ты всегда становилась на пути всего, что бы я не делала. Ты не могла увидеть, что я совершаю все эти поступки ради блага этого мира, прямо, как и ты. Да, я смогла получить выгоду на своём пути, но, когда я начинала, у меня ничего не было. Так я это оправдывала… Я ненавидела тебя, но я никогда не хотела твоей смерти.

– Я не знала, кем ты была. Я никогда не пыталась понять, кто же скрывается за маской, и никогда не хотела знать, не беря в расчёт мимолётное любопытство. Я никогда… Я не знала, что это ты. Не до прошедшей ночи. Как только я прочитала имя, я произнесла его про себя десятки раз. Все встречи, что были отменены в последнюю минуту. Каждый раз, когда ты уходила с ужина, что я для тебя приготовила… временами твои “занятия боевыми искусствами” были немного более, чем серьёзными… – слёзы накатили на её глаза, и она уже не могла стоять спокойно, как прежде, держа руку у лица, дабы вытирать их. – Я не знала, что это ты до того момента, как села за стол поужинать и увидела в новостной ленте твоё имя. И сейчас я понимаю, что даже когда я ненавидела тебя и билась с тобой изо всех сил, вернувшись домой я любила тебя также отчаянно. Иногда мне хотелось рассказать тебе, кто я на самом деле, но сейчас я просто боюсь того, чтобы ты могла сказать.

Она сделала глубокий вдох, вздрогнув от ощущения руки на своём плече. Это была мать её девушки, про которую она совсем успела забыть, хотя та сидела позади неё. Она часто сидела напротив матери на семейных ужинах.

– О, Рейчел. – Мать шептала, её рука сжимала плечо. – Я боялась, что ты не придёшь.

– Конечно же я прийду. – Рейчел шепнула в ответ. – Ведь я люблю её.

Она снова уставила взгляд в толпу, в этот раз не наблюдая и следа беспокойства, что было ранее. Только эмпатия. Понимание. Многие среди толпы потеряли в этой трагедии, настигшей город, своих близких. Она сделала ещё один глубокий вдох, чтобы найти в себе силы сказать то, зачем она сюда пришла.

– Я любила её. Я люблю её до сих пор. И ни секунды об этом не жалею. Я только желаю… Я желаю, чтобы она была здесь. Так, чтобы я снова могла её обнять и сказать ей ещё раз, как я её люблю. Нужно было так много сделать, так много сказать и так много… спросить. Этот город не знал тебя так, как знала тебя я. Они знали ту твою сторону, которую не знала я, но стоя сейчас здесь, я могу сказать, что все они заботились о тебе. Ты вдохновила многих людей, ты тронула множество жизней. А я даже не подозревала об этом, совсем не думала в таком ключе. Именно это ещё то одно, что заставляет меня любить тебя ещё сильнее; оно заставляет меня подумать, что мои решения были правильными. – Она положила руку в карман, повернулась к матери девушки, которую любила, и прошептала. – Я вам ещё не говорила, но хотела кое-что сделать.

Кольцо блеснуло в лучах солнца. Ясный солнечный денёк проходил в полном свете. По переполненной площади пронесся коллективный вздох.

– Я так и не успела спросить, но… это было для тебя. У меня были сомнения. – Её ногти впились в её ладонь. – Я никогда не хотела твоей смерти. Ни разу с того момента, как положила на тебя глаз. Если честно, я влюбилась в тебя, даже не понимая этого. В то же время, я знала, что ты лучше, чем кто-либо другой. С тобой у нас бывали приятные тихие вечера и напряжённые сражения в воздухе. И я думаю, я уже тогда что-то к тебе чувствовала. Я клянусь тебе, прямо сейчас, что никогда тебя не забуду. Ни за что не забуду то, ради чего ты сражалась. Да, я не была хороша в том… ну, чтобы быть хорошей. Но я собираюсь попробовать. Это то, что я могу сделать. Я никогда не хотела твоей смерти. Я прошу у тебя прощения за то, сколько мы времени потратили на противостояние друг с другом. Мне жаль, что меня не было в тот момент рядом, чтобы помочь тебе. Я люблю тебя…

Её плечи вздрогнули, она повернулась в объятия женщины, которую считала своей второй матерью. Разрешив самой себе почувствовать этот момент соприкосновения и любви, прежде чем оторваться от него и подойти к гробу, о котором она изо всех сил старалась не думать. Глядя вниз на девушку, которую она любила, она пыталась убедить себя в том, что она всего лишь спит. Она взяла её за руки и осторожно вложила в её холодные ладони кольцо, аккуратно зажав его пальцами.

– Я люблю тебя. – Легонько она прошептала и, наконец, отступила назад. Фиолетовые языки пламени сгущались вокруг неё, и сию секунду она взмыла в небо, исчезая из виду людей на площади. – Я никогда не хотела твоей смерти. Ни разу в своей жизни.

Перевод и редакт: Suslik

Предварительное чтение: Hary