– Что?

– Этот яд не очень популярен… Будет опасно, если тебя не вырвет сразу?

Фил стиснул зубы, когда Селия сказала это, а глаза его широко раскрылись.

– Не лги мне! Я видел, что ты тоже это пи… ууууух...

Он собирался подойти к ней и схватить за шею, но внезапный приступ тошноты остановил его. Он не стал сдерживаться, потому что Селия сказала ему о том, как это опасно, если его не вырвет.

Содержимое его желудка капало на ковер. Ей пришлось подождать, пока кусочек сердца божественного зверя выйдет из него, но она не могла долго ждать.

«Сейчас или никогда!»

Селия подбежала к нему и ударила подсвечником по голове. Бах! Фил отлетел в сторону.

На всякий случай она ударила его еще раз. На этот раз удар был сильнее, а Фил даже не шевельнулся.

– Ты умер?

Было бы здорово, если бы он умер. Но было бы не очень хорошо, если бы он сейчас очнулся. Селия быстро осмотрелась и схватила шнурок от занавески и полог кровати, она решила связать его руки и ноги.

К счастью, его руки и ноги остались чистыми и она спокойно связала его.

Она оттолкнула его в сторону и начала рассматривать ковер в поисках камня.

– Похоже, съел ты сегодня много..

К счастью, она нашла кусочек сердца зверя. Селия повернула голову Фила и затолкала ему простыню в рот. Она боялась, что он задохнется, но еще больше она боялась того, что он очнется и закричит.

«Даже если ты умрешь, то ты это заслужил».

По крайней мере, у нее было время до утра. Она надеялась, что Леонис будет искать ее или обнаружит потайной ход.

Селия вылила бутылку вина на кусочек божественного сердца. Она не хотела хранить его в желудочном соке Фила.

Она вытерла кусочек о простыню во рту Фила и поместила в свое волшебное кольцо.

«Даже твоя физиономия меня раздражает».

Даже в оригинале Фил описывался как самовлюбленный принц. Он считал себя очень красивым, поскольку его привлекательность была немного выше среднестатистического мужчины.

Селия накрыла его лицо остальной частью простыни. Она встала и снова посмотрела на стену.

«Потайной ход».

Стены Императорского дворца покрыты сотнями резных изображений виноградных лоз и цветов. В основном это были розы, поэтому снаружи не было понятно, как и что открывать.

«Здесь должен быть выход».

Она сильно разочаровалась, поняв, что выхода в этой комнате нет. Ей придется пойти в другую комнату и искать потайной ход там.

Селия взглянула на Фила, который лежал без сознания. Ей захотелось пнуть его в живот, но она сдержалась, опасаясь, что это может разбудить его.

Раздвинув занавески, Селия подошла к окну.

Через окно проникало не так много света. Эта комната была одной из немногих, из окон которой открывался вид на сад, который был построен вокруг Второго императорского дворца.

Селия задумалась, что же делать, если окна не открываются так же, как и двери, но, к счастью, окно можно было открыть.

Она распахнула окно и выглянула наружу, она не увидела стражу и рыцарей у замка. До сада было довольно далеко, комната была на третьем этаже.

«Я, конечно, сильная, но прыгать с третьего этажа - безумие.»

Она увидела, что на стенах замка было достаточно украшений, по которым можно было бы сползти.

«Ну чтож… попробуем».

Она сняла свои тапочки и засунула их за пояс халата.

***

Николь получила сообщение от Нила и немедленно развернула карету. Принц Гиль все еще находится в особняке графа Ларсона.

У нее не было времени присоединиться к семье Кардиан, которые находятся в столице. Они получили предупреждение от Цеппелина.

«Мадам важна для будущей империи».

Герцог также важная фигура в создании новой империи. Такой человек не может оставаться в стороне перед настоящей битвой.

«Если принц Гиль расскрыл какой-то секрет...»

Это может быть только одна вещь.

Должно быть, это его одержимость Вивиан Карт. Они проверяли одержим ли он несколькими способами. Было установлено, что эта информация может быть использована в будущем за столом переговоров с герцогом Карт.

«Пока не время ему все рассказывать».

Часовой замка не заметил, что они вернулись. С внешней стороны кареты нет никаких опознавательных знаков фамильного герба.

Часовой графа Ларсона быстро впустил их. Несмотря на поздний час, банкет был в самом разгаре. Даже после того, как графу Ларсону сообщили, что что-то не так, он не мог выгнать гостей из банкетного зала.

Он собрал дворян из высокопоставленных дворянских семей, чтобы пригласить принца Гила. Граф Ларсон думал только о том, что они слишком много пьют.

Николь оглядела банкетный зал. Она задалась вопросом, вернется ли Гиль в зал к остальным и будет ли пить снова.

«Кажется, он все еще в той комнате».

Николь и барон вышли в коридор, где находилась та самая комната. В этот раз, комната была не заперта, а слуги и служанки куда-то делись.

Они медленно приоткрыли дверь и заглянули внутрь. Они услышали храп Гиля и поняли, что он спит.

Гиль - искусный фехтовальщик и он никогда не беспокоится о своем сопровождении, поскольку очень уверен в себе.

Тот факт, что двое из трех людей сопровождения были имперскими рыцарями и их нигде нет, сыграло им на руку.

Николь посмотрела на спящего Гиля и что-то прошептала барону.

Через некоторое время барон вернулся со своим слугой. Николь попросила барона и слугу снять с Гиля его одежду, пока она переодевается в другую одежду.

Гиля переодели в одежду Николь, у них было похожее телосложение. Затем Николь и барон привязали Гиля к спине слуги.

Никто не узнает Гиля в этой одежде. Это все из-за того, что у него более светлые волосы, чем у двух других принцев. Его темно-каштановые волосы хоть и были хорошо подстрижены, но их цвет был слишком обычным.

– ...Могу ли я забрать его вот так?

– Я отправлю тебе его в целости и сохранности.

Николь взглянула на Гиля и сказала это нарочно, чтобы Гиль мог их слышать.

Гиль, может, и был пьян, пока они были с Николь в комнате, но он все еще является искусным фехтовальщиком..и все же, он все равно уступает Леонису в мастерстве.

А сам Гиль тем временем только притворялся спящим.

Первым из комнаты вышел барон, чтобы осмотреть коридор, Николь последовала за ним. Наконец, вышел вспотевший слуга с Гилем на спине.

Николь взяла инициативу в свои руки и приказала слуге графа подать их экипажи. Поскольку было уже поздно, слуги двигались медленно.

Барон достаточно высокого роста и мог спокойно прикрывать Гиля от глаз слуги графа.

Когда экипаж подъехал к особняку, барон быстро открыл дверцу кареты. Слуга усадил Галя в карету, не открывая при этом его лица.

Николь забралась в карету, барон последовал за ней. Когда дверца кареты закрылась, Николь и барон осторожно уложили Галя в наиболее натуральное положение.

– Мы можем отправляться?

Послышался голос с сиденья кареты. Николь кивнула знакомому голосу. Кучер подтолкнул лошадь и они двинулись. Барон приказал ему.

– Живее!

Гилль все еще притворялся спящим. Николь обменялась взглядами с бароном.

Настало время начинать игру.