«Путь славы» был создан не для того, чтобы притеснять семьи, расположенные далеко от столицы. Он был создан для того, чтобы члены королевской семьи могли определить своих «сторонников».

Хотя в истории Сефир об этом не упоминалось, так как их ни разу не выбирали, другие знатные семьи знали: если спокойно ждать, из королевского дворца пришлют карету.

Например, в самую сильную семью королевства, Браунинг, за день до начала «Пути славы» прибывали три роскошные кареты.

Карета первого принца, карета второго принца, карета третьего принца… Глава семьи Браунинг должен был сесть в карету того принца, которого он «поддерживал».

Другие семьи, избранные принцами, делали тот же выбор, но со временем была разница. Были семьи, к которым карета приезжала в тот же день, а были и те, к которым она прибывала через два дня.

И даже бывали случаи, когда карета приезжала в последний момент.

Так как же добирались до дворца те, к кому карета приезжала в тот же день?

Всё просто. Нужно было использовать магию.

Если уж они нарушали правило о запрете на использование транспорта, то станут ли они соблюдать правило о запрете на телепортацию?

Члены королевской семьи могли нарушать законы по своему усмотрению. Поэтому в кареты была встроена магия телепортации, и они не ехали, а мгновенно перемещались в столицу за одну секунду, где бы они ни находились. Это и был нелепый секрет «Пути славы».

А что же происходило с семьями, не избранными принцами?

Таких случаев не было. Любой принц, даже если семья была ничтожной, обязательно присылал карету. Разница была лишь во времени.

Конечно, карета первого принца, занимавшего самое высокое положение среди членов королевской семьи, не приезжала. Второй принц тоже не присылал.

Карету присылали третий или четвёртый принцы, чьё присутствие было едва заметным. В общем, это было просто формальностью.

Сефир, хоть и были знатной семьёй, не получили карету ни от первого, ни от второго принца. В прошлый раз карету прислал третий принц.

На этот раз всё было бы немного по-другому. Из-за Кетера, если не первый, то второй принц наверняка прислал бы карету.

Однако Кетер прошёл «Путь славы» самостоятельно, и первый и второй принцы были в замешательстве. В истории «Пути славы» не было ни одной семьи, которая прошла бы его, соблюдая все правила.

Не потому, что это было невозможно, а потому, что это было равносильно тому, чтобы пойти против воли королевской семьи.

Но Сефир снова могли стать исключением. Достаточно было сказать, что они не знали о правиле с каретами.

Весть о прибытии Сефир дошла и до ушей принцев. Учитывая, каким необычным способом они прибыли, доклад не мог не поступить.

— То, что показал Кетер, — это не магия. Тогда это Власть? Если в Сефир наконец-то родился Прайм, то это вполне понятно.

Причина, по которой первый и второй принцы, несмотря на то, что Сефир были знатной семьёй, относились к ней с пренебрежением, заключалась в отсутствии Прайма.

Какой там Прайм, даже грандмастера не было. Два принца сильно сомневались, как семья Сефир, в которой были только мастера, смогла стать знатной семьёй, но это была воля королевы Лилиан, поэтому они не осмеливались трогать Сефир.

Но теперь, увидев Кетера, они всё поняли. И второй принц тоже. Он то и дело повторял имя Сефир, и особенно Кетера.

— Кетер, Кетер… Ты ли возродил Сефир? Или Сефир создали тебя?

Посылать карету, чтобы выразить свою симпатию, было уже поздно. Но, по крайней-мере, принцы захотели узнать о Кетере побольше и понаблюдать за ним.

Поэтому они закрыли на это глаза. Даже получив донесение о том, что Кетер перекрыл «мост королевы», они приказали оставить его в покое.

— Закона, запрещающего стоять на «мосту королевы», нет.

— Мне интересно, как отреагируют главы других семей. Смогут ли они пройти, если Кетер перекроет им путь? Ху-ху-ху.

— Мне тоже интересно, с какой целью Кетер перекрыл мост. Когда встретимся, обязательно спрошу.

Так, сам того не желая, Кетер, получив покровительство принцев, стал стражем «моста королевы» — и до сих пор никто не смог его одолеть и пройти.

Особенно Дуриан, глава семьи Рейзл, первым столкнувшийся с Кетером. Он почувствовал в Кетере стену.

— Кх, откуда в таком теле такая сила?..

Дуриан приказал своим рыцарям не вмешиваться. Он решил сам одолеть Кетера.

Результат — полное поражение.

Дуриан не мог поверить в такой результат.

— Даже если у тебя больше ауры, чем у меня, то во дворце, который является священной территорией, ауру и ману использовать нельзя. Как же ты, с таким телом, превосходишь меня в силе?

Как он и сказал, дворец был священной территорией, и все способности там были запечатаны. И аура, и мана, и даже особые способности — всё становилось бесполезным.

Даже грандмастер 6-го ранга не был исключением. Во дворце и 6-й, и 2-й ранг — все становились одинаково слабыми людьми. Поэтому во дворце решали телосложение и мышцы.

