– Что случилось?

– Ничего не случилось. Но начиная с сегодняшнего дня я был назначен рыцарестражем принцессы и попал сюда.

– ?..

Я ослышалась? Я ущипнула себя за уши и опять оглянулась на Рендла. Рендл нахмурился и глубоко вздохнул.

– Начиная с сегодняшнего дня я стал рыцарем-стражем принцессы Стеллы, – снова ответил Рендл.

Мейри сглотнула, глядя в его нахмуренное лицо.

«Ты ведь не вызвался туда сам, верно?»

Рендл собирался стать рыцарем Гелиоса, чтобы восстановить славу нашей семьи. Это он говорил с самого детства. Конечно, стать стражем-рыцарем императорской семьи было честью. Однако это было далеко не повышение. Ведь он не попал в элиту рыцарей. Ни повышения, ни мотивации. Личная свобода была гарантирована, но поскольку он должен был тренироваться самостоятельно, у этой свободы были границы. Так что большая часть рыцарей не испытывала желания становиться рыцарями-стражами королевской семьи.

Сюда стремились рыцари, которые хотели жить на достойную зарплату, или рыцари, повышению которых существовали помехи из-за более влиятельных людей и те, кого сюда отправляли в вынужденную ссылку.

«Ссылка...»

Мейри раздраженно цокнула языком. Высока была вероятность того, что проблемы начались во время его тренировок и он попался на глаза власть предержащим. Прошло меньше недели, как такое могло случиться? Может, я выясню, если потом найду Грандиэля.

Мейри с жалостью поглядела на Рендла и вспомнила еще кое-что упущенное.

«Если так подумать, то у Стеллы не было рыцаря-стража».

В общем, мало кому хотелось быть рыцарем-стражем у императорской семьи, точнее, у родственников королевы. Под вопросом было то, можно ли доверить члена королевской семьи рыцарю-стражу, ведь они также могли общаться с другими семьями, поэтому ради обеспечения безопасности королевской семьи рыцарь-страж должен был породниться с императорской семьей.

У Стеллы, поскольку родственники ее матери, императрицы, были из королевства Бугенвиль, рыцарь-страж мог быть из любой семьи, но пока это место пустовало.

Даже Грандиэль, которого аристократы игнорировали, имел своего стража. Но Стелла всегда ходила с Эрикой и другими горничными.

«Столько лазеек».

Дело было не только в рыцаре-страже. Во всем дворце не хватало людей. Из-за наличия вакантных должностей мне часто приходилось бегать туда-сюда. Когда я всерьез задумалась о дворце Стеллы, Рендл, обладавший буйным нравом, надавил мне на голову и сказал:

– Не волнуйся обо мне и хорошо выполняй свою работу.

Ты прочел это по выражению моего лица? Я пыталась сказать, что все в порядке, но Рендл отвернулся быстрее. Я осознала это, глядя, как его спина движется прочь. Я опять не смогла сказать ему спасибо.

* * *

Случайно встретившись с Рендлом, я отправилась на поиски Дафни. Мейри спрашивала у проходивших мимо людей, так что ей быстро удалось отыскать Дафни.

– Дафни, у тебя есть минутка?

– Мейри? Я тоже тебя искала. Как хорошо, что мы встретились.

– Что происхдит? Чаепитие окончилось мирно, кажется, не случилось ничего особенного.

Я спросила, не произошло ли чего-то, о чем я не знаю.

– Нет, я хотела извиниться...

Это было неожиданно. Дафни утащила меня в свою комнату поговорить, потому что думала, что это займет много времени. Ее комната была напротив моей. Радиата, должно быть, ждет меня. Я переживала о Радиате, которая сидела в комнате одна.

Мейри села на стул, думая о том, что ей нужно поскорее поговорить с Дафни и вернуться.

– Я не относилась к тебе как к настоящей горничной. Мне жаль, что заставляла тебя днями напролет работать, не объяснив ничего, – с серьезным видом склонив голову, сказала Дафни.

– Мне на самом деле все равно.

Когда Дафни впервые попросила меня передвинуть вазу вместе с ней, я подумала, что так она пытается вывести меня из себя.

Мейри не заслуживала своего места, но она пришла работать сюда горничной. И она была горничной принцессы, поэтому не должна была выполнять чужую работу. Однако, работая вместе с Дафни, чтобы помочь подготовиться к чаепитию, я быстро заметила, что это не было намеренным. Ведь ее отношение ко мне было мне приятно.

Дафни, понизив голос, прошептала:

– На самом деле в императорском дворце не хватает людей. Ну, все дело в запутанной политике.

– Политике?

– Да, я слышала кое-какие детали от старшей..

Затем она стала описывать ситуацию во дворце. Ее история возвращала нас к тем временем, когда еще была жива императрица.

– Ты знала, что ее величество императрица была принцессой королевства Бугенвиль?

– Да.

На самом деле Мейри не знала об этом, но она кивнула и притворилась, будто была в курсе.

«Насколько я помню, кажется, что в оригинале упоминалось разок о королевстве Бугенвиль».

О далеком от империи королевстве.

Аристократов настораживало, что император набирает силу, поэтому они порекомендовали ему в жены благородную женщину из семьи графа и принцессу из чужого королевства, чтобы у императрицы не было родственников.

«Так аристократы привели во дворец тех, кто не мог воспользоваться силой своей семьи и едва ли что-то умел, с ними было проще справляться».

