* * *

Кардан силой уложил Эрину обратно в постель, и вскоре она погрузилась в глубокий сон. Хотя только что она так громко заявляла, что с ней всё в порядке, даже во сне у неё время от времени вырывался сухой кашель.

Кардан с недовольством посмотрел на неё. В последнее время она жила ещё более беспокойно, чем когда-либо прежде. Каждый день хотя бы час непременно проводила в подвале, болтая с Сэлли, могла в любую минуту броситься из дома ради дел Элеоноры, регулярно навещала Жанетт в герцогском замке, собственноручно доставляя ей всевозможные изысканные угощения, полезные для беременной. Она носилась повсюду, пытаясь компенсировать ущерб всем, кто когда-то пострадал от герцогини Валлоа, а порой даже пыталась исправить злодеяния прежнего герцога, хотя сама не имела к ним никакого отношения.

Финансовое положение герцогства, конечно, ухудшилось из-за того, что Кардан сам спалил её сокровища, но в последнее время гораздо большую роль играло то, что Эрина раздавала все доходы другим людям. Вероятно, даже документы на землю и золотые слитки, которые она с таким трудом собрала, рано или поздно перейдут в чужие руки.

Кардан легонько коснулся её носа.

— Зачем же себя так мучить…

Он чувствовал одновременно раздражение и жалость.

И каждый раз, когда он пытался возместить ущерб герцогини, Эрина категорически отказывалась. Она говорила, что не хочет обременять императорский двор, несла какую-то чепуху про то, что конфискация имущества аристократов, предавших родину и пытавшихся бежать за границу, была абсолютно справедливым наказанием.

Но нетрудно было понять её истинные чувства. Она просто не хотела становиться обузой для императорского двора.

Хотя она и притворялась, будто ослеплена деньгами, Эрина точно была не той, кем когда-то была прежняя герцогиня Валлоа, не тем человеком, который ради собственной выгоды не гнушался никакими средствами.

Это казалось нелепым, но Кардан вдруг поймал себя на том, что жалеет об этих переменах.

— Хоть немного бы вернуть её прежний облик…

Несмотря на всё, что он пережил из-за прежней Эрины, он действительно так думал. Она уже достаточно раскаялась, теперь ей стоило бы хоть немного пожить для себя. Она уже изрядно измучилась чувством вины, пусть хоть немного станет легче.

— Осталось накопить всего сто тысяч…

Глядя, как Эрина ворочается во сне, не в силах крепко уснуть, Кардан невольно вздохнул. Похоже, для этого ему потребуется небольшая помощь её «любовничка».

* * *

— Знаете, я, наверное, впервые в жизни надеваю подобное платье…

В моём голосе послышались нотки готового вот-вот вырваться плача, и мадам Розетта, наблюдавшая за мной, мгновенно побледнела. Я заметила, как она незаметно подала знак помощникам, отвечавшим за макияж.

Очевидно, её всерьёз беспокоило, что на свадебной церемонии, где соберутся знатные особы со всех континентов, невеста предстанет с размазанной тушью, словно панда. Но мне было не до этого. Глядя на платье перед собой, я не могла сдержать восхищения.

Свадебное платье переливалось таинственным серебристым светом, словно впитав в себя лунное сияние. Даже на вид оно казалось прохладным и шелковистым на ощупь. Лёгкая юбка из многослойной органзы напоминала облако, которое будто таяло между пальцами при малейшем прикосновении. А в изящное кружево на лифе были вплетены мельчайшие бриллианты, сверкавшие, словно алмазная пыль.

— Это уже не романтика, а фэнтези. Такое вообще может существовать в реальности?..

Я рассеянно пробормотала это и ущипнула себя за руку. Острая боль тут же вернула меня в действительность. Похоже, всё происходящее и правда было реальностью. А вместе с этим на меня обрушились новые тревоги.

— Я вообще могу до него дотронуться? А если оно запачкается? Что если моя грубая кожа испортит ткань? Как я могу так бесцеремонно испортить Ваше творение, мадам Розетта?

Мне снова захотелось плакать.

По одному лишь взгляду мадам Розетты её помощники мгновенно подскочили ко мне с носовыми платками, виртуозно стирая слёзы так, чтобы не испортить макияж.

— Да я не нарочно плачу…

— Да-да.

Мадам Розетта рассеянно кивнула, а затем снова подала знак, и помощники тут же взяли меня за руки, словно вздумали связать.

— Мы и так уже потеряли слишком много времени, пора начинать одеваться.

Прежде чем я успела возразить, меня втолкнули прямо в платье.

— О нет, почему Вы так исхудали?

