День подошёл к концу, а это значило, что детям была пора уже ложиться спать.

– Ты уже закончил? – спросила я у Дэмиана, который тут же кивнул в знак согласия.

В его руках было полотенце.

Щёки мальчика, скрытые под мокрыми длинными волосами, были ярко-красными.

Я заметила это ещё тогда, когда мы спали вместе, и поняла, что его нормальная температура тела намного выше, чем у других детей.

И его щёчки были мягкими, как рисовые пирожки, когда я их трогала.

Дэмиан вынужден был терпеть мои прикосновения, так как я просто не могла остановиться.

– Хорошо ведь, когда ты умытый?

– ...Угу, – утвердительно качнул головой мальчик, и капли воды с его волос тут же устремились на пол.

– Теперь я знаю, как выглядит промокший под дождём щеночек.

Я закинула мокрое полотенце себе на руку и произнесла:

– Иди сюда.

Дэмиан без промедления устремился ко мне.

А затем склонил голову, когда я подняла полотенце.

Невольный смешок вырвался из моего рта.

– Всё, готово, – произнесла я и пригладила волосы Дэмиана.

Сушить волосы кому-либо было моей привычкой.

Лицо мальчика было по-прежнему бледным.

Красные щёки, блестящие и чистые волосы, длинные ресницы и лицо, смотрящее на меня снизу вверх – всё это выглядело до смерти очаровательно.

«Это вредно для моего сердечка!»

Я быстро опустила голову Дэмиана.

Мне на миг показалось, что такая шевелюра будет мешать, поэтому хотела её немного подстричь, но, увидев его милое личико, передумала.

Можно с уверенностью сказать, что любой дворянин, который захочет усыновить ребёнка, безоговорочно заберёт именно Дэмиана из-за его привлекательной внешности.

Хотя так нельзя. Приёмным отцом мальчика должен будет стать никто иной, как герцог Шуэцкий.

«Так что, Дэмиан, потерпи немного, скоро это всё закончится».

Я отступила от него.

И после этого он посмотрел на меня.

Взгляд его ясных глаз, что выглядывали из-под чёрных локонов, казалось, говорил: «Разве я плохо жил?»

Я не могла ему сказать что-то вроде: «С таким лицом, как у тебя, жить опасно».

– Теперь можешь ложиться спать, – сказала я, указав мальчику на его кровать, и продолжила, – твоя кровать вон там. Можешь спокойно спать один.

– ...Один?

– Хм? Что? Тебе не нравится спать одному?

– ...

Дэмиан лишь прикусил губу, услышав мои вопросы. Он несколько раз смотрел на меня и шмыгал носом.

«Неужели он хочет что-то сказать мне?»

Дэмиан пригорюнился, опустив голову вниз, но ничего так и не сказал.

Сжав кулаки, он молча пошёл к своей кровати.

Я легла на свою кровать, но таким образом, чтобы видеть Дэмиана.

– Дэмиан.

Я лишь назвала его имя, но он вздрогнул, продолжая стоять ко мне спиной.

– Спи спокойно, и пусть тебе приснится хороший сон.

Через некоторое время послышался тихий ответ:

– ...Элли тоже пусть приснится хороший сон.

Я была обескуражена тем, что Дэмиан впервые назвал моё имя.

Мои глаза медленно сомкнулись, а уголки рта невольно приподнялись.

Благодаря ему я почувствовала, что сегодня мне точно приснится приятный сон.

* * *

Директор нахмурился, чувствуя звенящую боль в голове, а затем открыл глаза.

«После похода в казино я пролежал целых 2 дня, ничего не делая, но похмелье так и не прошло».

– Угх... – прокряхтел он, коснувшись своей головы.

«Моя голова настолько сильно болит, что кажется, будто я умру...» подумал он про себя и с трудом встал.

За окном ярко светило солнце, а это значило, что уже наступило утро.

Дети должны были уже прийти в столовую, но мужчина не мог выйти в таком виде.

Немного погодя, директор всё же вышел на кухню и обнаружил трудящихся детей.

– Что этот раб здесь делает? – задал строго вопрос директор.

В последние дни его обуяло нетерпение.

Прошло много времени с окончания войны, а это значит, что этот ребёнок тоже не отставал в развитии.

Так что ему придётся отдать мальчика на усыновление, прежде чем он станет совсем взрослым.

Кстати говоря, он сам собирался взять на воспитание неприметного ребёнка.