В этом плане Дуриан был в два раза крупнее Кетера. Не будет преувеличением сказать, что он мог поднять Кетера одним мизинцем.

И тем не менее, Дуриан, не сумев ничего сделать, проиграл в силовой борьбе, и Кетер любезно указал ему на причину.

— Попробовав тебя на прочность, я понял, что у тебя мышцы, как кисель.

— К-кисель?

Хоть он и впервые слышал такое слово, но его смысл был понятен, и лицо Дуриана покраснело по другой причине.

— Глава, мы разберёмся с Кетером. А вы тем временем обойдите его.

Рыцари сделали очевидное предложение.

Как бы Кетер ни перекрывал мост, «мост королевы» был не такой ширины, чтобы его мог перекрыть один человек. Он был настолько широк, что по нему могли пройти двенадцать человек в ряд.

Следовательно, план рыцарей был идеален. Если не учитывать гордость дворянина.

— Вы сейчас говорите мне, которого называют волком севера, чтобы я обошёл его, пока вы тянете время?

— !..

Хлоп! Бам!

Дуриан, сбросив пальто из медвежьей шкуры, снял и доспехи. Они были настолько тяжёлыми, что рыцари, ловившие их, пошатнулись.

Хруст, хруст!

Дуриан, сжав и разжав кулаки, глубоко вздохнул и снова подошёл к Кетеру.

— На этот раз я не буду так прост.

— Как и сказали твои подчинённые, обойди меня. За это я тебя не буду задерживать.

— Ублюдок!

Дуриан, чья гордость была задета, потерял рассудок и бросился на Кетера.

***

— Семья Сефир, говорят, уже прибыла во дворец. Благодаря твоему любимому Кетеру.

На слова Эноха, главы семьи Айгис с востока, бронированный гигант шевельнулся.

— Я когда-нибудь говорила, что он мне нравится? Я лишь сказала, что за ним нужно следить, так как он может стать великим человеком.

Карета, в которой они ехали, была намного больше других. Это была карета, специально разработанная для Минервы, которую называли щитом востока.

— Хе-хе, да-да. Я, наверное, ошибся, увидев, как ты с нетерпением ждёшь прихода Кетера и сожалеешь, что не смогла попасть на приём в Сефир.

— Я не ждала, и я не люблю приёмы.

— Минерва, ты думаешь, что за толстой бронёй я не вижу твоего лица? Отец всё видит. Как ты краснеешь.

— Это домыслы. Ты же знаешь, что через Брюнхильду нельзя ничего увидеть.

— Не всё можно увидеть только глазами. Как и ты, высоко оценивая Кетера, видишь то, чего не видно глазу.

— Уже то, что он стал Луком Юга, доказывает его силу.

— Это, конечно, великое дело. И то, что Сефир внезапно изменили свою позицию после появления Кетера, тоже ты выяснила.

— Эту информацию мог бы узнать любой, кто проявил бы хоть немного интереса.

— Видишь, ты интересуешься Кетером. Хе-хе. Но твой отец и рад, и обеспокоен. Надо же было тебе влюбиться в такого, как Кетер. Ты наверняка будешь страдать. Любовь, она такая… даже самая прочная броня не поможет…

— Мы прибыли во дворец. Готовься выходить.

Минерва, прервала его, словно не желая слушать. Энох, усмехнувшись, проглотил оставшиеся слова.

«Лук и щит — хорошее сочетание. Но, мне кажется, Кетеру щит не понадобится».

Хоть Энох и не встречался с Кетером лично, но опыт подсказывал ему.

Кетер — беспрецедентный лучник.

Существо, выходящее за рамки обычного представления о лучнике.

Энох и Минерва вышли из кареты Пегаса, символа второго принца Лакана. Они были прямо перед мостом королевы.

До дворца можно было доехать на карете, но через мост королевы все без исключения должны были идти пешком.

— Хм?

Выйдя из кареты, Энох почувствовал что-то странное. И неудивительно, ведь перед мостом стояла очередь из дворян.

«Почему они стоят в очереди, а не переходят мост?»

Эноху, обычного роста, не было видно, но Минерве, гиганту ростом более 2 метров, было хорошо видно. Как у входа на мост королевы Кетер борется в силовой схватке.

— Простите, пожалуйста.

Энох тоже, чтобы посмотреть, что происходит, продвинулся вперёд, и ему всё стало видно.

— Х-х-х-х-х-х-х-х!

— К-х-х-х-х-х-х-х!

Кетер одновременно сражался с главой семьи Кавендиш с запада и главой семьи Миракин с востока.

Главы семей, напрягаясь, пытались оттолкнуть Кетера обеими руками, а тот, даже не вспотев, сказал:

— Если силы не хватает, принесите пропуск Сефир.

Кетер, выпятив грудь, сделал движение, и главы двух семей отлетели.

— Я снова попробую!

Следующим был Дуриан. Это была уже 12-я попытка.

Таким образом, перед мостом уже скопилось шесть семей, не сумевших пройти через Кетера. С только что прибывшей семьёй Айгис — семь.