Мадам Розетта ворчливо покачала головой, проверяя посадку платья, фаты и украшений.

— Теперь все мерки, что мы снимали в прошлый раз, стали бесполезными.

— В последнее время было много дел, о которых нужно было беспокоиться…

Я ответила неловкой улыбкой, но мадам лишь вздохнула.

— Теперь уже поздно жалеть.

Она говорила про мой вес или… про что-то большее? Её случайно брошенная фраза заставила меня почувствовать себя неуютно.

— Я продала немало свадебных платьев, и знаете, сколько женщин потом сожалели о своём выборе? Те, кто выходил замуж, глядя лишь на красивое лицо.

Она неодобрительно цокнула языком, а я, ошеломлённая, невольно переспросила:

— Что?..

— И уж кому-кому, а Вам достался сам Его Величество. Теперь-то назад дороги нет.

Мадам Розетта покачала головой.

— Ради спокойствия империи просто закройте глаза и выходите за него.

Только теперь я осознала, что она имеет в виду. В её взгляде читалось искреннее сочувствие: как же мне не повезло, ведь я выхожу замуж за жестокого тирана, пусть и с ангельским лицом.

Нет, это не так.

— Я ведь выхожу замуж не из-за его лица.

Мадам Розетта лишь загадочно изогнула губы в слабой улыбке, но ничего не ответила.

— Правда! Я ведь выхожу замуж из-за характера Кардана.

Один из помощников, наблюдавший за нами, внезапно громко закашлялся. Ну, я сама в этом виновата. Это же я превратила Кардана в кровожадного тирана. Но так просто сдаваться было обидно.

— Скорее уж это Кардан ослеплён моей красотой и готов закрыть глаза на мой ужасный характер и жениться?

На этот раз по залу разнеслись неловкие покашливания. Некоторые помощники и вовсе утирали слёзы, искренне жалея меня.

— Да-да, конечно.

Мадам Розетта вновь ловко перевела ситуацию в привычное русло.

За дверью комнаты невесты зазвучала свадебная мелодия. Она мягко взяла меня за руку и подвела к выходу. Двери начали медленно раскрываться, и ослепительный солнечный свет хлынул внутрь. Но даже сквозь этот свет я видела лишь одно — фигуру мужчины, ждавшего меня в конце длинного прохода. Он тоже заметил меня и широко улыбнулся.

Возможно, мадам Розетта была права. Возможно, я действительно была околдована его лицом.

Но когда я застыла на месте, не двигаясь, Кардан слегка шевельнул губами, беззвучно спрашивая: «Ты чего?»

Его приподнятые брови придавали ему вид расслабленного человека, но лёгкое подрагивание губ выдавало едва заметное беспокойство. Будто он всерьёз боялся, что я развернусь и сбегу.

«Иду».

Я беззвучно прошептала в ответ, прежде чем он успел забеспокоиться ещё сильнее.

Мадам Розетта была и права, и не права.

Да, Кардан был ослепительно красив, и да, меня это волновало. Но больше всего на свете мне хотелось, чтобы это лицо всегда украшала искренняя улыбка.

Именно поэтому в моём шаге по свадебной дорожке не было ни капли сомнения. В саду, украшенном пёстрыми цветами, разносилось пение птиц. Лёгкий ветерок приятно ласкал щёки, заставляя мою фату плавно колыхаться. Где-то рядом хлопали крылья. Вскоре стая голубей опустилась позади меня, аккуратно ухватив клювами края фаты, чтобы она не касалась земли.

— Гу-гу! Гу-гу!

— Гу-гу-гу!

— Гу… гу-гу…

Их дружное воркование, словно заверение в надёжности, вызвало у меня невольную улыбку. Пусть рядом не было отца, чтобы сопровождать меня, но три заботливых голубя, поддерживавших мою фату, казались даже надёжнее.

С каждым шагом, что приближал меня к концу прохода, вокруг раздавались восхищённые вздохи.

— Ходили мрачные слухи об императоре Хизронии и его приближенной, герцогине Валлоа… Но кто бы мог подумать, что герцогиня окажется такой прекрасной!

В зале, где собрались иностранные гости, раздавались восхищённые голоса.

— Говорили, что она занимается всей грязной работой императорского двора… Похоже, слухам нельзя верить.

— А ещё утверждали, что император Хизронии — кровожадный демон… Но вживую он больше похож на ангела, спустившегося с небес.

— При таком раскладе не кажется ли вам, что эти слухи распускают те, кто завидует империи Хизрония?

Среди незнакомых лиц попадались и те, кого я хорошо знала.