– Если бы я не проиграл, то всё было бы иначе...

Обычно директор не проигрывал в казино ни разу.

Однако в тот день он выпил много алкоголя.

Проиграл несколько раз, влез в огромные долги.

Будучи в горьком отчаянии, мужчина всё же нашёл выход из этой ситуации.

«Если я оставлю этого ребёнка в нашем приюте до момента возвращения того человека, то буду освобожден ото всех долгов».

Именно по этой причине директор привел этого ребёнка.

«Я пообещал ему, что позабочусь о ребёнке. Но сейчас мне хочется его вернуть обратно».

Если быть точным, это был бывший хозяин этого мальчика-раба.

«Но почему прямо сейчас такой ничтожный раб работает на кухне с другими детьми?»

Если бы он узнал, что кто-то заставил мальчика работать, то наверняка поднял бы шум, что ему и пришлось сделать, когда он подошёл к Дэмиану.

– Как этот малец тут оказался?!

– Отпустите меня! Я не сделал ничего плохого!

Внезапно поднялась какая-то суета.

Дети, работающие на кухне, и директор посмотрели туда, откуда доносились голоса.

Его племянник Мален вёл какого-то ребёнка.

Заключенный, пойманный им, был ребёнком, который был так называемым нарушителем спокойствия.

Он был той ещё ходячей проблемой, которую было не так просто устранить.

– Ох, сэр! Вы проснулись! – увидев директора, крикнул Мален и повёл ребёнка в его сторону.

– Что произошло?

– Учителя говорят, что этот малец их никак не слушается. Мне кажется, его нужно наказать как следует, чтобы он не посмели больше устроить такого преступления. Он ведь умудрился украсть хлеб со склада.

– Нет, я ничего не крал! Никакого хлеба!

– Тише ты! Сознавайся, это ведь ты совершил преступление целых 2 раза?!

В одно мгновение атмосфера стала серьёзной, но все понимали, что сейчас будет.

Директор равнодушно произнёс:

– Не нужно было поднимать такую шумиху. Оставляю этого оболтуса на тебя, Мален.

– Есть, сэр!

– Нет же! Послушайте меня! Там был и он тоже! – указав на Дэмиана, отчаянно кричал Карсэн, – Он был там ещё до моего прихода!

Все взгляды были направлены на Дэмиана.

Любой другой ребёнок на его месте испугался бы и заплакал от такого давления.

Однако Дэмиан продолжал стоять, как ни в чём не бывало.

К нему было приковано всё внимание, но он стоял уверенно.

– Этот малец, говоришь? – пронзая острым взглядом мальчика, спросил директор.

– Нет, Дэмиана не было на складе в тот день, – вмешался в их разговор внезапно чей-то голос.

Он принадлежал Элли, которая тут же спрятала Дэмиана за своей спиной.

– Эй! Элли! Почему ты врёшь?!

– Я говорю правду, господин директор. Поверьте мне.

– Ты ведь сама привела нас на склад!

Даже прихвостни Карсэна, которые до этого и слова сказать не могли, вставили свои пять копеек.

Однако Элли это ничуть не смутило.

– Вы ведь знаете его, директор. Он всегда пытается обвинить других, – продолжала она уверенно убеждать.

Услышав слова девочки, директор прищурился.

Перед ним стояла белокурая блондинка с яркими зелёными глазами.

Замечательный ребёнок, который не был заинтересован в усыновлении.

И... дочь знаменитой воровки, потрясшей империю.

Ее мать поймали в разгар преступления, а затем повесили на окраине замка.

Директор привёл Элли в свой детский дом, так как у девочки кроме матери больше никого не было.

Причиной была внешность девочки, которая выделялась больше, чем большинство дворян.

Как и ожидалось, её, конечно, усыновляли несколько раз, но спустя время возвращали обратно.

Это было потому, что дворяне боялись того, что она окажется такой же воровкой.

Директору приходилось бесчисленное количество раз возвращать Элли в свой детский дом.

«...Директор, почему я вернулась обратно?»

«Неужели ты не знаешь? Это всё из-за твоей матери...»

Директор говорил ей такого рода вещи.

После этого она ничего не сказала.

До сих пор ей удавалось сохранять доброжелательное отношение ко всем.

«Но по какой-то причине она на первом месте. Каковы же на самом деле намерения этого ребёнка?»

Любопытный взгляд директора был прикован к Элли.