Снова в Империи

Голос Нэнси пронзил тишину опустевшего района города, как лезвие, пропитанное отвращением.

"Я и подумать не могла, что ты окажешься таким человеком" сказала она, и каждое слово дрожало от злости, которую она даже не пыталась скрыть. "Если честно, мне мерзко от того, что я.. и даже моя семья тогда были на твоей стороне. Мы защищали тебя. Поддерживали, потому что думали, с тобой поступили несправедливо. Но представить, что ты лгала..."

Её глаза сузились, и в них вспыхнула ненависть, которой Селена в ней раньше никогда не видела.

Селена стояла как вкопанная, опустив голову так низко, будто подбородок вот-вот упрётся в грудь. Стыд облепил её удушающей вуалью. Пальцы дрожали, вцепившись в платье с такой силой, что швы едва не разошлись. Она не могла поднять голову. И не смела.

Она шла к дому Вирелан, наконец решившись рассказать всё... И вдруг Нэнси встретила её. Селена ожидала холодного отношения к ней, но не того, что Нэнси уже знает всю ситуацию.

Она не понимала, как правда дошла до Нэнси. Не понимала, почему это звучит из чужих уст, а не из её собственных. Она знала только одно: слышать эти слова было всё равно что чувствовать, как ей разрывают грудь.

Страх, тоска и унизительная вина.

Они закручивались внутри до тошноты, пока её не начинало мутить от тяжести собственной совести.

Нэнси же лишь покачала головой с таким неверием, словно смотрела на что-то гнилое.

И для неё самой всё это тоже было странно, это внезапное вмешательство. Несколько минут назад к ней явился тот странный мужчина с белыми волосами и белыми глазами, Ривен, и рассказал ей всё. Всё. До деталей, которые никто не должен был знать.

"Останови её. Если не остановишь, могут погибнуть многие невинные люди."

Нэнси не понимала, почему выбрали её.

Не понимала, почему именно он, из всех существ, сказал ей сделать это.

Она не из тех, кто выполняет приказы незнакомцев, тем более этого ублюдка. Она не его служанка, чтобы делать за него его работу, верно?. Она не чья-то подчинённая.

Но в тот момент, когда он заговорил о дерзости этой женщины... и о невинных людях, она не смогла это проигнорировать.

Поэтому она и пришла.

Не ради Ривена. Не ради Селены. А ради мира, который может захлебнуться кровью из-за отчаянья этой женщины, вскормленного виной.

Селена заставила пересохшее горло заговорить.

"Я была неправа" прошептала она, и голос треснул под тяжестью всего, что она держала в себе. "Я знаю. Я прекрасно это понимаю. Я просто... я поступила слишком эгоистично. Я жалела об этом решении каждый день."

Голос дрожал, срывался. Годами она представляла этот момент, когда кто-то придёт и прижмёт её к стене, вынудит рассказать всю правду. Она прокручивала объяснения, извинения, причины, оправдания...

Но сейчас, когда всё было на яву, все объяснения, что она приготовила, рассыпались в прах.

Она не могла думать. Не могла нормально дышать. Не могла даже поднять голову и встретиться с ледяным взглядом Нэнси.

Она снова чувствовала себя ребёнком, маленьким, испуганным, тонущим в последствиях чего-то необратимого.

Лицо Нэнси исказилось, стало ещё темнее.

"Жалела?" переспросила Нэнси, и голос поднялся от неверия. "Жалела? Ты разрушила жизнь такого блестящего человека. Он мог бы достичь столь.. МНОГОГО, но ты..." Она сжала челюсть так сильно, что зубы чуть не хрустнули. "...ты просто, блять, всё испортила."

Злость в ней поднялась дикой, сырой волной. Память о том, как Разеаль совсем недавно спас её, как рисковал собой ради неё.. Да, у него могли быть мотивы, но он всё равно, блять, спас её..

"Этот человек спас мне жизнь" прошипела Нэнси сквозь зубы, "а ты.. Чееееерт, я до сих пор не могу перестать злиться из-за этого."

Её рука метнулась так быстро, что Селена даже не дёрнулась.

ШЛЁП.

Звук резко разнесся по тихому помещению, запечатанному заклинанием Нэнси.

Голова Селены дёрнулась в сторону, щека мгновенно налилась красным отпечатком ладони. Волосы упали на лицо, скрывая выражение, но даже так она не сдвинулась.

Она не защищалась. Даже не подняла руки рефлекторно.

Святая самой влиятельной религии мира, наследница одного из четырёх великих герцогских домов, принимающая пощёчину без сопротивления... это было немыслимо. Любой другой ответил бы ответной пощёчиной или, по крайней мере, защитил бы себя от пощёчины.

Но Селена лишь прошептала дрожащим голосом:

"Я заслужила эту пощёчину... не волнуйся."

Она медленно подняла голову ровно настолько, чтобы Нэнси увидела слёзы на ресницах, хотя ни одна слеза не упала. Она отказывалась плакать.

Нэнси резко выдохнула через нос и покачала головой так, будто Селена даже взгляда не стоила.