Даже в общество сложно войти, не имея поддержки семьи. Однако, вопреки ожиданиям, королева оказалась хорошим политиком. Она воспользовалась своим положением, чтобы взять контроль над светским обществом и установить связи.

Большая часть роялистов поддержала королеву, поэтому, естественно, она завязала отношения с аристократами. Дворянство попыталось поколебать положение императора с помощью королевы, а королева – расширить свое влияние с помощью дворянства. Их интересы были общими, и они использовали друг друга.

Золотым временем для Стеллы были годы ее детства. Даже тогда император еще был слаб и аристократы терзали его, но благодаря сотрудничеству императрицы с ними Стелле удалось поладить с дворянством, хотя она и была из императорской семьи. Все было идеально... пока не родилась Лилиана, младшая принцесса.

– После смерти императора все дворяне, защищавшие ее, отвернулись. Аристократы перестали ценить Стеллу, вышедшую из императорской семьи.

Стелла, не ладившая с роялистами, пока император еще был жив, в итоге оказалась в изоляции от общества. Только теперь я поняла, что за невероятные вещи происходили на чаепитии.

– По прошествии времени бюджет, выделяемый дворцу, снизился, но роскошь принцессы осталась прежней. Вот почему она не ладит с кронпринцем.

– Принцесса в плохих отношениях с кронпринцем?

– Ну, не то чтобы в плохих, просто он ей не нравится. У кронпринца дурная репутация среди дворян, поэтому ее тоже игнорируют, когда она с ним вместе.

Об этом я слышала впервые.

Мейри понятия не имела, что их отношения не были хорошими, она считала, что все дело просто в том, что они сводные брат и сестра.

«Я думала, что Грандиэль просто не нравился Стелле, а причина была в другом».

Пока я размышляла об отношениях Грандиэля и Стеллы, Дафни продолжила свою историю.

– Как бы там ни было, принцеса продолжала увеличивать количество своих горничных.

Количество горничных было напрямую связано с авторитетом их госпожи. Элитные горничные, обладавшие родословной, красивой внешностью и безупречными манерами были нарасхват. Стелла, которой не хватало ресурсов и связей для их поисков, решила увеличить количество. Количество превыше качества!

– Бюджет, выделенный на слуг, также был ограничен, и если увеличить количество горничных, то, соответственно, придется сократить прочий штат. Потому-то слуг и было мало. Сложно было даже организовать небольшое чаепитие.

Это отвечало на все вопросы, которые у меня появились, когда я увидела Рендла.

– Но Дафни – тоже горничная. Зачем тебе этим заниматься?

– Я хочу стать главной горничной! Поэтому сначала хочу набраться опыта во дворце, поэтому я расспрашиваю горничных и решаю многие вопросы. Ты хочешь попробовать это, чтобы понять, в чем соль работы?

Она правда была лучшим примером для лидера. Мейри уставилась на нее, снова восхищаясь тем, как она хороша. Похоже, она не отказалась бы ни от какого дурного поступка ради достижения цели.

– Спасибо, что сказала мне.

– Спасибо, что приняла мои извинения. Я честно думала, что я тебе не понравлюсь.

– Только Дафни и заговорила со мной. Как я могла тебя возненавидеть?

Дафни, словно смущенная, поскребла щеку и затем сменила тему.

– А! Ты меня тоже искала. Что происходит?

Дафни напомнила ей о том, что она чуть не забыла. Прибыла новая горничная, и Мейри будет помогать ей и обучать работе во дворце, потому что та еще не привыкла жить во дворце в качестве служанки.

– Понятно, – радостно согласилась Дафни.

Во дворце Стеллы она наконец-то нашла кого-то, кому можно было довериться.

Я в восторге отправилась брать форму горничной для Радиаты вместе с Дафни.

Когда Мейри, взяв форму и немного поболтав с Дафни, уже собиралась вернуться в комнату, кто-то позвал ее.

– Мейри.

Меня окликнула Макия. Она подошла ко мне со своим обычным бесстрастным видом.

«Грандиэль меня ищет?»

– Герцог Эллекс Кольнутта прибыл повидаться с вами, мисс Мейри.

Но слов, сорвавшихся с губ Макии, я никак не ожидала.

– Прямо сейчас он ожидает в гостиной.

«Эллекс лично заехал во дворец?»

Макия кивнула и пошла заниматься другими делами, считая, что на этом ее работа окончена. Я передала форму горничной, которую держала, Дафни.

– Не могла бы ты сказать Радиате, что я опоздаю?

– Да.

Дафни похоже было любопытно, зачем Эллекс прибыл повидать меня, но она не стала спрашивать. Даже если бы она и спросила, я бы не смогла ответить.

«Ты ведь приехал не спорить о том, почему я исчезла после окончания чаепития, не так ли?»

Мейри сделала глубокий вдох и направилась в гостиную, где ожидал Эллекс. Мейри сглотнула и схватилась за ручку двери, но не осмелилась открыть дверь и встретиться с ним.

– Сколько ты собираешься стоять за порогом? – Раздался холодный голос с другой стороны двери.

«Кажется, он знает, что я здесь».

Ну, раз он был мастером меча, он должен был уловить мое присутствие.

Когда я вошла в гостиную, то увидела, что Эллекс сидит на диване. Эллекс, поскольку он был главным героем, был красив. Если красота Грандиэля напоминала цветок, то Эллекса – зверя с острыми клыками.

– Я дам тебе время извиниться.