Наблюдавший за этим Энох растерянно рассмеялся, а Минерва молчала.

— Хе-хе, хе-хе-хе…

—…

— Я слышал, что он сумасшедший, но не думал, что до такой степени. Минерва, если хочешь отказаться от своих слов, что Кетер станет великим человеком, сейчас самое время.

— Странно.

— Что?

— Почему принцы спокойно смотрят на то, как Кетер перекрыл мост?

— Нам, людям, не понять их мыслей. У них наверняка есть свои соображения.

Члены королевской семьи — не люди. Их называют детьми богов. Поэтому они и могут быть свободны от законов королевства Лилиан.

Минерве не нравилось, что Энох превозносит принцев как боголюдей, но она не стала этого показывать.

В этот момент Дуриан, бросивший вызов Кетеру, отступил. Он не смог оттолкнуть Кетера, даже навалившись на него всем телом.

Главы других дворянских семей лишь переглядывались. Самым сильным из них был глава Дуриан. Если уж он не смог одолеть Кетера силой, то другим и пытаться не стоило.

Но в этот момент взгляды всех устремились в одну точку. На Минерву.

— Щит востока прибыл.

— С этим Кетеру не справиться.

— Наконец-то путь откроется.

Пока дворяне вздыхали с облегчением, глава, обладавший информацией, цокнул языком и сказал:

— Щит востока и Лук Юга уже знакомы. Наверное, он её просто пропустит.

— Если это правда, то удивительно. Неужели Кетер, предвидя такое, тогда заключил союз со щитом востока?

— Он просто сумасшедший или хитроумный стратег… никак не пойму.

Минерва почти насильно оказалась перед Кетером. Энох подтолкнул её сзади, сказав «иди».

Кетер, увидев Минерву, радостно поприветствовал её.

— Кого я вижу.

— Кетер, давно не виделись. Поздравляю с тем, что стал Луком Юга.

— А кто это, собственно? Я помню, что ты щит востока, но имя не помню.

—…Минерва.

Энох, хоть и смотрел на спину Минервы, но понимал.

«Минерва так злится. Похоже, она очень расстроилась, что Кетер не запомнил её имя».

Кетер, не зная об этом, похлопал Минерву по доспехам на талии и сказал:

— А-а, такое имя. Кстати, я тогда на турнире обещал заглянуть в семью Айгис, но раз мы встретились здесь, то можно и не заходить, да?

—…Сэр Кетер, я слышала, что без пропуска здесь не пройти.

— Верно. Но для семьи Айгис — исключение. Какие у нас отношения? Такие, какие есть. Проходи.

Кетер впервые уступил дорогу, открыто заявив всему миру, что семья Айгис — близкий союзник Сефир.

Однако Минерва, даже не взглянув на открытый путь, пристально смотрела на Кетера и сказала:

— Нет. Я, как и другие семьи, докажу свою силу.

При этих словах Минервы лица разочарованных глав семей резко прояснились.

«Кетер, ты вёл себя дерзко, но всё пошло не по твоему плану».

«Как бы Кетер ни был силён для своего телосложения, против щита востока он не устоит».

Минерва была гигантом ростом почти 3 метра. Она излучала такую мощь, что казалось, может остановить голыми руками четвёрку лошадей, а по сравнению с ней Кетер был просто игрушкой.

Главы семей ожидали, что Кетер не станет вступать в силовую борьбу. Лучше сделать вид, что проявляешь милосердие и уступаешь, чем потерпеть позорное поражение.

Однако Кетер, как ни в чём не бывало, снова похлопал по доспехам Минервы и сказал:

— Хорошо, но если проиграешь в силовой борьбе, то, даже если это ты, не пройдёшь.

Кетер показал, что готов сразиться с Минервой.

Все присутствующие главы семей посчитали, что Кетер блефует, и посмеялись над его безумием.

И наблюдали за этим не только главы семей.

Никто из присутствующих не знал, что первый и второй принцы вместе наблюдают за этой сценой.

Увидев, как Минерва и Кетер противостоят друг другу, Лакан сказал Рокану:

— Брат, не хочешь заключить пари?

— Надеюсь, это не детское пари о том, кто победит?

— Если не уверен, выбирай первым.

— Хм-м. Пари без ставки — это скучно.

— Поставим право уступки. Вспомним прошлое, будет весело.

— Право уступки… ху-ху.

Право уступки. Когда два брата ещё были дружны, они каждый день спорили из-за того, что хотели одного и того же.

Поэтому они договорились, что тот, кто уступит первым, получит одноразовое право уступки, которое можно будет использовать позже. Условие было таково, что тому, кто уступил, должны будут уступить в чём бы то ни было позже.

— Ты же сказал, что я могу выбрать первым?

— Да. Я уже знаю, кого выберет брат.

— Я тоже знаю, кого выберешь ты.

— Скажем одновременно? Раз, два, три…

Ква-а-а-анг!

Два брата одновременно назвали имена, но их голоса потонули в грохоте столкновения Кетера и Минервы.

Но одно было ясно: оба брата улыбались. Потому что они назвали разных людей.