"Знаешь что?" холодно сказала Нэнси. "Меня даже не так уж тошнит от того, что тогда ты ошиблась. Люди ошибаются. Дети совершают тупые выборы. Ладно... Это я ещё могу понять, что ты была молодой. И дурой."

Сердце Селены болезненно сжалось, но она молчала.

"Но от чего меня действительно тошнит" продолжила Нэнси, и голос стал ещё жёстче "так это от того, что после этого ты не сделала ничего. НИЧЕГО. Ты просто позволила всему остаться как есть."

Она шагнула ближе, взгляд прожигал.

"Не пытайся сейчас казаться слабой. Не думай, что если будешь вот так себя вести, моё отношение к тебе смягчиться. Я из семьи Драконовейвер. Подобные жалкие выражения на меня не подействуют."

Это было не предупреждение. Это был факт.

Селена тяжело сглотнула и заставила себя говорить.

"У меня не было выбора... я хотела.. правда, но я... тогда я боялась. За себя. За всех. Я.. я не могла... я не смогла ничего сделать." Голос надломился. "А потом... Разеаль исчез. Я думала, он погиб. Я не знала, что делать. Я... я боялась и мне было больно, и я... я..."

Но Нэнси оборвала её, не дав договорить.

"Даже если бы он погиб, это не значит, что ты не должна была ничего не делать" сказала она, и в голосе не было ни тепла, ни пощады. "Даже если бы он погиб, он всё равно заслуживал бы справедливости. Но ты..." её глаза сузились с отвращением "ты так и не взяла на себя ответственность за то, что сделала. Ты просто всё время бежала. Пряталась то тут, то там. Серьёзно, Селена... повзрослей."

Селена едва заметно вздрогнула, но Нэнси это увидела. Её плечи дрожали. Горло сжималось. Вина, годами грызшая её заживо, вцепилась ещё глубже.

"Я знаю..." прошептала Селена. "Я знаю... но поэтому сегодня я и приняла решение. Я расскажу всем правду. Его семье... и всем."

Голос дрожал, она на мгновение закрыла глаза, собираясь с силами, а потом снова открыла. Когда она заговорила, в глазах стояла не уходящая меланхоличная вина и страх, который так и не ослабил хватку.

"Я возьму ответственность за свои поступки. И дам ему то, чего он заслуживает..."

Лицо Нэнси исказилось, где-то между неверием и яростью.

"А я здесь, чтобы тебя остановить" огрызнулась Нэнси. "Потому что тебе пора перестать быть, блять, ребёнком."

Селена застыла на полушаге.

Нэнси шагнула вперёд и снова перекрыла ей путь, и от холода её выражения, казалось, мёрз даже воздух вокруг.

"Это ничего не изменит. И это НЕ ИМЕЕТ никакого отношения ни к нему, ни к кому-то ещё. В каком воображаемом мире ты живёшь? Ты думаешь, если войдёшь туда и расплачешься, выкрикнешь правду, то это каким-то магическим образом его удовлетворит? Ты думаешь, это принесёт какое-то облегчение? Чего ты вообще пытаешься добиться этим?"

Разочарование теперь было глубже злости. Оно сочилось из каждого слова.

Губы Селены дрожали. Ее голос вздрогнул, когда она попыталась вновь заговорить.

"Остановить меня? Ты что... такая же как Селестия?" спросила она, растерянно, почти умоляюще. Она подняла глаза ровно настолько, чтобы разглядеть лицо Нэнси. "Ты думаешь, я эгоистична? Что я делаю всё это, лишь бы успокоить своё чувство вины? Что я делаю это ради себя?"

Слёзы наконец собрались на ресницах, дрожащие, сияющие, но всё равно не падающие.

"Нет, это не так" настояла Селена, мотая головой, и в голосе вспыхнуло отчаянье. "Я делаю это, чтобы.. чтобы его семья поняла, что была неправа. Чтобы они осознали. Чтобы... чтобы они больше не заблуждались насчёт него. Я лишила его семьи. Они должны знать правду, что всё это произошло из-за меня..."

Она прижала руки к груди, сжимая одежду, будто это было единственным, что не давало ей рассыпаться прахом.

"Так что... я расскажу обо всём сегодня. И если ты переживаешь, если ты боишься, что из-за этого погибнут невинные люди, или что начнётся война.. нет, не начнётся. Я не позволю этому случиться. Я... я знаю, что война должна начаться из-за меня. Но если я позволю им убить меня, тогда война не начнётся... не начнётся."

Голос сорвался.

Её трясло, страх, вина, тоска проглатывали целиком.

Она искренне верила, что Нэнси действует по приказу Селестии, потому что та как раз и могла быть тем человеком, кто рассказал Нэнси правду... По крайней мере, Селена верила в это. Поэтому Селена пыталась оправдать себя. Убедить её так же, как пыталась убедить Селестию.

"Теперь отойди..." сказала Селена, дыхание дрожало, а её глаза были влажными. "Дай мне уйти. Я знаю, что была неправа. Дай мне встретиться с последствиями своих поступков. Я больше не буду бежать. Я больше не буду прятаться. Я больше не буду лгать. Я... я устала... я так, чёрт возьми, устала..."

Она снова шагнула вперёд, но Нэнси тут же шагнула ей навстречу, преграждая путь.

Селена замерла.

Нэнси медленно выдохнула, словно не верила уровню тупости, с которым ей приходится иметь дело.... "Я не могу понять, почему все такие тупые в этом плане..." сказала Нэнси, прижимая ладонь ко лбу, будто у неё была жуткая мигрень. "Ээээй, если что, я не про тебя говорю. И не про всех остальных. Я про Разеаля."

С каждым словом раздражение становилось острее.

"Я не понимаю, как ты вообще решила, что сказать им правду и получить от них наказание, каким-то образом его ’удовлетворит’. С какого чёрта это можно назвать справедливостью? Они такие же плохие. Такие же мерзкие. Такие же разочаровывающие для него, как и ты."

У Селены перехватило дыхание.

Нэнси не остановилась.

"Ты вообще не понимаешь, в чём настоящая проблема" сказала она, и голос поднялся. "Селена Луминус.. ДА, это твоя вина, что ты солгала. ДА, ты обвинила человека в отвратительном, гнусном поступке. Этот грех лежит на тебе. Но..."

Глаза Нэнси вдруг стали острыми и безжалостными.

"...не ТЫ виновата в том, что его разлучили с семьёй. Это ИХ вина."

Глаза Селены расширились.

Нэнси продолжила, её голос был низким и смертельно холодным.

"Они ему не поверили. ОНИ. Не ты."

Селена раскрыла рот, чтобы возразить, но слова не вышли.

"И как ты думаешь, это будет выглядеть?" Нэнси всплеснула руками. "Ты идёшь туда, говоришь, что лгала, и вдруг всё становится лучше? Думаешь, у них случится большое драматичное прозрение? Что они побегут к нему в слезах, говоря, что неправильно его поняли?" Нэнси фыркнула, отвращение капало с каждого произнесённого слова. "Думаешь, они внезапно станут теми родителями, которых он заслуживал?"

Нэнси подошла ещё ближе и ткнула пальцем Селене в грудь.

"Ты хоть знаешь, что он сказал бы, если бы они пришли к нему сейчас? Если бы они посмели подойти к нему со своими жалкими извинениеми?"

"Он бы полюбому сказал 'Я сказал тебе то же самое тогда, но ты мне не поверила. Смешно, как ты вдруг начинаешь верить, когда это говорит кто-то ДРУГОЙ. Так что снова ты доверилась кому-то ещё больше, чем собственному сыну.' "

Глаза Нэнси вспыхнули.

"Как думаешь? А? Ты думаешь, он обрадуется, что они ’наконец-то’ ему поверили?"

Селена стояла неподвижно, как статуя, высеченная из вины и ужаса.

Голос Нэнси стал ещё острее.

"Вот что ты себе представляешь в своей, блять, пустой голове? Что он будет благодарен за то, что правда всплыла наружу СЕЙЧАС? Спустя годы?" Нэнси злобно усмехнулась. "Нелепо. Абсолютно нелепо."

Её злость поднималась, как буря.

"Так что прекрати эту чушь про ’они заслуживают знать правду’ " рявкнула Нэнси. "Что это вообще даст? Они БЫЛИ неправы. И их НЕЛЬЗЯ прощать. Они ДОЛЖНЫ почувствовать последствия того, что никогда не доверяли собственному сыну."

У Селены подогнулись колени, едва не отказав.

Но Нэнси ещё не закончила.

Она сделала шаг ближе, и голос опустился до низкого, смертельно опасного.

"Они не заслуживают прощения. Они не заслуживают второго шанса. Они даже не заслуживают права называть его семьёй. У них НЕТ права говорить ему, что для него лучше. И у них НЕТ права снова влезать в его жизнь после всего, что они сделали.. И уж точно у них нет, блять, права знать правду.. Зачем тебе говорить им, что они неправы.. Кто они вообще? Кучка идиотов?"

Каждое слово вбивалось в Селену, как удар.

Нэнси резко вдохнула и покачала головой.

"Честно" сказала она "я не могу себе даже представить, как настолько отвратительно и тупо может выглядеть семья, что прославилась своим высоким интеллектом. Это даже не смешно. Это просто печально"

Ветер вокруг был неподвижен. В комнате вдруг стало тихо. Дыхание Селены стало неровным, поверхностным и больным.

Нэнси смотрела на неё, и на лице было холодное, решительное и неколебимое выражение.

"А значит" сказала она "ты не пойдёшь к нему. Ты не пойдёшь к ним. И ты не раскроешь эту правду сегодня. Потому что это никакая не справедливость. Это никак не поможет Разеалю. И у тебя больше нет права решать хоть что-то в этом вопросе."

Губы Селены разомкнулись, но звук так и не вырвался из её рта.

Она выглядела как женщина, у которой весь мир разорвали надвое уже во второй раз.

Вина пыталась утопить её. Страх пытался задушить. А отчаяние пыталось подтолкнуть её вперёд и рассказать правду.

Но слова Нэнси заставили ее застыть на месте.